Николь Руссо – Идеальное антитело (страница 5)
У Ульяны был постоянный мальчик, Паша. Но отношения с ним были какие-то вялые, абсолютно без искорки. Как у двух рыбок в аквариуме. Встречались раз в две недели. Бабушке он всегда дарил ее любимое печенье курабье и цветы, Ульке просто цветы. Вежливо спрашивал бабушку о здоровье, ее – об учебе. Потом были клубы, загородные поездки, секс, конечно. Но все это было какое-то пресное. Как по заранее разработанной программе.
И когда однажды в загородном парк-отеле Улечке так было уютно, что она попросила остаться на денек, Паша с каменным лицом произнес:
– Прости, дорогая, я рассчитавал именно на этот срок! У меня учеба и неотложные дела. И тебе надо подумать об учебе!
Что тут скажешь? Но Улька еще тогда подумала: «Во сухарь!»
Как-то с девчонками после очередной успешной сессии они полетели в Дубай в какой-то навороченный отельный комплекс с каналами, лодочками, накрахмаленными официантами и действительно высокой кухней. Там познакомились с группой молодых людей очень приятной восточной наружности. И все внимание почему-то опять было уделено ее подружкам: Янке и Оксанке… До слез обидно! Улька потом в голос рыдала, когда выяснилось, что один из парней оказался королем (Блиииииииииин!) какой-то азиатской страны! И вскоре предложил Оксанке руку и сердце. Правда, потом они развелись, но на тот момент Улька сквозь слезы причитала:
– Вот жизнь! У Оксанки – король, я у меня – замороженный Паша!
Но потом, подумав, перестрадав это событие, она решила, что все-таки, пусть не король, но выйдет замуж она только по любви! И чтобы земля из-под ног уходила! Пусть не сейчас, но само все придет.
Одним словом, к середине четвертого курса Улечка выросла приятным неиспорченным ребенком (читай: довольно красивой и скромной девушкой) со своими маленькими, никому пока не мешающими, тараканами в голове, готовая броситься накормить всех детей где-нибудь в Центральной Африке.
Естественно, в момент, когда вся страна зарылась в норки, пытаясь защититься от такой нежданной и опасной «чумы с приставкой -19», Ульяша, естественно, пошла в добровольцы, несмотря на сильные протесты бабушки.
Слова: «Милочка, давай будем помогать близким людям в отдельно взятой квартире, в крайнем случае на лестничной площадке», не остановили ее. Ряды волонтеров пополнило милое создание, одетое на USD 3000, которое носило пенсионерам Таганского района продуктовые наборы на USD 20, и это было ей приятно!
Стоя за получением заказа среди восточных ребят с желтыми коробками на спине, которые безуспешно пытались их пристроить, никого не ударив, и таких же, как она, верящих в добро молодых людей, Улечка искрилась от счастья, что она кому-то поможет.
И конечно, кроме «несения добра в массы» ей важно было иметь заветный пропуск! Юная непоседа не могла усидеть дома, ей становилось душно! С начала карантина они с бабушкой уже сто раз разобрались в гардеробной, переложили старые фотографии, отделили банки под «закатку» от закручивающихся банок, то есть переделали кучу нужных и полезных вещей. Но птичке грустно сидеть в клетке.
Улечка раньше любила гулять около дома, где всегда были мамы с колясками, бабушки, кивками головы провожающие ее: «Хорошая девочка, побольше бы таких». Частенько забираясь в самые глухие уголки Нескучного сада, она любила сидеть и смотреть на Москву-реку. Птички поют, милота всякая! Одним словом, дома ей было не усидеть!
А волонтерская «корочка» открывала перед нашей доброволицей практически «все двери», а точнее, улицы и парки, по крайней мере в пределах района. Дальше уходить она сейчас опасалась. Конечно, такую милую прелестницу трудно представить в цепких лапах полицейского наряда! Практически все проверки заканчивались добрыми мечтательными улыбками стражей порядка, смотрящих вслед уходящей маленькой принцессе.
Необходимость ношения маски, правда, очень напрягала. Да-да! Она, конечно, понимала, что все это – необходимые процедуры и что это защищает и предохраняет… Но кожа на личике была такая нежная! И даже когда меняла маски, как всякая начинающая перфекционистка, достаточно часто, порой легкое покраснение напоминало ей о чужеродном предмете.
И еще один аспект был также немаловажен! Она – девушка! Она была красива и заслуживала быть желанной для взглядов противоположного пола! А быть, КАК ВСЕ, В МАСКЕ? Как же он, единственный, тогда узнает ее? Да, глаза зеркало души, бла-бла-бла, но все остальное тоже хотелось бы явить миру!
Раньше в метро Улечка любила, опустив личико и уткнувшись в пушистый ворот легкого кашемирового пальто, тихонько наблюдать за взглядами мужчин. Сальные зовущие взоры стареющих ловеласов с брюшком она отсекала сразу, ей становилось неуютно, как будто ее прилюдно раздевают. А вот восторженные взгляды молодежи ей льстили! На улице она никогда не знакомилась, конечно. Но даже спиной ощущать свою привлекательность – это кайф! По телу разливается тепло, и становится так уютно и мило… Ах!
К сожалению (или к счастью), пока ни один «принц Грей» не тронул ее юное сердечко. Алые паруса были пока за горизонтом.
Надо сказать, молодые люди сейчас какие-то все, как на половинки разрезанные. Надо составлять из них что-то достойное, может, одного из троих… Или нетрадиционный, добрый и милый, как подружка. Или хорош собой, строг и опрятен, но у него одни индексы Доу Джонса в голове и он строит свою жизнь по своему неведомому плану. Пентхаус, окна в пол, личный самолет (пусть вертолет), потом уже, наверное, он будет кого-то искать!
Улечка не хотела быть «кем-то»! Она хотела быть единственной и желанной! Таковой она и была, кстати, для целой кучи молодых воздыхателей, но почти все они почему-то напоминали того бедного поэта, который «продал свой дом и кров», накопил на одну розу и выучил «с милым рай и в шалаше». Да, в шалаше тоже интересно! Пару дней, и если это пикник. Мужчина должен развиваться, стремиться к чему-то, а эти Пьеро сами на себе поставили клеймо неудачника, не сотрешь…
Наглючие пикаперы и качки ее вообще бесили. Только себя и видят, даже когда на тебя смотрят. Две мысли в голове видны, как в аквариуме. Покорить – раз! И «куда деть, когда надоест» – это два! Фу, пакость какая!
Ой, сколько же мыслей в голове у молодых девушек!
И вот наше милое воздушное создание, улыбаясь всему на свете и радуясь, что денек такой хороший, хотя и зябко, медленно двигалось по тротуару, обходя лужицы и наблюдая за тем, чтобы ее замшевые полуботиночки, подаренные бабушкой, не потемнели от влаги.
Длинная блестящая красная кабина фуры перегородила тротуар. Немного поворчав на такого неаккуратного водителя («Мы же ходим здесь!»), она обошла авто и вдруг услышала возню и крики. Куча так называемых работников склада супермаркета пинала ногами какой-то темный предмет, похожий на мешок. А руководил и подбадривал огромный детина в сером грязном свитере с оленями. Он напомнил Улечке Алешу Поповича из мультика. Такой же здоровый, а ума не нажил!
Серый мешок зашевелился, застонал, и Улечка увидела, что пинают они средних лет дядечку, сжавшегося калачиком и пытавшегося свернуться как бы в кокон, хоть как-то стараясь защитить себя от побоев.
– Прекратите сейчас же! Что вы делаете! Он же живой человек, нельзя так! – Улечка бросилась в атаку…
– Иди, милаха, без тебя разберемся! – буркнул мужик, наступая на нее, как бы пытаясь своими грязными пятнами на свитере загородить от девушки происходящее. – Пойман вор, сейчас вызовем полицию, идите, девушка, – уже смягчившись, произнес он, разглядев миловидную фигуру и, наверное, подумав, что лучше не связываться.
Не тут-то было!
– Но так же нельзя! Он живой человек! – Щечки раскраснелись, маска сьехала набок, Улечка вся дрожала. – Отпустите его немедленно!
Она решительно двинулась вперед, отодвинув водителя, по ходу всучив ему пакет с доставочными продуктами.
– Увазаемая, мы лазбелемся, – на плохом русском произнес один из восьми одинаковых супермаркетовских гномов, пытаясь утащить поникшего мужчину куда-то вглубь двора.
Рабочие и правда выглядели гномами или смурфиками, все в одинаковых голубых комбинезонах, кепочках и масках. Но действовали на редкость проворно и организованно. Почему-то Улечке вспомнилась передача «Мир наизнанку». Там где-то в Корее, кажется, утром много-много людей делали зарядку одинаковыми движениями… Как муравьи, промелькнуло у нее. От них пахло чем-то чужим. То ли жареной селедкой, то ли нездешними специями, но Улечке вдруг стало душно в этой толпе.
Она вспомнила и выкрикнула спасительное слово:
– Дистанцирование!
Гномы опешили и отступили. Видно, инструктажи по мерам против пандемии проходили часто.
– Уважаемая, успокойтесь! Мы обнаружили в кузове вора, возможно, он что-то украл, разберемся, – уже медланно, с расстановкой, низким, с хрипотцей, и легким окающим акцентом повторил водитель.
– Даже у виноватых есть права! Я позвонию в полицию! – Улечка имела маленький, но позитивный опыт общения с полицией и была уверена, что все служащие – милые и приветливые люди.
– А вот этого не надо! – протянул к ней руку водила, видя, что она вынула телефон из кармана. Широкая пятерня, неаккуратные грязные неровные ногти, мозоли на ладони… Она содрогнулась.