Никки Френч – Близнецы. Черный понедельник. Роковой вторник (страница 68)

– Почему она так упорствует? Разве ей осталось что терять?

– Наверное, она боится потерять его, – мягко ответила Фрида. – Можно, я с ней поговорю?

– Чувствуйте себя как дома.

Фрида подошла к столу и села в кресло, которое только что освободил Карлссон. Пристально посмотрела на Тэрри, и Тэрри ответила не менее пристальным взглядом. Да еще и зубы стиснула, словно бросая вызов.

– Вы спасли Мэтью жизнь, – сказала Фрида. – Понимаю, звучит нелепо, и не думаю, что этот факт улучшит отношение к вам со стороны толпы на улице, но это правда.

Тэрри насторожилась.

– Ты просто пытаешься подобраться ко мне. Ты хочешь заставить меня говорить.

– Я просто говорю правду. Когда я увидела вас на кладбище, то поняла: Мэтью там. Если бы на его поиски ушло больше времени, он бы умер.

– И что? – пожала плечами Тэрри.

– Он не умер. Нет худа без добра, верно? Вы поэтому вернулись? Вы хотели проверить, жив ли он?

Тэрри окинула ее высокомерным взглядом.

– Мне нечего тебе сказать.

– Должно быть, вы только об этом и думали, – предположила Фрида. – В каком-то смысле было бы легче, если бы вы его убили. Но в те дни вы находились под наблюдением, а когда сидели здесь, то, наверное, вас преследовал образ маленького мальчика, лежащего в темноте. Поэтому вы вернулись. Вы так поступили из… Я не уверена, какое слово тут лучше всего подходит. Может, вы беспокоились о нем? А потом вы увидели меня и поняли, что я вас тоже увидела. Вы убежали и позвонили Дину. О нем вы тоже беспокоились. Вы заботились о нем. А он о вас заботился?

– Тебе не удастся настроить меня против него.

– А я и не пытаюсь.

– Да врешь ты все!

– С Мэтью все будет хорошо, – сказала Фрида. – Я только что из больницы. Думаю, у вас теперь камень с души упал.

– Мне все равно.

– Вам точно не все равно. Но сейчас главное – выяснить, где Кэти.

Тэрри, как всегда, пожала плечами.

– И Джоанна. Что случилось с Джоанной, Тэрри? Где она похоронена?

– Спросите у Дина.

– Очень хорошо.

– Где мой чай и сигарета?

– Я хочу задать последний вопрос: зачем вы пошли домой?

– Не знаю, – ответила Тэрри. – Почему бы и нет?

Фрида на мгновение задумалась.

– А мне кажется, я знаю.

– Серьезно?

– Вы отправились на кладбище, увидели меня и поняли, что мы найдем мальчика. Тогда вы позвонили Дину и поняли, что сделали для него все, что могли. А что потом? Вы действительно собирались убежать? Правда? Но что это означало бы? Смогли бы вы пуститься в бега? Залечь на дно, навсегда? Взять новое имя? Окажись я на вашем месте, наверное, я бы думала точно так же, как и вы. Сама мысль о такой жизни лишила бы меня остатков сил. Я сделала все, что могла. Мне бы захотелось пойти домой, пусть даже я проведу там всего лишь минуту. Мне просто захотелось бы пойти домой.

Тэрри тяжело дышала. Она пошарила в кармане джинсов, выудила оттуда смятый старый платок и громко высморкалась. Затем бросила платок на пол и снова уставилась на Фриду.

– Тебе не удастся заставить меня сказать хоть слово против него, – заявила она. – Мне нечего сказать.

– Я знаю. – Фрида встала с кресла, присела и подняла мокрый платок. – Не стоит добавлять к другим проблемам еще и мусор.

– Ой, отвали, – буркнула Тэрри.

Фрида и Карлссон вышли из допросной, и Карлссон отправил двух женщин-полицейских к Тэрри. Он начал что-то говорить, но тут из-за угла показался другой детектив. Он тяжело дышал и едва сумел выдавить из себя:

– Только что звонил Алан Деккер. Он разговаривал с Дином Ривом. Они встретились.

– Что за черт! – Карлссон обернулся к Фриде. – Хотите поехать с нами? Подержать его за руку?

Фрида на минуту задумалась.

– Нет. У меня другие дела.

Карлссон не смог скрыть улыбки.

– Что, вам уже неинтересно?

– Просто мне обязательно нужно кое-что сделать.

– Рождественские покупки? Или что-то, о чем мне следовало бы знать?

– Не знаю, – честно ответила она.

Он подождал, но Фрида больше ничего не сказала.

– Ну и черт с ним! – заявил Карлссон и ушел.

Фрида села, побарабанила пальцами по столу, снова встала и направилась в оперативный пункт. В дальнем углу раздавался звон бокалов и веселый смех. Чувствовалось, что дело закрыто, и полицейские уже начали праздновать. Фрида вытащила из кармана блокнот и бегло просмотрела его. Затем подошла к столу, где стоял телефон, подняла трубку и набрала номер.

– Саша? Это Фрида. Да, я так рада, что поймала вас. Не могли бы вы оказать мне услугу, правда, очень большую? Мы можем встретиться? Немедленно. Я могу приехать прямо туда, где вы находитесь. Чудесно. До встречи.

Она с шумом опустила трубку на рычаг. В противоположном конце комнаты какой-то молодой детектив оглянулся и удивился: куда эта женщина-врач так торопится, что чуть ли не бегом выскочила в коридор?

Глава 44

Карлссон постучал в дверь, и она открылась едва ли не раньше, чем он успел опустить руку. Перед ним стояла низенькая, но крепко сбитая женщина в старых джинсах и оранжевом джемпере с закатанными до локтей рукавами. Ее лицо, полностью лишенное косметики, было усталым и взволнованным.

– Кэрри Деккер? Я главный инспектор Малком Карлссон. А это детектив Иветта Лонг. Думаю, вы и ваш муж ждали нашего прихода.

– Алан в кухне. – Она помолчала. – Он очень расстроен.

– Мы просто хотим задать несколько вопросов.

– Я могу остаться?

– Как пожелаете.

Карлссон проследовал за ней в кухню.

– Алан, – мягко сказала она. – Они пришли, Алан.

Он производил впечатление раздавленного, обезумевшего человека. На нем все еще было потертое шерстяное пальто, и он сидел, навалившись на кухонный стол. Когда он поднял голову, Карлссон заметил, что у него такой вид, словно он плакал в течение многих часов или даже дней.

– Это срочно, – сказал Карлссон. – Вы должны сказать нам, что случилось.

– Я предупреждала его, что не стоит туда ходить, – запричитала Кэрри. – Я говорила ему. Объясняла, что он подвергает себя опасности.

– Не было там никакой опасности. Я же говорил. Мы встретились в людном месте. Все заняло несколько минут. – Он нервно сглотнул. – Я словно посмотрел в зеркало. Я должен был сразу сказать тебе. Я понимаю, что поступил неправильно. Но еще пару недель назад я и понятия не имел, что он вообще существует. Я должен был увидеть его. Прости.

Он дрожал, в глазах снова стояли слезы. Кэрри села рядом и взяла его ладонь в свои. Она поцеловала его руку, и он прислонился к ней своей большой, тяжелой головой.

– Все хорошо, любимый, – сказала она.

Карлссон отметил про себя, что она защищает мужа с материнской нежностью.