Николь Джордан – Мой страстный любовник (страница 20)

Будучи долгое время лишен женского общества, он ничуть не удивлялся тому, что физическое вожделение взяло над ним верх. Но одним вожделением невозможно было объяснить то, почему его так влекло к Кейт.

Нет, дело было в ней самой.

Брэндон бесстрастно задрал подол своей ночной сорочки и взял в руку член, намереваясь утолить свои потребности, чтобы в следующий раз, когда он окажется рядом с нею, он смог бы сохранять хотя бы некоторое подобие сдержанности. Однако банальная механическая сексуальная разрядка не принесла ему облегчения: настойчивые мысли о Кейт никуда не делись, и он принялся размышлять о том, какие изменения претерпело его собственное отношение к ней.

Он вновь и вновь вызывал в памяти пламенный образ Кейт – такой, какой он ее видел сегодня вечером. Страстной и независимой женщины, готовой бросить вызов всему миру. Той самой полной жизни и сил девчонки, которая бесстрашно привлекла его внимание еще семь долгих лет назад.

Но сейчас он хотел ее куда сильнее, чем готов был признаться даже самому себе. В Кенте он считал дни, когда можно будет завершить свой формальный визит и вернуться к ней. Брэндон вдруг сообразил, что в его жизни произошли серьезные перемены. Он привык к одиночеству и вплоть до недавнего времени был этим удовлетворен. Но теперь он с готовностью и даже нетерпением рассматривал возможность положить конец своей холостяцкой жизни.

Правда заключалась в том, что он хотел взять Кейт в жены. Никакая другая женщина его в этой роли не устроила бы. И, уж конечно, не те две унылые мисс, с которыми он познакомился сегодня вечером, как и любая другая из молодых женщин в ее списке.

Но главная трудность заключалась в том, что Кейт чересчур зациклилась на своей идеальной любви, имея о ней весьма смутное, на его взгляд, представление. Он всегда знал, что едва ли падет жертвой любви. Собственно говоря, он сомневался, что какая-либо женщина сможет пробудить в нем это чувство, даже Кейт.

В отличие от нее, он был свидетелем нескольких примеров отношений, в которых присутствовала любовь, но находил в этом слишком мало радости. Его собственные родители казались ему бессердечными и бесчувственными, их брак был холодным деловым соглашением, а зачатие и воспитание детей – простым исполнением долга. Что же касается его самого, то нечто похожее на эмоциональную привязанность он испытал, лишь потерявшись в ярко-зеленых глазах и теплой, чувственной улыбке Кейт.

Но это было еще до войны. С тех пор ему казалось, будто он лишился чего-то важного. Он ненавидел убивать и калечить других людей, но подобный опыт, как подозревал Брэндон, оставил в его душе незаживающие раны. Быть может, именно поэтому идея жениться на Кейт таила в себе столь неизъяснимую привлекательность. Она сможет заполнить собой пустоту в его жизни.

Долгие годы его влекли вперед лишь обязанности и долг. Рядом не было никого, кто вызывал бы улыбку на его лице или согревал бы его постель по ночам. Ему не к кому было возвращаться домой, как не было никого, кто хотя бы обеспокоился, а вернется ли он туда вообще.

Кейт могла бы стать таким человеком.

Между ними уже протянулась невидимая, но прочная связь, пусть даже она не перерастет во что-либо примечательнее дружбы или привязанности. И сейчас перед ним встала задача – заставить ее признать существование этой связи и согласиться с его точкой зрения. Если она хочет его достаточно сильно, то не станет настаивать на обязательной любви.

Впрочем, он уже и так до некоторой степени преуспел; она хотела его, но не желала признаваться в этом даже самой себе. К тому же ей это не нравилось. Но он должен был в полной мере воспользоваться своим преимуществом.

С Кейт у него возникли бы осложнения при любых обстоятельствах, и, хотя он и предпочитал честность и прямоту, тем не менее не мог раскрыть ей свои внутренние мотивы, иначе она испугается и убежит. Самое малое, что он должен сделать, – притвориться, что действительно ищет себе невесту, и именно поэтому он и предложил, чтобы она наставляла его в этом вопросе. Таким образом он рассчитывал выяснить, какие качества она ожидает встретить в своем кавалере и как она хочет, чтобы за нею ухаживали. А он использует ее собственные советы против нее и вынудит ее разрушить свои оборонительные бастионы.

Короче говоря, он намеревался завоевать Кейт с помощью всех средств, имеющихся в его распоряжении, обычными они были или нет. Даже если ему придется прибегнуть к не совсем честным способам или нарушить общепринятые ритуалы сватовства и женитьбы, он должен покорить ее сердце.

Приняв подобное решение, Брэндон наконец смежил веки и расслабился настолько, что погрузился в сон. Но, перед тем как заснуть окончательно, он сонно и удовлетворенно улыбнулся.

Он остановил свой выбор на Кейт. И теперь ему остается лишь убедить ее в том, что их брак неизбежен.

Глава седьмая

Когда поздно вечером Кейт вернулась домой, то оказалось, что она все еще кипит и негодует после пикировки с леди Дальтон. Всю ночь Кейт не находила себе места и проснулась со вновь обретенным твердым намерением найти Девериллу достойную невесту. Совершенно очевидно, что до сих пор она занималась поисками бессистемно, и теперь ей предстояло пересмотреть свою стратегию. Больше никаких покорных серых мышек для него! Ему нужен кто-нибудь получше.

Итак, она изменит свои планы и представит его той, на ком остановила свой выбор изначально, – Дафне Фэрнуолл. Дафна станет для него прекрасной женой. Она умна, красива, талантлива, умеет поддержать любой разговор, а будучи дочерью барона, занимает респектабельное положение в обществе.

Пожалуй, решила Кейт, одеваясь, она даже должна быть благодарна своему заклятому врагу за вчерашний предупредительный выстрел, поскольку он заставил ее вспомнить о своих боевых инстинктах. Да, определенную роль в ее вновь обретенной решимости сыграла и ревность, но ведь она главным образом думала о Деверилле. Она сделает все, что только в ее силах, чтобы уберечь его от загребущих лап этой ведьмы.

Это дело перестало быть одолжением, которое она оказывала своей тетке, или средством убедить его сопровождать ее во Францию. Теперь это стало битвой за его будущее.

Минувшим вечером, прежде чем расстаться, они договорились устроить утром совещание у нее дома. Поскольку и Нелл, и Мауры не должно было быть, Кейт выбрала для встречи с Девериллом павильон в задней части сада – симпатичное сооружение с куполом, частично скрытое зарослями деревьев.

Окруженный со всех сторон белыми шпалерами, увитыми густыми побегами плюща и вьющейся плетистой розы, павильон должен был обеспечить им уединение, но из-за того, что день выдался серым и пасмурным, обстановка отнюдь не выглядела романтической. В воздухе висела морось, и было довольно прохладно, так что Кейт решила одеться потеплее. Заодно она сказала себе, что раз на ней будет тяжелая плотная одежда, то у Деверилла будет куда меньше возможностей приласкать ее грудь.

Когда он явился в десять часов утра, она встретила его в прихожей. Набросив на себя накидку с капюшоном, она вывела его наружу, к террасе на заднем дворе, и повела по широким каменным ступенькам, ведущим вниз.

Садовников нигде не было видно, пока они шагали по усыпанной гравием дорожке. Но Деверилл, похоже, догадывался о ее мотивах, если судить по его понимающему многозначительному взгляду. Он приостановился у дверей павильона, обозревая интерьер, остановив свой взгляд на расположенных друг напротив друга деревянных скамьях.

– Хотите, я угадаю причину, по которой вы выбрали это место?

– Я сама с радостью сообщу вам ее. Мне нужен был интерьер менее интимный, нежели моя гостиная.

– Этот интерьер меня не остановит, если я вдруг захочу интима.

Кейт почувствовала, что неудержимо краснеет, но тут же выбранила себя за столь рефлекторную реакцию. Она вела себя именно как ханжа, коей ее и назвала леди Икс.

– Нам нужно обговорить очень многое, поэтому не будем терять времени.

Откинув капюшон накидки, она опустилась на одну из скамеек и знаком предложила Девериллу занять другую. Но, вместо того чтобы повиноваться, он просто привалился широким плечом к стойке дверного проема и застыл в ожидании.

Кейт сделала глубокий вдох. Ей надо перестать беспокоиться о том, что она осталась с Девериллом наедине, и приступить к его обучению. К несчастью, этот его пристальный взгляд – нежный и чувственный – мешал ей сосредоточиться.

– Мы должны направить свои усилия на то, чтобы повысить вашу привлекательность в глазах выбранной кандидатки, – сказала она. – Поскольку у меня нет цели затягивать ваши мучения, я не стану докучать вам своими бесконечными списками…

– И слава богу.

Она метнула на него прищуренный взгляд:

– … но я поделюсь с вами некоторыми признаками идеального кавалера. Полагаю, что большинство женщин хотели бы встретить подобные качества и в своем супруге.

Деверилл скрестил руки на груди.

– Продолжайте, прошу вас.

– Поначалу о том, что мне не нравится. Я уже упоминала, что многих обеспеченных молодых леди может отпугнуть ваша эпатирующая натура, и предостерегала вас, что нельзя вести себя с ними угрожающе, развязно или чересчур властно. При этом вы не должны недооценивать и унижать даму, равно как и вести себя так, словно вы лучше нее.