Николай Баженов – Подводный флот Муссолини. Итальянские суб- марины в битве за Атлантику. 1940—1943 (страница 27)

В ответ на запрос командующего Хартенштейн сообщил о своей малоуместной в той ситуации инициативе — «объявить временный нейтралитет в районе потопления „Лаконии“, чтобы организовать спасательную операцию». Данное предложение командира U-156 только иллюстрирует, в каком паническом состоянии он находился в тот момент. Кроме того, Хартенштейн сообщил своему командующему, что на борту его лодки уже находились к тому времени 193 человека (172 итальянца и 21 англичанин), а остальные, более 200 человек, — на спасательных шлюпках.

Дёниц сообщил о странной инициативе своего подчиненного в Берлин, но Редер и его штаб резко отвергли идиотское предложение Хартенштейна. Причины принятия этого решения были следующие. Во-первых, Гитлер, приказавший ничего не сообщать о гибели «Лаконии», узнав о предложении командира немецкой лодки, впал в дикую ярость. Во-вторых, Редер вполне обоснованно посчитал, что полагаться на благородство союзников было бы наивно. Еще более осложнил создавшееся положение новоявленный «миротворец» Хартенштейн. Не дождавшись ответа от командования на свое предыдущее предложение, он в 06.10 на международной волне в 600-метровом диапазоне на чистом английском языке возвестил всему миру о случившемся и призвал на помощь всех, кто его слышит. На этот раз англичане на своей базе во Фритауне приняли это необычное сообщение о катастрофе «Лаконии», но оценили его как провокацию и предпочли выжидать развития событий.

Дёниц, успевший отменить свой приказ подводным лодкам группы «Айсбэр», уже начавшим движение к месту происшествия, в 03.45 дал указание трем другим немецким лодкам об оказании помощи U-156. Правда, среди офицеров его штаба были и иные мнения. Например, зять Дёница Хесслер предлагал вообще прекратить все спасательные работы. Подводными лодками, получившими приказ Дёница, были: U-506 (командир — фрегаттен-капитан Эрих Вюрдеман), U-507 (командир — фрегаттен-капитан Харро Шахт) и U-459 (командир — фрегаттен-капитан Виламовиц-Меллендорф). В указанное время U-506 патрулировала в Гвинейском заливе, а U-507 направлялась во Францию после боевого похода к берегам Бразилии.

Шахт, ранее перехвативший сообщение Хартенштейна, самостоятельно решил помочь своему коллеге, попавшему в сложное положение. Получив указание Дёница, подтверждавшее его намерения, он направился к месту торпедирования «Лаконии». Шахт обещал своему командующему прибыть туда через два дня, поскольку ему предстояло пройти примерно 750 миль (1 400 км). Так же реагировал на полученное распоряжение Дёница и Вюрдеман, взявший курс к месту катастрофы. Только Виламовиц-Меллендорф, находившийся дальше всех от назначенного места, медлил. Старый кайзеровский «морской волк» трезво оценивал свои возможности. Результатом его попытки достичь места нахождения U-156 была напрасная потеря времени и неоправданный расход топлива. Он предпочел проигнорировать приказ Дёница и принял решение продолжать свое движение на юго-восток со скоростью 8 узлов, надеясь, что грозный шеф признает его правоту.

В ответ на запрос из Берлина зашевелились и французы. В 13.00 13 сентября адмирал Коллине, находившийся в Дакаре, получил приказ из Виши о высылке кораблей к границе нейтральных вод для принятия на борт пострадавших пассажиров с «Лаконии». Уже в 16.00 13 сентября он направил в назначенное место из Дакара легкий крейсер «Глуар», из Конакри (Французская Гвинея) — сторожевой корабль «Аннамит» (командир — капитано ди корветта Кенар), а из Котону (Дагомея) — более тихоходный корабль того же класса «Дюмон д’Юрвиль». Командир последнего капитано ди фрегата 2-го ранга Франсуа Мадлен понимал, что, имея скорость 14 узлов, сможет преодолеть около 1 000 миль (1 850 км) и прийти в нужное место не ранее вечера 16 сентября, а то и утром 17-го.

В 10.10 13 сентября командир итальянской подводной лодки «Команданте Капеллини» Марко Реведин, патрулировавший в районе Фритауна, получил приказ из Бордо о подключении к спасению своих соотечественников. Командирам двух других итальянских лодок («Барбариго» и «Архимеде»), которые действовали примерно в этом же районе, такие приказы по какой-то причине не были отданы. Возможно, судьба несчастных соотечественников, по воле судьбы оказавшихся в океане в окружении стай акул, не слишком-то и волновала командование итальянской Атлантической флотилии.

В это время Хартенштейн, курсируя на своей перегруженной лодке, решил переместить 31 человека (итальянцев и англичан) в спасательные шлюпки, но, проявив галантность, оставил на борту 4 англичанок. Он также организовал пересадку спасшихся с перегруженных шлюпок на более свободные. К этому времени с поверхности океана были подобраны все спасшиеся. Всего на 22 спасательных шлюпках и плотах находилось около 1 500 человек.

Между 02.00 и 03.00 14 сентября Хартенштейн, который не спал уже около полутора суток, вновь связался с Дёницем и обрисовал ему создавшееся положение. Хотя немцы и передавали на шлюпки немного продуктов и воды, но на всех, конечно, не хватало. Под жгучим южным солнцем многие из спасенных умерли от жажды и полученных ранений.

В 07.40 14 сентября Дёниц приказал командирам подводных лодок брать на борт такое количество людей, чтобы лодки оставались полностью боеспособными. Хартенштейну он дал указание передать спасенных, находившихся на борту U-156, на первую же прибывшую на помощь лодку (предполагалось, что это будет U-506), а самому присоединиться к лодкам группы «Айсбэр». Потом Дёниц попытался направить на помощь еще и подлодку U-159 (командир — Витте), чтобы поскорее освободить Хартенштейна от живого «балласта».

Похоже, что Дёниц просто пытался изобразить «бурную деятельность» по выполнению указаний обожаемого им фюрера. Он буквально засыпал командиров своих лодок подробнейшими инструкциями о том, как обращаться со спасенными и как встречать французские корабли.

Ночь на 15 сентября принесла небольшое облегчение потерпевшим крушение. Хартенштейн уже еле держался на ногах, постоянно глотая кофе. В 03.00 15 сентября он получил сообщение от Дёница о том, что французские корабли подойдут только 17 сентября. Это известие не обрадовало незадачливого командира, который должен был двигаться со своей импровизированной «флотилией» еще целых двое суток. Он с нетерпением ожидал прибытия своих коллег на U-506 и U-507.

Мечта Хартенштейна сбылась днем 15 сентября. В этот день в 11.32 наконец-то подошла U-506. Прибывший на место событий Вюрдеман согласился взять на борт своей лодки только половину из находившихся на U-156 людей: 132 человека из 263, причем только итальянцев. На U-156 остался после этой перегрузки еще 131 человек. Не ограничившись перегрузкой людей, Вюрдеман еще взял на буксир 4 шлюпки, в которых находилось около 250 человек.

Около 14.10 15 сентября к этому каравану подошла и U-507. К 17.55 этого дня Шахт взял себе на борт 153 человека из числа наиболее ослабевших (149 итальянцев, 2 английских офицеров и 2 женщин). Кроме того, он также взял на буксир 4 спасательные шлюпки, в которых находились 86 англичан и 9 поляков.

После окончания погрузки людей Вюрдеман и Шахт доложили Дёницу о выполнении его приказа. Первый, правда, благоразумно не сообщил своему патрону о том, что на буксируемых его лодкой шлюпках есть англичане и поляки. Шахт же простодушно доложил своему командующему о том, кто находился в шлюпках, за что тут же получил нагоняй от Дёница, приказавшего Шахту немедленно отцепить эти шлюпки.

В 08.20 16 сентября к проводимой спасательной операции наконец-то подключились и итальянцы. Прибыв на место катастрофы, Реведин с ужасом увидел сотни плававших в воде трупов своих соотечественников, уже объеденных акулами. Потом «Капеллини» встретила шлюпку под парусом, в которой находились 50 англичан с «Лаконии». Как выяснилось, эти «алые паруса» ни в чем не нуждались, кроме воды. Итальянцы поделились с ними своими запасами воды, но и угостили их также, по доброте душевной, несколькими бутылками вина.

В 10.32 этого дня «Капеллини» встретилась еще одна полузатопленная шлюпка, в которой находились более 40 мужчин (англичан и поляков), 18 женщин и 25 детей, самому старшему было шесть лет, а самому младшему — несколько месяцев. Реведин не захотел взять на борт своей лодки всех обнаруженных в шлюпке людей. Он предложил забрать только женщин и детей, но после короткого обмена мнениями англичанки не захотели оставлять своих мужей. Итальянцы не стали настаивать на своем предложении, но предоставили этим верным английским женам и их детям запас пресной воды, горячий бульон, вино, сухари, шоколад и сигареты.

После проведения этой благотворительной акции «Капеллини» направилась далее на юг в поисках более отзывчивых на предложение об оказании помощи потерпевшим крушение. Позднее ей встретилась и третья шлюпка, с которой на борт лодки были подняты 41 итальянец, а также несколько англичан и поляков.

В это время Дёниц вновь изменил свое последнее решение. Он заменил U-156 в группе «Айсбэр» на подводную лодку U-159 Хельмута Витте, а Хартенштейну приказал продолжать спасательную операцию до прибытия французских кораблей. В свою очередь, командир U-156 утром 16 сентября доложил Дёницу о перегрузке части спасенных на U-506 и о своих усилиях подогнать поближе к своей лодке спасательные шлюпки, уже разбросанные волнением по большой площади. Вюрдеман в дополнение к итальянцам, переданным ему с U-156, подобрал с воды еще 12 несчастных. Теперь на борту U-506 их стало уже 142 мужчины, а также 9 женщин и детей.