Никита Семин – Сын помещика 10 (страница 10)

Мужчина проигнорировал вопрос, продолжая читать и делать пометки в тексте. Чертыхнулся, когда капля чернил сорвалась с пера, и попытался устранить пятно промокашкой. Вышло не очень. В итоге он все же отложил бумаги и поднял тяжелый взгляд на Арину.

— Скажи, ты хочешь, чтобы я тебя в монастырь отправил?

Вопрос отца застал девушку врасплох.

— Нет, что ты! — испугалась она. — Что случилось, что ты такое мне говоришь?

— Не притворяйся, — дернул щекой мужчина. — Еще с мужем не развелась, а уже к другому побежала в кровать. Давно ждала случая, чтобы по рукам пойти? Может, мне тебя Совиной отдать с такими пристрастиями?! — прорычал он.

На Арину накатил ужас. Давно она отца в таком состоянии не видела. И тем более он никогда так на нее не смотрел и не пугал! Девушка сама не заметила, как очутилась на полу, стоя на коленях перед отцом.

— Не губи! Прости меня, бес попутал!..

— Вот в монастыре из тебя всех бесов и выбьют! — перебил всхлипывания дочери Борис Романович. — Себя позоришь, так еще и весь наш род хочешь в неприглядном свете выставить? Была бы ты не одна дочь, давно бы уже на тебя рукой махнул. Но повезло тебе, что Ксения не решилась снова беременеть. Уж очень тяжко ты разрождалась. Могла мать уже тогда в могилу свести. Что ж, решила, что сейчас это надо сделать?

— Папенька, да что ты такое говоришь-то? Я никогда…

— Я вижу, как ты «никогда», — со злостью опять оборвал Михайлов дочь. — Ты подумала, что будет, если этот музыкантишка начнет о проведенной вами ночи болтать? Ему-то что с гуся вода, а на тебя сейчас взгляд епархии нацелен из-за развода. Твой поступок даст преимущество Николаю. Сейчас иерей настроен к тебе благожелательно, и когда вы разведетесь, ты еще сможешь частично сохранить репутацию и рассчитывать на новое замужество, но если твоя выходка с этим Тишковым, — выплюнул фамилию музыканта мужчина, — всплывет — то все! Епархия поставит запрет тебе на новый брак. Епитимью обязательно наложат — и еще неизвестно, насколько суровую, а в обществе к тебе иначе, чем как к гулящей и относиться не будут. Потому и говорю — может свести тебя с Екатериной Савельевной, так сказать, заранее? Чтобы уже начинала пробовать — каково это, билетной быть?

Арина не могла поверить, что ее поступок несет столь серьезные последствия. И почему это Григорий должен всем рассказывать о проведенной ночи? Он честный человек!

«Ведь честный же?» — пробежала предательская неуверенная мыслишка в голове девушки.

— Папа, что мне делать? — дрожащим голосом спросила Арина, цепляясь за рукав рубашки отца.

— Лучше ничего не делай, — зло бросил Михайлов. — Вон, сделала вчера, теперь мне доваривать ту кашу, что ты заварила. Нет, точно в монастырь сдам! Там-то уж ты ничего не начудишь, — закончил он раздраженно.

Из кабинета отца Арина вышла вся белая от пережитого ужаса. Чуть позже к ней в комнату зашла служанка и передала слова Бориса Романовича, что девушка до самого завершения бракоразводного процесса будет сидеть под домашним арестом. Сил возмущаться, как и желания, у девушки не было, и она в ответ лишь понуро кивнула. Это лучше, чем монастырь.

***

Дубовка

В усадьбу я вернулся победителем. Триста рублей приятно заполнили карман пиджака, вселяя уверенность. И когда Тихон сказал, что необходимо керосина прикупить, а то Фрол лишь в топку печек залил, и он уже заканчивается, я лишь благосклонно кивнул ему:

— Поспрашивай, где купить можно, заодно по пути подумай, где бочонок взять, чтобы запас с собой у нас был. Держи, — протянул я ему ассигнацию в пять рублей. — Если останется, пусти на корм лошадям.

— Сделаю, господин, — охотно кивнул парень.

Так я узнал о местных «АЗС» — керосиновых лавках. Именно туда указали дорогу Тихону местные дворники. Керосин в нынешние времена — не картон, используется намного шире. В первую очередь в осветительных приборах, но есть и плитки на керосине, или вот — мои печки в карете. Потому и цена у него не была слишком высокой.

В усадьбе меня уже ждала Настя. Девушка успела и новое платье надеть, и прическу себе сделать, а при моем появлении тут же потребовала все оценить.

— Выглядишь великолепно! — ничуть не кривя душой, сказал я.

Настя аж расцвела. А я залюбовался ею. Платье струилось по ее плечам, облегало талию и свободно спускалось по попе вниз. Фурор моя невеста произведет не меньший, чем моя мама.

— Вот это красота! — восхищенно выдохнул зашедший в дом кузен.

Они только что вернулись с Владимиром Михайловичем из порта, и Антон был буквально сражен внешним видом Анастасии. Застыл так, что его отец был вынужден силой отодвигать парня в сторону, чтобы пройти в собственный дом.

До начала представления оставалось еще три часа, и потому мы решили выдвинуться через час — чтобы и Настя смогла покрасоваться перед всеми своим нарядом, и я новые знакомства все же завел. Очень надеюсь, что сегодня поход пройдет без эксцессов. Лишь немного напрягало повышенное внимание Антона к Анастасии. Парень пытался ей всячески услужить — спрашивал, хочет ли она чаю, предлагал отрепетировать танцы в новом наряде — будет ли удобно девушке в нем…

— Антон, — не выдержал я, — твоя настойчивость направлена не в ту сторону.

— О чем ты? — удивленно посмотрел на меня кузен.

— Анастасия — моя невеста. И если ты продолжишь быть столь… настырен в своем проявлении внимания к ней, то мы поссоримся. Дождись вечера, уверен, в театре найдется достаточное количество свободных дам для твоего внимания.

Антон сначала нахмурился, хотел что-то сказать…, но потом передумал и молча кивнул. Не думал, что он настолько беспардонным может быть, чтобы откровенно пытаться флиртовать с невестой собственного брата.

Из-за такого его поведения, когда мы поехали в театр, в карету я его не пустил. Тот сначала удивился, когда я начал закрывать перед его лицом дверцу, а затем все понял и хмыкнул, задрав нос.

Когда мы прибыли к театру, людей было еще не слишком много. Все же в этот раз мы гораздо раньше приехали, к тому же сегодня была не премьера новой постановки, на которую слетается много народа из города и округи. Я был лишь рад этому. Опасался правда, что Дарья снова придет на спектакль, но девушки пока не было.

Как и думал, внешний вид Насти привлек всеобщее внимание. Здороваясь с окружающими, она неизменно получала искреннее восхищение ее красотой и млела от такого интереса к себе, хоть и смущалась при этом.

Взяв в буфете нам по бокалу с вином, я принялся осуществлять свой план — попросту говоря, знакомился с редкими гостями театра примерно моего возраста. Сегодня это было не трудно. Подойти, вежливо поздороваться, представить Настю — и вот уже потенциальные невесты сами нехотя уступают место своим братьям и кузенам, переключаясь на общение с Анастасией. Ну а я могу спокойно не только прощупать собеседника — насколько он мне интересен, но и оценить перспективность знакомства еще и с точки зрения наследника рода. Есть ли смысл пытаться затевать какие-то общие проекты или нет, в каких отношениях находятся молодые дворяне между собой и что думают обо мне и нашем роде. Последнее конечно никто прямо в лоб не скажет, но уж заметить по мимике собеседника его истинное отношение к тебе можно. «Держать лицо» молодые парни в принципе умели, и когда я замечал, что со мной говорят формально, вежливо прекращал разговор, отходя в сторону, а затем наблюдал — облегчение испытал собеседник от завершения диалога или досаду. Если второе — то мог чуть позже опять вернуться к нему и продолжить разговор. Но где-то через полчаса ко мне сами стали подходить, как только поняли, что от общения я не уклоняюсь.

Из всех, с кем познакомился, мне больше всего понравилось общаться с Николаем Лисовым. Чуть старше меня, он тоже был сыном помещика, вот только земель у его рода было меньше и дополнительных производств не имелось. Сам парень прошел домашнее обучение, на другое средств у семьи не хватило. Но привлекло меня его искреннее любопытство и тяга к знаниям. Парень всерьез увлекался техникой и если бы не обязанности принять в будущем род, пошел бы учиться на инженера.

— Я для начала и простым учеником на заводе согласен, но отец не отпускает, — вздыхая, делился он, — говорит — урон чести рода. Я же три года назад не выдержал, сбежать пробовал — лишь бы к тому же Дубову в ученики напроситься, так не получилось, — уныло поведал мне Николай. — Ох и досталось мне тогда…

Как именно, он уточнять не стал. Парнем Лисов был открытым, к тому же любил читать про всякие технические новинки и даже сам пытался что-то эдакое нарисовать, после чего отправлял в редакцию журналов для опубликования.

— Ответа ни разу не получил, — опять вздыхал он.

Я же увидел в нем не только интересного собеседника, который может просветить меня в вопросах современной техники, но и человека, который бы мог и мои идеи из будущего воплотить. Пока лишь в теории — все же Николай до практики никогда не доходил — отец денег на эксперименты не выделял и все знания Николая оставались чисто теоретическими, но потенциал у Лисова, как конструктора-изобретателя на мой взгляд был. Самое важное — он горел желанием заниматься этим, и за несколько лет так и растерял этого своего энтузиазма, несмотря на сопротивление отца.