Николай Беляев – Что оставит ветер (страница 29)
Вот оно самое и есть. Таких людей Олег раньше не встречал и даже не думал, что они существуют…
«Иди, купайся, но если утонешь – домой не приходи!»
И ведь это на полном серьёзе…
Парень остановился у перекрёстка. Немного подумав, свернул в сторону Площади. Несмотря на тёплый вечер, его немного знобило – похоже, такое состояние становится нормальным.
Итак, что дальше?
Сони нет ни дома, ни в больницах. Скорая помощь тоже ничего не знает. Она точно была жива, значит – морги отпадают, на самом деле, даже думать об этом варианте не хочется. Где она ещё может быть? У подруг? Возможно, но не неделю же! Да и в интернет наверняка вышла бы. И на конфликт с родителями не пошла бы по своей воле – если учесть, что тогда она даже позвала с собой Олега, на тот момент малознакомого, чтобы избежать конфликта…
Так. Если узнать у неё на работе? Она медсестра, причём здесь, в правобережье, раз пенсионер Соколов попал на уколы к ней – он гуляет по здешнему парку, а значит, вряд ли ездит сюда с противоположного конца города, из левобережья…
Попытаться можно – но меня скорее всего пошлют.
Таааак… Соколов.
А если попробовать найти этого деда? Он ведь, кажется, поверил нам тогда. Совет дал, по крайней мере – хоть мы и не успели его исполнить. Как там его зовут… И номер его телефона у меня есть, да.
Олег вытащил мобильник. Непроизвольно улыбнулся, услышав официальное «У аппарата!»
– Добрый вечер, Фёдор Филиппович. Это Олег Судаков, помните меня?
Пауза.
– А, пришелец из другого мира, – помолчав, ответил Соколов. – С чем пожаловали на сей раз, молодой человек?
– Софья пропала, Фёдор Филиппович. Я тут никого не знаю, кроме вас, обратиться мне не к кому.
– Угол бульвара и Речного проспекта, во дворе на скамейке, за магазином, – сразу отреагировал пенсионер. – Приходите, выйду.
Когда Олег пришёл во двор, тихий и зелёный, во дворе «сталинки», Соколов был уже там – сидел на скамейке, заложив ногу на ногу и сцепив руки на колене. Вместо тогдашнего плаща на нём был пиджак, сидевший на удивление молодцевато. Увидев Олега, пенсионер и бровью не повёл.
– Здравствуйте, Фёдор Филиппович, – без приглашения присел Олег на скамью. – Вы… простите, что я в вашу жизнь лезу.
– Знаете, молодой человек, – задумчиво проговорил Соколов, – что в моём возрасте хуже всего? – и, не дожидаясь ответа, закончил мысль: – Скука. Жена умерла, дети разъехались. Огороды не для меня, рыбалку не люблю, эти ваши интернеты мне непонятны. Хобби у меня нет – служба, знаете ли, не способствовала, а потом неинтересно стало… Вот и остаётся гулять с такими же стариками, как я, да вспоминать минувшее… А тут вы. С такой интересной историей…
– Если бы интересной, – вздохнул Олег. – Мне… страшно, Фёдор Филиппович.
– Страшно – это когда сосед со своей женой застукал, – грубовато сказал пенсионер. – А пришельцы из другого мира, знаете ли, нечасто появляются. Обычно приходят те, кто жаждут поставить мне какой-то новомодный фильтр или газовый счётчик.
Парень непроизвольно улыбнулся. Да, мошенники, похоже, во всех мирах одинаковы.
– Давайте я вам всё расскажу, – подумав, сказал он. – А вы уж сами решите, что со мной делать… Только в «пеньки» не надо, хорошо? Лучше уж в полицию… В общем, нашли мы того, кто устроил всю эту историю с домом и со смертями. И… – Олег машинально оглянулся, – я его убил.
Говорил он не меньше часа, возвращаясь к началу и прыгая с пятого на десятое. Рассказал и о том, как спасся при аварии, и о том, как его не узнал охранник и коллеги на работе, и даже о реакции Софьиной матери.
– Понимаете, у меня доказательств нет, – закончил он свой рассказ. – Ну, только те фотографии, которые вы уже видели. У меня даже паспорта с собой нет, только вот… – он вытащил заламинированный рабочий пропуск, о котором благополучно забыл, общаясь со Степаном Иванычем в мире Шустера. – Можно было показать, когда меня на работе не узнали, да у меня попросту из головы вылетело…
– Знаете, Олег, я не буду давать оценку тому, что вы, как говорите, застрелили этого… Шустера. Судя по всему, это была самооборона, – негромко сказал старик. – Не мне судить, по правде говоря… Для меня это сейчас звучит как сказка. Да-да, но выслушайте, – поднял он ладонь, увидев, что Олег собирается запротестовать. – Но давайте рассуждать логично в… в рамках вашего рассказа.
Парень кивнул. В конце концов, сложно было рассчитывать, что Соколов сразу всему поверит и вместе с Олегом ринется искать Соню.
– Вы говорите, что Софьины вещи нашли на месте дома, так? Так. Неодушевлённые предметы. А девушка – существо одушевлённое, причём до этого этот ваш… паук был в контакте с ней, не так ли?
Олег опять кивнул, не очень понимая, куда клонит пенсионер.
– Так вот, вы не допускаете, что связь их после его смерти не прервалась окончательно, и он попросту утянул её за собой в свою, как вы говорите, «реальность»?
Мммать твою.
А ведь это вполне возможный вариант!
– То есть, вы хотите сказать, что она… оказалась там, в его мире? – Олег почувствовал, как виски опять начало сдавливать.
– Я предполагаю, молодой человек, – еле заметно улыбнулся Соколов. – Исключительно на основе той фантастики, что читал в молодости… Знаете, раньше фантастика была всё больше научной. Если люди попадали в другие миры – то не просто так, а с какой-то целью и далеко не случайно. Не бывает ничего случайного…
Голос его звучал всё глуше и глуше, словно уши парня стали зажимать подушками. Перед глазами темнело…
Фёдор Филиппович отвлёкся на мгновение, всего на секунду, но когда опять посмотрел на скамейку – рядом с ним было пусто. Задумчиво провёл рукой по дощечкам – на пальцах остался лёгкий слой инея, который тут же превратился в капли воды. Стоял тихий вечер, на площадке рядом играли дети. Спины убегающего парня в пределах видимости не маячило – за эту секунду он не успел бы не то что нырнуть за угол дома, но даже отскочить за ближайший куст.
Странная история. Верить или нет?
Сложно поверить в то, что где-то есть другие, параллельные миры. Где не было войны, где не развалилась страна, или где, наоборот, город превратился в одну большую свалку. Что есть те, кто может ходить меж этими мирами.
«Нерождённые», как назвала их Арина Никитична. Чужаки во всех мирах, кроме своего.
Сложно поверить, что такие люди живут бок о бок с нами. Что мы можем знать их годами, но и не подозревать об их способностях.
Тогда, давно, в фантастике фигурировали существа с других планет. А сейчас, похоже, всё крутится вокруг существ из других реальностей.
Вот только правда ли это? Сложно поверить.
Но вот в то, что есть молодой пацан, который готов переступить черту, шагнуть сквозь миры, чтобы вытащить девушку, которую он почти не знает, неизвестно откуда – вот в это поверить Фёдор Филиппович был готов.
Потому что это – правильно. Правильно хотя бы на фоне тех масс, которые только и сидят, уткнувшись в свои мобильники.
Отставной полковник пробыл во дворе ещё с полчаса, слушая крики детишек на площадке и щебетание птиц где-то высоко в ветвях старого клёна. Было о чём подумать…
Темнота и очень душно – и вместе с тем ощущение дующего отовсюду ветра.
Где я?
И кто я вообще?
Олег. Олег Судаков. Программист, Хранитель…
Убийца.
Меня нет. Я растворился в этой тьме, этот невесомый непрозрачный туман окутывает меня со всех сторон.
Как я попал сюда? Я… что я делал?
Я сидел на скамейке с Соколовым. Он что-то сказал, и дальше ничего не помню.
Что он сказал?
Опоры нет. Я парю в этой чёрной мути.
Что меня связывает с реальностью?
Софья. Она пропала. Где она?
Вот оно.
Пенсионер сказал – предположил, – что она вернулась не в свой мир.
Что остатки энергии проклятого паука уволокли её за собой в ЕГО реальность.
Мне нужно за ней.
Туман обретал прозрачность, вокруг формировалась картинка – знакомый вид, тот самый двор. Я сижу на скамейке с Фёдором Филипповичем… Изображение двоится. множится, словно при астигматизме – каждая линия словно прорисована несколько раз с маленьким, почти незаметным смещением.
Гулкий удар, словно долбанули ладонями по ушам.
Ноги подкосились, и Олег упал на колени, больно долбанувшись ими о поребрик.
– Напьются и валятся, – услышал он рядом сварливый женский голос.