Нико Кнави – Отделенные (страница 32)
Там уже сидел и Виркнуд, и Ярл Мурмярл.
– Ну, с чем пожаловал?
– По Нирии все чисто. Боится уступить первенство, потому и торопится. Слух прошел, будто «Утренняя заря» собирается продавать новый набор из нежной мази на основе пустынника, масла для умывания и питательного молочка для чувствительной кожи.
Рыцарь улыбнулся – слышать такое от тертого разведчика неожиданно и даже забавно. Не к лицу суровому Виркнуду говорить о кремах и коже.
Оборотень продолжил отчет, кратко описав слухи и рассказав об «Утренней заре» – главных соперниках Нирии на Севере. Те, вроде как, собирались порадовать женщин новыми товарами через месяц. Это и взволновало главу Всесвета, вынудив ее поспешить со своими планами.
– Ладно, отзывай ребят от нее. Зря напрягались.
– Никогда не мешает перестраховаться, – возразил Виркнуд, и Эйсгейр согласно кивнул.
«Раз все в порядке, пусть везет свои штучки через портал, – подумал рыцарь. – Заждалась, наверное, моего ответа».
Говоря Нирии, что решение о портале он не может выносить единолично, Эйсгейр несколько покривил душой. Согласно указу, изданному лет тридцать назад, лордам действительно не позволялось распоряжаться порталами как заблагорассудится. Ввели всякие правила, расписания… И рыцарь следовал им, если дело касалось порталов, появившихся в Ледяном дворце уже после того, как Северные земли вошли в состав Королевства людей. Но у Эйсгейра имелась парочка других. И вот ими он распоряжался как хотел.
– Что еще? Или так не терпелось рассказать мне об этих чудесных кремах, что пришел аж на ночь глядя?
Виркнуд фыркнул, отпихивая от себя надоедливого Мурмярла.
– Мне хватает того, что дочери присели на хвост с ними.
«Хочешь не хочешь, а запомнишь, как их штучки называются, да?» – со смешком подумал Эйсгейр.
Он знал: фыркнул разведчик, скорее всего, притворства ради. Своих дочерей рыжий оборотень любил до последней шерстинки и даже не раз злоупотреблял положением: выведывал подноготную некоторых слишком настырных ухажеров – хотел защитить своих кровиночек. Но делал он так прежде всего потому, что был ар-вахану. Натерпелся в юности всякого. И пусть его дочери, рожденные от обычной женщины, волчицами не стали, тайну своей семьи Виркнуд хранил как зеницу ока. Не хотел, чтобы дети хоть как-то из-за нее пострадали.
Эйсгейру вдруг вспомнилась недавняя поимка знаменитого Черного Хвоста. Молодой король наконец решил эту проблему – разбойник-ар-вахану сидел в печенках у всего королевства едва ли не глубже Ортхирского Мясника.
– Кстати, что там было в Южных Клыках?
Виркнуд ведь мотался туда – хотел посмотреть на все это, и Эйсгейр отпустил его.
Разведчик поморщился.
– Вешали почти без разбору. Черный Хвост ведь последний месяц в Южных Клыках и сидел. Запугал там всех. И всех за укрывательство осудили.
Рыцарь знал о планах поймать Черного Хвоста и даже обсуждал их с королем. Тогда Эйсгейр решил, что молодому правителю нужно делать все самому, и не стал вмешиваться. А теперь пожалел. Понадеялся, что король будет щепетильнее – не допустит произвола, не прибегнет к помощи наемников. Ведь все прекрасно знают о проблеме «отделенных». Да, если Черного Хвоста поймали и повесили, дело можно считать закрытым. Но не будет ли в будущем от этого еще больше бед? Появятся новые Хвосты из выживших. И будут мстить за учиненную властями резню.
А проблема ар-вахану всегда влекла за собой другую, не менее серьезную, – порченые. Ведь их значительная часть – это те, кто в детстве подвергся нападению подраставших оборотней. Как искоренить ненависть к оборотням, если люди ненавидят людей?
– Но Черного Хвоста точно повесили?
– Точно. Сам видел. И, милорд, я… – Виркнуд замялся, но, прокашлявшись, продолжил: – Когда вытаскивал там некоторых, двух наемников и одного солдата того… прирезал.
– Океан-отец, кого ты вытаскивал?!
– Успел вывести пару семей до облавы, и потом еще трех щенков и женщину. Они не преступники, милорд, я их лично знаю. Но справедливого суда они бы не дождались. А эти… женщину и девочку изнасиловали.
Эйсгейр вздохнул. За насилие, тем более над детьми, полагалась смертная казнь. Деяние Виркнуда можно было расценить как справедливую кару за преступление, но и сама кара вышла за рамки закона.
– Тебя видели?
– Волком только, может. Не узнают, милорд, если вы об этом. Но я просто… не смог остаться в стороне.
Рыцарь подумал, что и сам бы не смог. Нет, все-таки стоило заявиться в Южные Клыки…
– Где спасенные сейчас?
– Осиротевших и одну семью увел в Топи. Остальные не захотели.
В Айсенских Топях жили оборотни-ар-вахану – Эйсгейр сам выделил им это место подальше от людей. И старался не трогать. Топи жили отдельно от всех и никаких податей не платили. При этом за несколько десятков лет селение почти не выросло. Почему-то среди ар-вахану было мало тех, кто хотел подчиняться законам Северных земель и жить мирно.
Рыцарь догадывался почему: многие оборотни выбирали путь мщения людям. Так и крутился этот круговорот: «отделенные» мстили людям за себя и близких, люди делали то же самое. Каждая смерть становилась еще одной каплей, которых уже накапал океан. Океан ненависти. И как его осушить, никто не знал.
Виркнуд вернулся к тому, с чем пришел:
– Граф Дайен встречался с Гилрау Лаэрдэтом в Бергнесе.
– Так далеко от Макитура?
– Далеко, – согласился Виркнуд. – По словам слуг, он ни с того ни с сего стал раздражительным, нервным, ходил так чуть ли не неделю и в конце концов поехал в Бергнес. Разведчик пробрался туда, где граф встречался с ректором, и слышал, как Дайен возмущался. Мол, некие «они» не дают никаких гарантий и кормят обещаниями вот уже целый год.
«Год… – Рыцарю вспомнилась недавняя беседа с наместником. – Эамонд говорил, что год назад Шелан ездил в Периам».
– Гилрау просил Дайена проявить терпение, утверждал, будто спешить нельзя, да и нет никаких причин для спешки. Тем более еще не все согласились участвовать, а некоторым мероприятиям требуется тщательная подготовка и несколько попыток.
Эйсгейр решил, что одно из мероприятий – убийство владыки Светлого Леса. Но как собираются устранять Милихэна, если сами эльфы не могут попасть к своему королю?
Океан с ними, с эльфийскими загадками. Тут людские бы разгадать…
Глава 8. Затленыш
Им повезло. Мильхэ потеряла сознание всего на пару мгновений раньше Геррета. Одеяла слизнуло огнем, но в целом все остались невредимыми, если не считать подпаленных волос и одежды.
Близнецы и Фаргрен тут же вскочили. Раскаленный воздух на пепелище грозил убить всех, дышать было почти невозможно – горло обжигало от малейшего вдоха. Фар взвалил Мильхэ на плечи и побежал к роще. Рейт и Лорин метнулись к Геррету и, взяв его под руки, потащили туда же. В отличие от эльфийки, коротышка еле-еле, но мог переставлять ноги.
Рощица встретила их спасительной, успокаивающей прохладой – убийственный огненный шторм ее не коснулся. Фаргрен осторожно опустил свою бесчувственную ношу на землю. Хорошо бы принести ей воды. Теперь им всем нужна вода – все запасы ушли на защиту от огня.
Ледяная ведьма их спасла. Сам Фаргрен смог бы уйти от потерявшего мозги маагена. Не без ранений, конечно, но смог бы – волчьи ноги быстры. А вот близнецы… Вряд ли бы пережили эту бурю. Пусть она и длилась всего ничего, но Геррет выпустил огонь ужасающей силы. Даже если бы хоть кто-то еще дышал после того, как «драконья атака» исчерпала свой запас, он умер бы от ожогов – и очень скоро.
Злющий Рейт чуть ли не швырнул коротышку на землю.
– Ах ты, дерьмо жнецовье!
Упавший на колени Геррет опрокинулся на спину от пинка и скорчился, будто оплавленный.
– Твари чащобные, Рейт! – воскликнул Лорин, пытаясь унять разъяренного брата, который успел еще и вмазать коротышке по лицу. – Прекрати!
– Да он нас чуть не убил! – выкрикнул тот, но мутузить Геррета больше не стал. – Как она? – спросил он Фаргрена уже чуть спокойнее.
– Без сознания.
Мильхэ лежала на земле не шевелясь. И неизвестно было, сколько она так проваляется. А вот взгляд Геррета через несколько минут стал осмысленным.
– Вода есть? – прохрипел он, облизывая пересохшие губы.
– Нет, гадский ты затленыш, – процедил сквозь зубы Рейт.
Геррет оглянулся на сожженный ров. Потом сглотнул, потер уже наливающуюся красным скулу.
– Как долго ты не запускал «атаку», тупица?
Коротышка молчал, уткнувшись взглядом в землю.
– Отвечай, иначе отделаю – мало не покажется!
– Год, – буркнул Геррет.
– Год?! – Рейт взревел и снова ринулся на него. – И ты не сказал?
Между ними замерцал щит. Рейт сумел остановиться и с досадой пнул купол. Тот раскололся от удара – оказался слишком слабым. Впрочем, сердитый здоровяк не стал развивать успех.
– Ты нас чуть не убил, Гер!
– Почему ты вообще с углей-то слетел? – спросил Фаргрен. – Не новичок же.
– Одержимый он, – ответил вместо Геррета Рейт, и все стало ясно.