Никита Смагин – Всем Иран. Парадоксы жизни в автократии под санкциями (страница 38)

А если говорить о поддержке отечественного производителя, самые популярные алкогольные напитки в Иране — домашнее вино и арак. Виноградный самогон самоотверженно гонят во всех уголках страны, а вино делают из всего подряд, кто во что горазд: в дело идет виноград, шелковица, груша, иногда даже манго. Качество конечного продукта, что вина, что арака, сильно разнится: от непонятной бурды до вполне качественного пойла. Тут все зависит от мастерства винодела или самогонщика. Но ГОСТа и любых других стандартов качества для алкоголя в Иране по понятным причинам нет, так что покупать приходится на свой страх и риск, если у вас нет надежных знакомых.

Одними из лучших мастеров в производстве алкоголя считаются иранские армяне. По закону религиозным меньшинствам — армянам, ассирийцам и евреям — разрешено производить алкоголь в своих целях (поэтому официально «сухого закона» в стране нет). Однако среди этих меньшинств немало тех, кто не ограничивается личным потреблением, а поставил дело на поток. Впрочем, виноделов хватает и среди обычных иранцев. Существует даже своеобразная региональная специализация: так, по общему мнению, лучшее вино в Иране делают в Ширазе и его окрестностях. Еще в стране встречаются самодельные водка и коньяк. Без пива тоже не обходится — в Тегеране можно найти фирмы, которые официально продают наборы для варки. Правда, речь о безалкогольном пиве. Но к набору, который содержит все от солода и хмеля до различных добавок, прилагается подробная инструкция: как и что делать, как долго варить и сколько настаивать. Если следовать ей, получится пятипроцентное пиво.

Есть и совсем простые способы произвести спиртное в домашних условиях. Как-то раз друзья-иранцы повезли меня в эгоматгах в северной провинции Гилян. Дословно это слово переводится как «резиденция, санаторий», но на самом деле все несколько интереснее. О таких отелях можно узнать, как правило, только от знакомых, и расположены они в укромных местах — наш стоял в лесу, вдали от городов и даже деревень. Общепринятые ограничения в таких местах не работают. Девушки на их территории ходят, в чем хотят, а неженатую пару без ­проблем заселят в один номер. Наконец, в самых смелых эгоматгахах персонал напрямую торгует алкоголем, хоть и из-под полы.

Ближе к ночи три десятка постояльцев разделились на две группы: половина пошла спать, другая — тихо выпивать около дома. Мой друг разболтался с двумя девушками, сидевшими на лавке: каждая держала по литровой пластиковой бутылке пива. Вроде бы безалкогольного, но на самом деле — нет. Одна из них поделилась нехитрым рецептом:

— Да мы просто купили безалкогольное пиво в магазине, накидали в него дрожжей и сахара. Чуть настоялось, и вот.

— Мазеш ке али нист, амма мигире! — добавила вторая. Вкус не супер, зато вставляет!

— Заметно, — сказал мой друг. Девушки были уже в серьезной кондиции. Пока Исламская республика не видит, это вполне нормально.

***

В другой раз мне пришлось самому проверить, как обычные иранцы относятся к алкоголю и возмущает ли их факт употребления. Тогда ко мне в гости приехал давний друг Валера — тот, который смутил иранскую молодежь, зайдя в кафе с транспарантом «Смерть Израилю!» — и мы отправились в небольшое путешествие на машине. Доехав до Исфахана, мы остановились в местном пятизвездочном отеле «Аббаси» и решили прибытие отметить — зайдя в номер, сразу расчехлили бутылку французского коньяка, разлили по гостиничным бокалам и выпили за наше путешествие. Валера вышел на балкон покурить, я зачем-то последовал за ним, и тут предательский порыв ветра захлопнул за нами дверь. Попытки открыть успехом не увенчались.

— У меня с собой телефон. Можно, конечно, попробовать позвонить на ресепшн, — сказал я.

— Так в чем проблема? Звони!

— Проблема в том, что у нас на столе в центре номера французский коньяк и два бокала. Сделать вид, что это не алкоголь, не получится

— И что тогда будем делать?

После некоторых размышлений я решил, что другого выхода, кроме как позвонить на ресепшн, у нас нет: прыгать опасно, все-таки третий этаж. Так что я набрал номер и объяснил ситуацию, мол, двое русских на балконе застряли. Почти тут же явился работник в униформе и нас освободил. Бутылку он явно заметил, но виду не подал. В качестве вознаграждения за спасение и проявленную толерантность к чужой культуре я вручил ему 50 тысяч туманов (где-то два доллара). Парень очень обрадовался и тут же начал объяснять, как можно открыть балконную дверь, если еще раз захлопнется. После этого он спокойно ушел. Мы еще две ночи оставались в отеле, никаких последствий не было. Характерная для Ирана ситуация — за исполнением местных порядков строго следят в основном те, кому за это платят. Судьба иностранца

«Как, совсем нет алкоголя? Даже в отелях? А с собой я привезти смогу? А в дьюти-фри купить можно?» — все эти вопросы я регулярно слышал от туристов, желающих посетить Иран. Ответ на все четыре вопроса один: нет, нет, нет и еще раз нет. Дьюти-фри в тегеранском аэропорту вообще довольно скучный: иранские сладости да сигареты. Впрочем, даже после таких наставлений многие пытаются обмануть систему и привезти с собой бутылку-другую. Заканчивается все, как правило, парой часов общения с полицией сразу после паспортного контроля и преждевременным возвращением домой. Специально для этого в аэропортах стоят пункты досмотра, где тщательно сканируют чемоданы и сумки всех, кто пересек границу.

В вопросах алкоголя местные правоохранительные органы гораздо строже относятся к иранцам, чем к гостям страны. Но не стоит думать, что иностранцам можно все: как минимум, стоит опасаться задержания, после которого вызволять горе-туристов придется российским дипломатам.

Говорят, раньше в Тегеране и Исфахане за вином или пивом надо было идти в армянские рестораны — там иностранцам наливали свободно. Но к 2020-м годам Исламская республика эту лавочку прикрыла. Знакомых из армянской общины или хороших друзей-иранцев армяне еще могут угостить, но случайный человек с улицы, включая иностранца, получит отказ. Рисковать не хочется — продавец алкоголя вполне может сесть в тюрьму, если его поймают с поличным.

А вот кто не испытывает недостатка алкоголя в Иране, так это иностранные посольства. Для обеспечения их нужд работает выстроенная схема: заказ через дипломатическую выписку. Дипломаты выбирают алкоголь на сайте фирмы из Дубая, дальше сообщают об этом посреднику, и через месяц-два им привозят драгоценные бутылки. Драгоценные в обоих смыслах — за доставку приходится переплачивать в полтора-два раза. Разумеется, власти Ирана прекрасно осведомлены об этой практике и ей не препятствуют.

Для тех, кто наделен дипломатической неприкосновенностью, есть и другой способ разжиться выпивкой — провезти ее через границу на машине, поскольку сотрудников посольств и консульств останавливать и досматривать нельзя. «Мы дипвыписку вообще не используем — очень дорого. Просто регулярно ездим на посольских машинах к себе и привозим», — поделился со мной дипломат посольства одной из стран Южного Кавказа, и в подтверждение своих слов подарил бутылку хорошего вина.

Что касается жителей Ирана, не наделенных никакими привилегиями, им остается действовать на свой страх и риск и надеяться на старую добрую коррупцию. Как рассказывал мне мой друг после того, как случайный полицейский, встреченный ночью, проверил, что у нас в пакете, каждый раз это лотерея — насколько сговорчивыми окажутся блюстители порядка и получится ли от них откупиться. Скрытые угрозы

Запрет на алкоголь порождает своеобразные проблемы, которые неведомы странам, где употребление спиртного в порядке вещей. К примеру, в Иране у дорожной полиции далеко не всегда есть с собой оборудование, чтобы проверить, пьян водитель или нет. В этой стране вообще не принято останавливать автомобили для проверки, употреблял ли водитель, ведь считается, что не пьет никто. В итоге ближе к ночи улицы Тегерана заполняют сотни подвыпивших автомобилистов, возвращающихся с вечерних посиделок. Проблемы у них будут, только если они попадут в серьезное ДТП, после которого общения с полицией не избежать и придется пройти тест на алкоголь в крови. Поначалу на посиделках в Иране я очень удивлялся, как легко иранцы садятся за руль по окончании веселья, сколько бы ни выпили. В России или странах Запада в таких случаях скорее вызовут такси, но — иранский парадокс! — здесь это опаснее: непонятно, как поведет себя незнакомый водитель, если поймет, что пассажир пьян. Вдруг сдаст полиции?

Какой процент иранцев употребляет алкоголь, установить сложно. Одна из наиболее фундаментальных попыток была предпринята в 2019 году, когда группа исследователей решила собрать всю имеющуюся информацию по теме из разных источников; результаты опубликовали в научном журнале Drug and Alcohol Review. Согласно оценке ученых, в общей сложности в Исламской республике регулярно выпивает 12% от всего населения, среди молодежи — 15%. При этом в разных регионах ситуация очень сильно разнится: от 0,03% употребляющих спиртное до 68%[58]. Правда, оценивать количество пьющих в Иране — дело неблагодарное: очевидно, иранцы склонны умалчивать о том, что практикуют употребление, так что любые данные относительны, а реальный процент любителей спиртного может быть заметно выше. Но не следует считать, что иранцы поголовно пьют, не обращая внимания на увещевания духовенства: значительная часть населения живет в соответствии с нормами ислама, никогда в жизни не употребляла и вообще плохо осведомлена о том, что такое алкоголь.