Николай Бадер – Палеолит СССР (страница 39)

Среди находок во всех слоях преобладают костные остатки животных: длиннорогого бизона, лошади, осла, гигантского оленя и др. Во всех слоях прослежены четкие зольные пятна на местах костров.

По типам орудий Рожок I весьма своеобразен. Это заключается в присутствии наряду с типичными мустьерскими остроконечниками и скреблами более совершенных изделий позднепалеолитического облика — концевых скребков и проколок с оформленным жальцем. Проколки такого типа (рис. 52, 19) в мустьерских памятниках встречены впервые. Следует заметить, что одинаковые скребки и проколки встречены во всех шести культурных слоях, что позволяет говорить об однородности каменного инвентаря всего памятника в целом.

Рис. 52. Рожок 1. Схема залегания культурных слоев и каменные орудия. По Н.Д. Праслову.

На схеме палеолитические культурные остатки обозначены косыми крестиками, слои ископаемой почвы черной заливкой, слои суглинка вертикальной и горизонтальной штриховкой; отложения подстилаются сарматским известняком.

На многих орудиях сохранились следы изношенности в процессе работы. Изучение их под микроскопом позволило С.А. Семенову установить, что некоторые из этих орудий использовались для скобления по мягкому материалу, скорее всего для обработки шкур, а проколки употреблялись для шитья одежды.

В IV культурном слое найден второй верхний левый моляр человека в возрасте около 25 лет. По определению А.А. Зубова, по морфологии этот зуб принадлежал человеку современного типа Homo sapiens.

На облик инвентаря Рожка I в целом большой отпечаток наложило качество первичного сырья. Обитатели его использовали мелкие кремневые гальки из аллювия древних террас. Но эта черта не является традиционной и не может рассматриваться в качестве критерия выделения данной индустрии в особую культуру.

Богатейшие мустьерские памятники известны в центре Русской равнины и в Полесье. Одним из наиболее интересных в данном районе является Хотылевское местонахождение, открытое и исследуемое Ф.М. Заверняевым (Заверняев Ф.М., 1978).

Типичного, хорошо сохранившегося культурного слоя в Хотылево не выявлено. Каменные изделия и редкие обломки костей животных залегают в базальном аллювиальном горизонте высокой 20-30-метровой террасы Десны. По стратиграфическому положению местонахождение датируется микулинским временем, т. е. оно геологически синхронно Сухой Мечетке на Волге. Но коллекция каменных орудий по технике расщепления и по формам изделий отличается от коллекции Сухой Мечетки и Приазовских памятников. В Хотылево техника расщепления представлена своеобразным леваллуазским вариантом с особыми асимметричными нуклеусами с одним снятым отщепом (рис. 53). Подобных нуклеусов нет в других памятниках леваллуазского облика. Поскольку Хотылево представляет собой остатки мастерской у места выхода источников сырья, количество разнообразных нуклеусов почти в три раза превышает количество орудий. Всего в коллекции насчитывается несколько десятков тысяч предметов. Процент орудий по отношению к общему количеству находок очень низкий — около 1.

Рис. 53. Хотылево. Нуклеусы. По Ф.М. Заверняеву.

Среди орудий выделяются обломки бифасов различной формы (рис. 54), двусторонне обработанные листовидные наконечники и ножи, черешковые орудия (рис. 55, 8). Наибольшую группу составляют различные типы скребел, лезвия которых обработаны крутой ступенчатой ретушью, что приближает их к скреблам типа Кина. Типичных мустьерских остроконечников здесь нет, так же, как и во всех памятниках, где представлены двусторонне обработанные листовидые формы.

Рис. 54. Хотылево. Обломки бифасов. По Ф.М. Заверняеву.

Рис. 55. Хотылево. Каменные орудия. По Ф.М. Заверняеву.

Прямых аналогий материалам Хотылево на территории нашей страны пет. По многим элементам можно сопоставить этот памятник с Житомирским местонахождением и Рихтой, расположенными в житомирском Полесье. Наиболее близкую аналогию составляют лишь мустьерское местонахождение Кённигсауе в ГДР (Mania D., Toepfer V., 1973).

Ознакомление с материалами Житомирского местонахождения, расположенного на юго-востоке Полесья у с. Городище недалеко от г. Житомира (Месяц В.А., 1962), позволило прийти к выводу, что это местонахождение является, по-видимому, раннепалеолитической мастерской в широком хронологическом диапазоне. В коллекции имеется серия типологически наиболее архаичных форм (обломки ручных рубил, скребла) с сильно выветренной поверхностью. Они могут датироваться временем днепровско-валдайской эпохи (Веклич М.Ф., 1966). Но большая часть коллекции является более поздней. Встречено даже несколько позднепалеолитических форм. Культурного слоя здесь нет. Весь материал собран на поверхности или в верхней части покровных супесей и стратиграфически не членится. На то, что здесь была мастерская, указывает преобладание нуклеусов над орудиями. В коллекции, хранящейся в фондах Житомирского музея, подсчитаны 844 нуклеуса и 666 экз. орудий.

Техника расщепления на Житомирском местонахождении разнообразная (рис. 56). Выделяются нуклеусы веерообразные, черепаховидные, дисковидные, протопризматические, шаровидные, одно- и двуплощадочные, плоские, атипичные и нуклеусы, переходящие в бифасы.

Рис. 56. Житомирское местонахождение. Нуклеусы.

Среди орудий почти одинаковым количеством представлены односторонне обработанные формы (257 экз.) и зубчато-выемчатые (253 экз.). Двусторонне обработанных орудий — 156 экз. (23,5 %). Среди последних выделяется 34 листовидных наконечника обработанных плоской ретушью (рис. 58, 14, 17). Широко представлены обломки бифасов (рис. 57, 2, 5–8). Как интересную деталь следует отметить находки ножей прондницкого типа и «грошаков». Эти формы являются характерными для прондницкой мустьерской культуры на территории Польши (Chmielewski W., 1975).

Рис. 57. Житомирское местонахождение. Двусторонне обработанные орудия.

Рис. 58. Житомирское местонахождение. Каменные орудия.

Много общих форм каменных орудий Житомирскому местонахождению найдено в местонахождении Рихта, там же, в Житомирском полесье, поблизости от с. Сычевка на берегу небольшой речки Рихта. Местонахождение открыто геологом В.К. Пясецким и исследовалось С.В. Смирновым.

Культурный слой на этом местонахождении, к сожалению, не сохранился и представлен только находками каменных изделий. Не исключено, что комплекс находок не является одновременным. На это указывает присутствие типичных позднепалеолитических скребков на призматических пластинах.

Среди каменных орудий выделяется серия листовидных наконечников (рис. 59, 4, 11), которые по технике обработки и по формам отличаются от наконечников Житомирского местонахождения. Помимо обычных скребел и ножей, выделяется группа ножен прондницкого типа (рис. 59, 8) и специфических ножей, которые есть только в Житомирском местонахождении.

Рис. 59. Рихта. Каменные орудия. По С.В. Смирнову.

Полный контраст описанным выше памятникам Крыма и Русской равнины составляют мустьерские поселения у с. Молодовы на Днестре (Черныш А.П., 1965; Иванова И.К., 1977). Здесь впервые А.П. Чернышу удалось выявить остатки наземных жилищ (рис. 60, а).

Рис. 60. Молодова I. План жилища и каменные орудия из четвертого мустьерского слоя. По А.П. Чернышу.

1 — очаги; 2 — кости мамонта.

Наиболее выразительные остатки жилища открыты в 1958–1959 гг. в четвертом культурном слое многослойной стоянки Молодова I (Черныш А.П., 1962). Тем самым было впервые доказано существование постоянных жилищ и относительной оседлости в мустьерскую эпоху. По данным А.П. Черныша, остатки жилища представляли собой овальную выкладку специально подобранных крупных костей мамонтов. В качестве строительного материала здесь были использованы 12 расколотых черепов, 34 лопатки и тазовые кости, 51 кость конечностей, 14 бивней и пять нижних челюстей мамонтов. Общая площадь развалин жилища 10×7 м, площадь его внутренней части, окаймленной поясом из костей, — 8×5 м. Внутри жилища была сосредоточена основная масса расщепленного и обработанного кремня (в среднем по 1–2 тыс. предметов на 1 кв. м). Здесь же прослежены следы 15 костров, располагавшихся в разных частях жилища. Некоторые костры встречены непосредственно у выкладки из костей (кв. Б-VIII) или в линии скопления костей (кв. А-Р-Х). Эти обстоятельства осложняют понимание данного жилища.

Близкие по типу остатки жилищ выявлены А.П. Чернышем в XI и XII культурных слоях многослойной стоянки Молодова 5 (Черныш А.П., 1965).

В обоих этих близко расположенных памятниках Молодова 1 и 5, залегающих в четких стратиграфических условиях и убедительно датированных И.К. Ивановой брерупским интерстадиалом раннего вюрма, зафиксировано восемь культурных слоев, доставивших огромные коллекции каменного инвентаря. Здесь, так же как и в Хотылево, господствует леваллуазская техника расщепления камня. Но она отличается от хотылевской по многим признакам. Для изготовления орудий в Хотылево использовали толстые заготовки, которые обрабатывались высокой ступенчатой ретушью. Здесь же, в молодовских памятниках, все орудия изготовлены на тонких пластинчатых заготовках — на пластинках и пластинчатых отщепах и редко — на отщепах (рис. 60). Ретушь, как правило, неглубокая краевая, часто лишь слегка укрепляет острый край и не заходит далеко на плоскость орудия. Представлена серия типичных леваллуазских острий почти без дополнительной обработки (рис. 60, 1). Среди скребел преобладают боковые; скребел с поперечным лезвием нет, как нет и угловатых. Выделяется большая серия скребел-ножей. И совершенно нет двусторонне обработанных орудий. По всем этим признакам молодовские памятники на общем фоне совершенно иных мустьерских памятников Русской равнины были выделены в особую молодовскую мустьерскую культуру (Праслов Н.Д., 1965, 1968; Гладилин В.Н., 1976; Анисюткин Н.К., 1972).