Никки Френч – Близнецы. Черный понедельник. Роковой вторник (страница 124)

– Она, наверное, к этому уже привыкла. Где Хлоя?

– В каком-то мобильном клубе.

– Что это такое?

– Честно говоря, не знаю, – заявила Оливия. – Все происходит на «Фейсбуке», кажется, да и вообще она с Сэмми, Сэмми и его друзьями, и ей уже семнадцать.

В дверь позвонили. Она вышла в прихожую и с такой силой распахнула дверь, что та отскочила от стены и снова захлопнулась, но Фрида успела мельком увидеть два удивленных лица.

– Простите, – извинилась Оливия, открывая дверь. – Пожалуйста, проходите.

Сразу было понятно, что они брат и сестра. Дело не только в том, что оба были высокими и поджарыми и волосы у них были одинакового рыжеватого цвета, хотя он предпочитал короткую стрижку и местами его волосы выгорели до пепельного оттенка. У обоих было овальное лицо и серо-голубые глаза.

– Привет! – поздоровалась Тесса. Она заметила Фриду и, узнав ее, улыбнулась. – Это мой брат, Гарри Уэллс.

Гарри пожал руку Оливии, а затем и Фриде.

– Не обращайте на меня внимания, – сказал он. – Я могу посидеть в машине, если хотите, или в уголке, пока вы поговорите. У меня полно работы, которую еще предстоит доделать.

– Вы к нам присоединитесь? – спросила Тесса у Фриды.

– Я пригласила ее для моральной поддержки, – сообщила Оливия. – Я думала, что вы можете оказаться какой-нибудь страшной теткой в строгом костюме в полоску. Но теперь мне кажется, что я и сама справлюсь. Проходите в гостиную. Правда, там такой беспорядок… Хотя я честно пыталась прибрать.

– Где мне лучше устроиться? – спросил Гарри у Фриды.

– Попробуйте в кухне, – с сомнением в голосе протянула Фрида. – Но предупреждаю: возможно, там окажется еще хуже, чем в гостиной. Может, пойдем и посмотрим вместе?

– Ничего себе, – почти восхищенно протянул Гарри, входя в кухню. – Теперь я понял, что вы имели в виду.

– Я могу расчистить вам место за столом.

– А вы куда сядете?

– Я подумала, что, наверное, стоит немного разгрести беспорядок. Хотя даже не знаю, с чего начать.

– Слушайте, а давайте я вымою посуду?

– Это даже не обсуждается.

– Почему? Я люблю мыть посуду. Здесь найдутся перчатки моего размера?

– Нет.

– Ага, вот они. – Он ловко натянул их. – Прекрасно. Тащите все сюда.

– Нет, это совершенно неуместно.

– Неуместно?

– Именно.

– Вам неловко.

– Да.

Он снял перчатки.

– Не понимаю почему. Может, тогда сделаете нам чаю?

– Я не хочу чаю.

– Бокал вина? За рулем у нас Тесса. Я отсюда вижу целых четыре открытых бутылки.

– Хорошо. Я сделаю вам чай, а вы пока садитесь за стол.

Она убрала со стола пепельницу, бокалы, чашки и несколько ужасно грязных тарелок, потом собрала газеты и журналы и сложила их стопкой. Она обнаружила несколько нераспечатанных писем – судя по всему, счетов, – и отложила их в сторону, чтобы Оливия позже просмотрела.

– Садитесь.

– А вы упрямая.

– Да. Я только вытру стол.

– Может, я поставлю чайник?

– Вы везде чувствуете себя как дома?

– Я? – Он, похоже, удивился. – Не знаю.

Фрида заварила чай, а Гарри Уэллс открыл свой портфель, достал оттуда какие-то бумаги и разложил их на столе, но у Фриды возникло впечатление, что работать ему совсем не хочется. Она чувствовала, что он наблюдает за ней, пока она складывала тарелки в посудомоечную машину.

– Кем вы работаете? – спросила она наконец.

– Я финансовый советник. Вот, после этого все обычно замолкают.

– И кому вы даете советы?

– Кому угодно. Тем, кто богат и хочет знать, на каком офшорном счете лучше всего спрятать свои деньги; и тем, кто отчаянно пытается, но никак не может свести концы с концами. Еще я присматриваю за парой благотворительных учреждений. Вы не поверите, во что люди умудряются вляпаться, да еще и деньги туда вложить.

– Ну почему же, поверю.

– А вот вы – нет. То есть вы свои деньги куда попало не понесете.

– Нет.

– Конечно, нет. Я слышал, вы психотерапевт.

– Да.

Люди часто реагировали на ее профессию шутливым и одновременно нервным вопросом – например, что она может увидеть в их поведении, словно у нее не нормальное зрение, а рентген. Но Гарри Уэллс, положив подбородок на скрещенные ладони и глядя прямо на нее, заявил:

– Да. Я понимаю, почему люди вам доверяют. – Потом добавил легко и непринужденно: – Может, пообедаете со мной в пятницу?

Фрида поставила перед ним чашку.

– Ладно.

– Хорошо. Место встречи обсудим позже. Какой у вас адрес электронной почты?

Она назвала ему адрес, и он записал его. Потом открыл папку, взял карандаш и приступил к работе. Фрида улыбнулась про себя и взялась за особенно грязную кастрюлю.

Глава 31

Фрида заварила себе нормальный чай – сладкий и крепкий, красно-коричневого цвета, а для Айлинг Уайетт – зеленый. Она протянула Айлинг чашку, и та обхватила ее ладонями.

– Чувствую, мне надо согреться, – сказала она. – Мне так холодно! Мне всю зиму согреться хочется, она в этом году удивительно морозная. Бывали дни, когда я ходила вдоль реки и ждала, что она вот-вот покроется льдом. Ее ведь когда-то уже сковывал лед, сотни лет назад, правда? Когда-то по Темзе катались на коньках.

– И устраивали на ней ярмарки, – поддержала ее Фрида. – Народные гуляния.

– Этой зимой был такой мороз, – продолжала Айлинг, – что странно, как это река не замерзла.

Она производила впечатление человека, который мерзнет постоянно: такая худая, нервная.

– Это из-за старого Лондонского моста, – пояснила Фрида.

– Старого Лондонского моста? А он тут при чем?

– Он замедлял течение реки, – ответила Фрида.