Никита Шарипов – Выжить любой ценой (страница 25)
— Не люблю, когда меня щенком называют!
Лесник ринулся в мою сторону. Между нами было примерно три метра расстояния. Пока он двигался до меня, я успел подумать, что в ярости сходство этого человека с медведем, выражено еще больше…
Вы пробовали когда-нибудь остановить медведя? Медведя, который служил в ДШБ. Я попробовал, и советую никогда в жизни не делать этого!
Дождавшись пока между нами останется метр, я рванул на встречу, нанося единственно верный, как мне казалось в тот момент, удар коленом в солнечное сплетение.
Все-таки масса решает многое, пришло мне на ум, пока я летел спиною на землю, зажатый как в тиски, этими медвежьими руками…
Мой удар коленом попал куда нужно, прямо в грудную клетку, но пробить мышечный каркас своего противника я не смог. Мы упали на землю, и от удара и придавленная массой лесника, моя грудная клетка лишилась воздуха. Пытаясь втянуть хоть чуть-чуть воздуха, я просто открывал и закрывал рот, не в силах вдохнуть…
Биться лежа в «партере» мне никогда не нравилось, я больше предпочитал бой стоя на ногах. Но все-же, я умел и умею драться практически в любом положении. Лесник расцепил свои руки, и приподнявшись на одной руке, попытался ударить меня другой прямо в голову. В этом была его ошибка, поставив блок обоими руками, я подтянул ноги к себе, и с силой вытолкнул его. Мощный кулак все-же нашел свою цель, и предплечья сильно обожгло. Но теперь я оказался свободен, и извернувшись вскочил на ноги.
Не используя красивых приемов, как в дешевых боевиках, я наносил удары ногами и руками по корпусу и голове противника, и танцевал вокруг него…
Три раза я вновь оказывался на земле, зажатый словно в тиски, но чудом мне удавалось выкрутиться, и встать на ноги. Силы покидали меня и моего противника…
Спустя пять минут, после начала боя, мы стояли в трех метрах друг от друга, и тяжело дышали. Первым заговорил лесник:
— Тебе повезло… Игнат… было бы мне тридцать лет… я бы тебя уложил…
— Бы мешает… Я тоже не бодр и свеж после всего пережитого!
Матвей Савельев, хлопая в ладоши, подошел и встал между нами, обращаясь к леснику:
— Ну что, Михаил Филиппович, проспорил ты мне! Говорил я тебе, что Шухов неплохой боец. Вышел бы с тобой я биться, уложил бы за двадцать секунд!
— Да ну вас. — лесник сплюнул кровь изо рта, и направился в избу. Открыв дверь, он остановился и произнес, — Игнат, готовься, сейчас шить будем. У тебя вон вся башка разошлась!
Дотронувшись рукой до щеки, я обнаружил, что она вся в крови. Савельев подошел вплотную, и посмотрев, сказал:
— Да, походу будет больно! — и развернувшись, направился к сидящему Тейлору.
— Матвей, это что такое было? Какой еще спор? — спросил я Савельева, который в этот момент поднимал на руки Чарли Тейлора.
Матвей мне не ответил, а просто направился ко входу. Зато за него ответил Чарли:
— Они с лесником поспорили, кто кого уложит. Матвей сказал, что ты выиграешь, а лесник с казал, что он тебя одним ударом свалит!
— А ты за кого был? — спросил я его, и Матвей остановился у входа, и развернул Чарли лицом ко мне.
— Я сказал, что лесник победит! А ты дурак, не мог даже проиграть нормально!
— Давай шагай отсюда! — улыбаясь, сказал я.
— Пошел ты Шухов! — и они вошли внутрь.
Я смыл кровь с лица водой, оставшейся в ведре, и сев на лавку, стал ждать Михаила Филипповича. Он пришел через пару минут, неся в одной руке небольшой чемоданчик из нержавейки, а в другой бутылку, все с тем же травяным чаем.
— На выпей, пока я все приготовлю. — сказал он мне, протянув напиток.
Я сделал несколько больших глотков, не чувствуя вкуса из-за жажды, и поставив бутылку на лавку. Мы приступили к делу: сперва он срезал при помощи лезвия старые нитки, а затем принялся обрабатывать рану перекисью водорода. После обработки он начал шить. Было довольно больно, но лесник справился за пару минут.
— Ну вот, все сделал. Я конечно не хирург, у меня пальцы слишком толстые, поэтому шрам большой останется. Но за пару недель заживет! — договорив, он сложил все обратно в чемоданчик, и продолжил, — Игнат, ты уж на меня не сердись, натура у меня такая, люблю подраться с хорошим противником!
— Все нормально. Бой и вправду был хороший. Честно, если бы вы не разжали хватку в первый раз, я бы проиграл.
— Ну значит не судьба мне тебя выиграть. В другой раз нормальный спарринг проведем. — Михаил Филиппович немного замялся, а потом продолжил, — Игнат, тут такое дело. Спросить хочу. Скорей всего, это просто совпадение, но вдруг! Матвей назвал тебя по фамилии Шухов! Имя Алексей Шухов, что-нибудь говорит?
Мне стало очень интересно почему он назвал имя моего отца, и я ответил:
— Шухов Алексей Иннокентьевич, мой отец. — в глазах Михаила Филипповича я увидел удивление.
— Игнат, а где твой отец служил, не подскажешь? — произнес он.
— Пятьдесят шестая Отдельная Гвардейская Десантно-Штурмовая Бригада. Воевал в Афганистане до самого вывода войск. В восемьдесят девятом уволился из армии…
— А в девяностом родился ты! — продолжил за меня Михаил Филиппыч.
На глазах лесника выступили слезы, и он вцепился, крепко обнимая меня и приговаривая:
— Леха Шухов, хоть не с тобой, так с сыном твоим встретились! — отцепившись от меня, он продолжил, — А я смотрю, черты лица знакомыми показались, но значения не придал. Игнат, скажи мне, как отец, он жив?
— Нет, отец погиб. И мать вместе с ним…
Алексей Смирнов, и его спутник, мальчишка по имени Егор, покинули деревню в шесть утра, и продолжили движение по лесу. Погода не задалась с самого рассвета, и мелкий дождик назойливо моросил.
В рюкзаке Алексея, нашлись два дождевика, которые путники одели на себя, и которые шуршали при малейшем движении. Видимо Егору это шуршание доставляло дискомфорт, и он начал доставать Алексея:
— Дядь Лешь, ты где эти целлофановые пакеты раздобыл, нормальных дождевиков не нашлось?
— Радуйся, что хоть такие есть. — сказал Смирнов, и выждав паузу, дал ответ на вопрос, — Нет не нашлось, в рюкзаке были только такие.
— Значит надо было положить в него нормальные, а не эти дешевки.
— Егор, ты чего ко мне привязался? Что не с той ноги встал? Могу увеличить время до привала в двое! Я дождевики в рюкзак не клал, они там уже были, когда он у меня появился.
— Я все понял, — в голосе мальчишки сразу же поубавилось спеси, — не нужно время увеличивать! Просто у меня ноги уже отваливаются от этих походов, и еще я не выспался, могли бы на пару тройку часов подольше поспать.
— Твои ноги скоро привыкнут к такой нагрузке. В связи с этим апокалипсисом тебе придётся много тренироваться, чтобы научиться выживать, а сильные и выносливые ноги, гарантируют тебе успех свалить от толпы тварей. Кстати, мы отдыхали восемь с лишним часов, этого больше чем достаточно, чтобы выспаться!
— Ну а я не выспался! Мне хоть десять, все равно мало. — пробубнил мальчишка, отставая от Алексея на несколько шагов. Прибавив ходу, он обогнал его, и уже нормально заговорил: — Дядь Лешь, а откуда у тебя рюкзак появился? Ты его нашел?
— Одолжил у одного человека.
— Круто! А кто этот человек? Он тебе его просто так отдал?
— Нет, он им со мною расплатился!
— Ты ему что-то продал?
— Нет, он расплатился за свою попытку лишить меня жизни!
— Во круто! — Егор обогнал Алексея, и повернувшись к нему лицом, начал бежать спиной, — Дядь Лешь, а расскажи, как ты его убил!
— Да там нечего особо рассказывать. На второй день это было. Я уже довольно далеко от города отошел. Ну и встретил одного дурака, который на мой автомат позарился. У меня патронов не было. Он мне в грудь из ружьишька своего стрельнул, да только я в броне был, и картечь мне вреда не нанесла. Пока он перезарядить пытался, я его и прикончил.
— Да, рассказчик из тебя дядь Лешь совсем неважный. — Егор развернулся, и пошел как прежде опустив взгляд на землю, — Это не рассказ, а отчет какой-то!
— Егор, ты достал меня. Как девчонка, то тебе не нравиться, это тебе не так! Ты хотя бы спрашивай что-нибудь нормальное, а не то как я тому дураку шею сворачивал!
— Хорошо. — оживился мальчишка, — Давно ты в спецназе служишь?
— Десять лет. Служил.
— И чем вы там занимались?
— Подразделение антитеррора. Думаю, название само за себя говорит.
— Да, я знаю, что это такое. Дядь Лешь, вот ты же много где был, видел там всякое! Что тебе запомнилось больше всего?
— Есть один случай! Так уж и быть расскажу. Тем более, до привала времени еще полно, шагай да шагай…
Прошло примерно двадцать секунд, до того, как Алексей Смирнов начал свой рассказ:
«Я тогда только первый год в спецназе служил. И расскажу, то что потом от других узнал. И в чем мне пришлось принять участие..
В Ростове-на-Дону, появилась какая-то семейная пара, которая занималась благотворительностью.