Николай Беляев – Что оставит ветер (страница 10)
Олег шёл за ним, раскрыв рот. Это не реальность Софьи, похожая на его собственную как две капли воды – это реально другой мир…
Площадь Ленина была там же, где всегда – правда, она словно замыкала собой Заводской проспект, служа своеобразным тупиком. Олег привык, что в его реальности дальше тянулась улица Молодёжи, и потому здешний город показался ему каким-то куцым. На месте памятника Ленину возвышался памятник Сталину.
– Площадь явно не имени Ленина, как у нас, – только и сказал Олег.
– У нас тоже стоял Сталин, убрали в 70-х, – сообщил Вольдемар. – А у вас Ленин на ней стоит?
– Ну да, – пожал плечами Олег. – Заходи, посмотришь…
Вольдемар коротко хохотнул:
– Вот, уже приглашаешь – прогресс налицо! А тут, похоже, с культом личности бороться и не пытались…
Площадь была аккуратной, как игрушка. Дом культуры очень походил на привычный Олегу, но отличался в мелочах – значит, здешний построен по довоенному проекту, у нас-то его разбомбили и потом построили «с нуля» уже в 50-х… У гостиницы припаркованы машины – эмблемы неизвестные, но дизайн привычный. Одежда на людях тоже обыкновенная, ни Вольдемар, ни Олег особо не выделялись. Вот удивительно – совсем нет рекламы! Прямо заповедник какой-то… Над книжным магазином, который в реальности Олега недавно разорился, вывеска «Библиотека». Ну ничего себе!
– Олежка, ты понимаешь хоть, куда мы попали? – тихо, но восторженно пропел Вольдемар, и получилось это настолько одухотворённо, что Олег не обратил внимания даже на «Олежку». – Это ж заповедник Советского Союза! Знаешь, сколько людей душу продаст, чтобы очутиться здесь хоть на часок?
– Думаешь, тут всё настолько радужно? – чуть подумав, спросил Олег.
– Конечно же, нет! И тараканов своих тут наверняка уйма! Но я этот мир изучу, ох изучу… Вон, киоск стоит – пойдём, прессу посмотрим.
Площадь явно была пешеходной, и пара авантюристов пересекла её наискосок. Киоск угнездился рядом с «Культтоварами» – примечательно, у нас в этом помещении точно такой же магазин… Олег пробежал взглядом по витрине киоска – есть яркие журналы чисто развлекательной направленности, вон что-то откровенно детское, газеты лежат…
– О, а вот и бесплатные газеты! – удовлетворённо кивнул Вольдемар на пачку газет, лежащих в надорванной бумажной упаковке на прилавке киоска. Над ними красовалась табличка «Бесплатно», причём не приклеенная скотчем бумажка, а именно табличка – качественная, явно постоянная.
Олег и Вольдемар вытащили по газете, и Олег еле удержался, чтобы не развернуть её прямо сейчас.
– Пошли, потом посмотришь, – Шустер глянул вдоль проспекта, на заводские трубы: – Смотри-ка, алюминиевый почти не дымит…
– А у нас он химический, – невпопад ответил Олег. – Удобрения делает…
– Развалили страну, разгильдяи, – беззлобно ухмыльнулся фотограф. – У нас он старейший в стране.
– У нас тоже… был, – на Олега вдруг накатила жуткая досада, словно Вольдемар обвинил в развале страны его лично. – Пошли уже, посмотрели – и хватит.
Они вышли на середину бульвара, ведущего к реке.
– А вот и архангелы, – не меняя выражения лица, сказал Вольдемар, и по голосу было слышно, что сказал он это сквозь зубы. – Ведём себя естественно, треплемся…
Настречу шла пара явных служителей правопорядка – тёмно-синяя форма с нашивками, пилотки, пояса с обвесом… Дубинок, правда, нет. Шли неторопливо, тихонько разговаривали, но при том внимательно поглядывали по сторонам. Народу на бульваре было немного, разве что на одной из скамеек сидели и о чём-то болтали двое мужчин пенсионного возраста – один в тёмной куртке, другой в светлом полупальто.
Ни на мужчин, ни на Олега с Вольдемаром милиционеры не обратили внимания – так, посмотрели мельком, тем более, что Вольдемар в это время увлечённо рассказывал Олегу что-то про строительство дома, явно придумываемое на ходу.
– Пронесло, – сказал он, когда милиционеры удалились. Кстати, это были именно милиционеры, о чём свидетельствовала нашивка «Милиция» над правым нагрудным карманом и на левом рукаве.
Олег почувствовал, что его трясёт. А ведь попади в руки кому-то в этом мире – чёрта с два докажешь, что ты не верблюд… в реальности Софьи он чувствовал себя намного увереннее.
А вот Вольдемара аж распирало:
– Надо внедряться. Турфирму сделать, организовать сюда туры. За очень, очень большие деньги… да, это мысль. Надо обдумать.
– Ты как-то с места в карьер, тебе не кажется? – попытался охладить его Олег. – Тебя не грохнут за то, что знаешь такую тайну?
– Не грохнут точно, – уверенно сказал фотограф. – Я – ключ, без меня никто не пройдёт. А я, если что, в твоём мире скроюсь, – подмигнул он. – В общем, не кипешуй, этот вопрос я точно разрулю…
Они шли по Речному проспекту, который тут оканчивался оградой лесопарка, а не уходил дальше ещё на километр, как в привычной Олегу «реальности-один». Зашли в парк, сели на свободную скамейку, одновременно, не сговариваясь, развернули газеты.
Газета именовалась «Заводской выходной», занимала один разворот на четыре страницы и, похоже, печатала одни лишь объявления. Рядом с названием красовался смутно знакомый герб – на геральдическом щите была изображена электростанция, металлургический ковш и железнодорожный мост.
– Смотри-ка, старый герб, – почти не удивившись, сказал Вольдемар, и Олег вспомнил – этот старый герб города он видел на значке на какой-то выставке.
– Так, что тут у нас…
Информации газета дала не так много. «Куплю», «Продам», «Сдам», адреса квартир, машины знакомых и незнакомых марок, продажа рассады, живых кроликов… Определилась лишь валюта – рубль, и суммы, отличавшиеся от привычных примерно на нолик в нижнюю сторону. В уголке приютилось расписание автобусов и электричек на Ленинград, а половину первой полосы занимал список вакансий на предприятиях – их тут было немало, и Олег с удивлением заметил, что везде требуются работники с опытом, и зарплаты указаны очень приятные.
Под ложечкой противно засосало – да, тут явно с социальной частью всё в порядке…
– Пойдём отсюда, – встал он.
– Бомбануло? – фальшиво-участливо поинтересовался фотограф, вставая. – Согласен, не для каждого чтиво… Да не кисни ты, используем этот мир в своих целях, – ухмыльнулся он. – Загляну сюда на днях, фоток сделаю.
– Дом на фото не отображается, – непонятно для чего сказал Олег.
– Сам знаю, – отмахнулся фотограф. – Погоди-ка…
Вытащив айфон, он сделал несколько снимков. Олег машинально последовал его примеру – и очень удивился, увидев, что ночная фотография, сделанная в реальности Софьи, тоже никуда не делась. Вот это уже странно… а впрочем, почему странно? После того, как он в реальности-два выходил со своего смартфона в интернет, вроде бы не следовало чему-то удивляться. Мир-то, пусть и параллельный, естественен, в отличие от дома… а почему дом не воспринимается камерой? Что-то тут не то…
Да всё не то, озлобленно подумал он, шагая рядом с фотографом. Всё происходящее неправильно, кто бы что ни говорил…
Почему я? Почему, скажем, он, почему Гоша? Почему нас нет в других мирах, даже очень похожих? Почему, в конце концов, половина дома словно не существует, хотя снаружи он цельный?
Вопросов слишком много…
– Ну что, может, впустишь меня в свой мир? – не выдержал Олег, когда они вернулись в дом.
Вольдемар посмотрел на него оценивающе, прищурившись, словно в прицел смотрел:
– А, фиг с тобой! Пошли.
В реальности Вольдемара шёл дождь. Олег и фотограф постояли минуту под навесом над дверью Дома, глядя на мокнущий парк, и вернулись обратно.
– Ну как, удовлетворён? – поинтересовался Шустер. Олег пожал плечами:
– Да я так, для проформы… раз уж ты нагло воспользовался моим гостеприимством.
– Наглость города берёт, – не обиделся тот. – Держи визитку, будешь в моём мире – звони… Жаль, что наши мобилы сквозь миры не пробивают, – хохотнул он.
На визитке из хорошей бумаги значилось: «Вольдемар Шустер. Фотосъёмка, видеосъёмка, фотосессии, съёмка с коптера» и номер телефона, ничего больше.
У Олега визитки, конечно же, не было, и фотограф записал его номер в блокнот.
Делать ничего не хотелось. Олег попрощался и вышел…
В мир Софьи.
Тут потеплело, туман почти разошёлся, хотя над рекой ещё висела дымка. Подумав, Олег направился к «магниту» в Монолите – в конце концов, можно попробовать, если что – сбегу в Проход, он совсем рядом… Выбрал на полках жестяную банку с каким-то незнакомым кофейным напитком, взял пакет семечек и пакет сухариков. С отсутствующим видом протянул на кассе 100 рублей – женщина приняла их без вопросов. Ладно, с этим определилось, потом у Софьи расспрошу подробнее про деньги…
«Реальность-два» воспринималась на удивление легко – видимо, как раз из-за её похожести на родной мир. Олег вернулся в парк, прошёлся по аллее, нашёл более-менее сухую после тумана скамейку, сел, вскрыл сухарики. Обычные на вкус, в точности как у нас…
По аллее гуляли мамаши с колясками, носились дети, стайками шествовали пенсионеры.
Что мы имеем?
Семь миров, некоторые отличаются разительно, некоторые – чуть-чуть. В каждом мире есть человек, способный войти в Дом – узел порталов меж этими мирами, этакий Нексус, вроде так это называется. И этот человек, похоже, есть лишь в своём мире – его двойников в остальных мирах нет.
Что нам это даёт? А ничего. Это просто наблюдение.