Николай Бадер – Палеолит СССР (страница 110)

Стоянка опубликована лишь в предварительной форме. Если в первых сообщениях отмечалось ее «поразительное сходство» со стоянкой Красный Яр на Ангаре, то затем говорилось или о том, что каменный инвентарь не имеет аналогий ни с одним из известных памятников на близлежащих территориях, или о том, что он обнаруживает большую близость с казахстанским поздним палеолитом.

Наблюдения С.М. Цейтлина позволяют отнести стоянку ко времени до начала и самого начала последнего большого похолодания в Западной Сибири — 10–12 тыс. лет назад. Можно добавить, что характер памятника (тонкие культурные слои, наличие очагов и ямок вокруг них) аналогичен другим многослойным стоянкам как к западу (стоянка Талицкого), так и к востоку (Красный Яр, в меньшей степени Кокорево I). Вкладышевая техника более развита, чем в стоянке Талицкого и даже в Кокорево I, кинжал обнаруживает ближайшее сходство с подобными мезолитическими и даже неолитическими орудиями. По углистой супеси из кострища в объединенном культурном слое 2–3 радиоуглеродным методом получена дата 14500±500 (ГИН-622).

В этой обширной и достаточно хорошо изученной области Азиатской части СССР в соответствии с выработанной геологической периодизацией верхнего плейстоцена материал может быть рассмотрен по трем хронологическим ступеням, соответствующим климато-стратиграфическим подразделениям ледниковых событий. В верхнем плейстоцене, который сопоставляется с вюрмом Европы, выделяются две крупные фазы оледенения — зырянская и сартанская, разделенные каргинским межледниковьем (Громов В.И., Алексеев М.Н. и др., 1965). Соответствующее молого-шекснинскому, каргинское межледниковье существовало длительное время, примерно от 50 до 25 тыс. лет. Внутри сартанского оледенения, соответствующего вюрму III или осташковскому оледенению, выделяются две крупные стадии — гыданская (максимальная) и ньяпанская. Во внеледниковых областях в это время накапливался перигляциальный аллювий II террасы и связанные с ним покровные отложения. В позднесартанское время выделены два кратковременных потепления: кокоревское и таймырское. После таймырского потепления наступила заключительная, норильская стадия сартанского оледенения. Время ее окончания устанавливается на основании даты 10700±200 лет назад (ГИН-315), заканчивающей плейстоцен (Кинд Н.В., 1972, 1974).

Памятники позднего палеолита Восточной Сибири, таким образом, могут быть разделены на три временные группы: 1. Памятники времени каргинского межледниковья; 2. Памятники начала сартанского оледенения; 3. Памятники второй половины сартанского оледенения и его конца. Выделение в особую четвертую группу памятников финального палеолита оказалось невозможным по двум причинам. Во-первых, они тесно связаны с непосредственно предшествующими им памятниками, особенно на многослойных стоянках. Во-вторых, для этой территории нет четких критериев разделения финальнопалеолитических и раннемезолитических стоянок.

Периодизация, построенная на сопоставлении имеющихся данных, разумеется, носит предварительный характер. Открытие новых данных и монографическое опубликование имеющихся памятников несомненно внесет в нее коррективы.

Пока еще мало что известно о памятниках, относящихся к эпохе каргинского межледниковья. В научную печать стали еще только просачиваться первые сведения о них. Если верны радиоуглеродные даты, то одним из самых ранних памятников является недавно открытая стоянка Малая Сыя в восточных отрогах Кузнецкого Алатау на берегу р. Белый Июс. Здесь выявлена значительная площадь распространения культурных остатков, обнаружены следы жилищ. Фаунистический комплекс включает кости северного оленя, зубра, горного барана, козерога, благородного оленя, лошади, шерстистого носорога, мамонта, сайги, сурка, лисицы и зайца. Каменный и костяной инвентарь, по словам В.Е. Ларичева, характеризуется большой архаичностью при сравнении с материалами позднего палеолита Енисея и Ангары. Но вместе с тем он опровергает укоренившееся представление о некоей архаичности палеолита Сибири, его отсталости по сравнению с восточноевропейским. Здесь представлена «…техника отделения крупных и мелких ножевидных пластин и нуклеусов, удивительно разнообразных по типам, относительно совершенная отжимная ретушь на рабочих лезвиях и рукоятках ножей и концевых скребков, высокая техника оформления своеобразных по разновидностям резцов, широкое использование кости и рога при изготовлении… наконечников копий и дротиков» (Ларичев В.Е., 1976, с. 18). Две радиоуглеродные даты по древесному углю 34500±450 и 33060±300 лет назад несомненно должны быть проверены данными смежных дисциплин.

Самые предварительные сведения имеются и о других памятниках начальной поры позднего палеолита. На Ангаре — это нижний горизонт стоянки Усть-Кова, пункты в окрестностях г. Братска, Игетейский Лог и нижний горизонт стоянки Сосновый Бор на р. Белон, которую следует рассмотреть полностью в следующей хронологической группе.

На многослойном памятнике Усть-Кова, открытом в 1937 г. А.П. Окладниковым, во время разведки 1969–1971 гг. Н.И. Дроздовым были обнаружены горизонты с палеолитическими остатками. Раскопки 1971–1972, 1976–1981 гг. вскрыли площадь около 800 кв. м. Стоянка находится в Северном Приангарье на левом берегу р. Ангары выше устья р. Ковы на террасе 14–17 м высотой. Сведения о стоянке краткие, иногда противоречивые, инвентарь не опубликован, но исключительная важность памятника заставляет остановиться на нем более подробно. Стратиграфия: 1. Гумус (0,2–0,4 м) с культурными остатками железа и бронзы; 2. Песок серый до красновато-бурого в различной степени глинистый с неолитическими находками. Мощность слоя колеблется от 0,3 до 1,8 м за счет неровной кровли слоя 3; 3. Глина — серая карбонатная с полосами и прослоями гумусового горизонта ископаемой почвы, перемещенной древними процессами солифлюкции. Мощность слоя 3, содержащего палеолитические остатки, до 1,0 м; 4. Песок серый с дресвой, валунами и глыбами, с глубины 2 м переходящий в галечник. Видимая мощность 4 м.

Слой 3 разбит псевдоморфозами по полигонально-жильным льдам, по крайней мере трех генераций. Очень сильная деформированность слоя мешала выделить различные палеолитические горизонты внутри него, но облик инвентаря верхнего и нижнего уровня слоя различался, и это позволило исследователям условно разделить его на два комплекса. К полосам перемещенного гумуса приурочены тонкие линзы и прослои углей, размытых и растащенных солифлюкцией. Обнаружено и целое кострище, уголь из которого получил по радиоугеродному методу дату 30100±1500 л. н. (ГИН-1741). Другие образцы угля из нижней части слоя 3 дали даты более 32 865 (СОАН-1690) и 28050±670 л. н. (СОАН-1875). Очажные линзы располагались на несколько разных уровнях, но низы слоя 3 так сильно деформированы наложенными криогенными процессами, что нельзя судить с уверенностью о первичном соотношении этих линз в разрезе. Поставив вопрос, не являются ли указанные даты в пределах точности метода, исследователи склоняются к мысли, что стоянка существовала (периодически возобновлялась?) в течение двух-трех тысячелетий (Лаухин С.А., Дроздов Н.И. и др., 1980; см. также Дроздов Н.И., Дементьев Д.И., 1974; Дроздов Н.И., Лаухин С.А., 1979). В последней работе Н.И. Дроздова (1981) отмечается, что палеолитический материал собран в трех литологически разнородных отложениях: нижний комплекс — в гумусированной погребенной почве, средний — в карбонатизированном суглинке (глине? — З.А.) и поздний — в коричневом суглинке (не выделенном на стратиграфическом разрезе? — З.А.).

Нижний комплекс, с которым связаны упомянутые радиоуглеродные даты каргинского времени, содержит кости кулана, носорога, мамонта, лошади, северного оленя, причем многие кости имеют следы резания и раскалывания. Каменные изделия немногочисленны. Ранее отмечалось, что они изготовлены из серой туфогенной породы. Это — отщепы с гладкими скошенными площадками, крупные пластины типа леваллуа, орудия «с выступами» — «во многом своеобразные мустьеровидные остроконечники (сверла)» и впервые, по словам Н.И. Дроздова, выделенные в палеолите Сибири, струги (Дроздов Н.И., 1981, с. 13, 15, 16).

В среднем комплексе представлен наиболее многочисленный материал. Здесь более 10 тыс. фрагментов костей животных, среди которых преобладают остатки северного оленя. Встречены также кости мамонта, бизона, изюбря, лося, лошади. Каменный инвентарь включает около трех тысяч предметов, почти половину которых составляют отщепы различных размеров. Согласно автореферату Н.И. Дроздова, для этого комплекса характерно сочетание галечных нуклеусов, крупных пластин леваллуазского типа, бифасиальной техники, мелких проколок и долотовидных орудий. Среди двусторонне обработанных орудий отмечены 1 наконечник копья и 8 ножей. Найдены также обычные остроконечники, скребки, скребла, струги, ножи, резцы. Особый интерес вызывает первое в Сибири скульптурное изображение мамонта, вырезанное из кости. Упоминаются также крупные пластины бивня мамонта с гравировкой и украшения: зубы животных с просверлиной и плоские костяные бусинки. Радиоуглеродная дата для этого комплекса 23920±310 (КРИЛ-381).