Никита Семин – Директор (ПВ-5) (страница 8)

— М-да, — только и оставалось мне мысленно костерить чудаков на букву «м» из нашего военного и политического руководства.

А тут мне недавно еще и товарищ Сталин звонил по поводу моей идеи «симметричного ответа». И сказал, что хоть она и в чем-то разумна, однако политически не целесообразна. Нас мол и так уже «до усрачки боятся», это моя вольная трактовка его слов. Из-за чего приходится вести себя потише, чтобы хоть немного восстановить дипломатические и — главное — торговые отношения. А то «беспредельщиков» никто не любит, и мы сами против себя весь мир настроим. После чего об СССР можно забыть.

Вот после этого разговора я и понял, почему у нас именно такая доктрина и что вряд ли мои предложения по ее изменению будут приняты. Потому и ломал голову, как и рыбку съесть и косточкой не подавиться.

Единственное, что радовало, совсем уж мою идею о «симметричном ответе» не отбросили. Лишь переработали. Теперь после точного определения «заказчика» ответка будет, но вот публично о ней никто не узнает. А «заказчику» передадут наше послание в устной форме через засвеченного их агента. Или еще каким-то подобным образом.

Лето уже закончилось, и моя сестренка пошла в школу. Да и мама вышла на работу в кулинарный техникум. Про отца молчу — он постоянно на работе, короткий отпуск не в счет. В итоге Люда теперь с Лешей обычно одна сидит, из-за чего сильно не высыпается и устает. Об этом она сама мне рассказала при очередном нашем созвоне. Понятно, что общаемся мы не каждый день, но раз в неделю все же удается поговорить с любимой. Утешаю ее как могу. Ребро меня уже почти не беспокоит, осталось дождаться, когда перелом срастется, а там уже и сможем увидеться. Что-то мне подсказывает, что когда это произойдет, Люда скинет на меня на сутки Лешу и сбежит на прогулку. Намеки почти прямым текстом об этом уже были.

— Серег, пленки принесли с испытаний, — заглянул ко мне в палату Королев.

— Отлично, — выдохнул я радостно и с облегчением отодвинул от себя бумаги со своими наметками по действиям армии. — Пошли.

Сергей Палыч без дела не сидел и все же начертил снаряд более надежной конструкции и установку с возможностью дистанционного залпа. Собирали все это дело и испытывали конечно без него, но зато велась кинохроника, пленки с которой нам и принесли. Чтож, пойдем, посмотрим, что получилось.

Егор вступил в ряды ОГПУ пять лет назад и в оперативной работе успел себя зарекомендовать не только как инициативный работник, но и не обделенный смекалкой и профессиональным чутьем. Не удивительно, что ему доверяли настолько, что вручили новую заграничную технику для подслушивания и дали задание применить ее для наблюдения за одним человеком. Его основные маршруты передвижения уже были известны, и Егор сам предложил своему старшему «послушать» в одной из точек, где незнакомец был чаще всего. А их «объект» был чистюлей и франтом и часто любил начистить свои туфли у одного подростка. Вот и сейчас Егор стоял в пяти метрах от того паренька, прикидываясь ожидавшим даму кавалером. Для чего и цветы в руке держал и принарядился, да и сам к тому пареньку подходил, чтобы он ему туфли почистил. Прибор же был зажат у Егора в другой руке и со стороны выглядел как чемоданчик, который часто носят инженеры и даже студенты.

Частота посещения «объектом» подростка тоже была известна, так что у Егора были все основания полагать, что и сейчас тот не изменит своим привычкам. Что и случилось.

Делая вид, что осматривается по сторонам и при этом особое внимание уделяет девушкам, Егор краем глаза наблюдал за представительным мужчиной, известным ему под именем «Владимир».

— Здравствуйте, Владимир Степанович, — звонко сказал подросток, когда тот подошел к нему.

— Привет, Андрейка, — ответ мужчины Егор расслышал уже лишь благодаря прибору. — Как работа идет?

— Тружусь помаленьку, — уже более тихо ответил паренек. И снова лишь благодаря прибору удалось точно расслышать все слова.

«Как минимум — протестировал новинку в боевых условиях», подумал Егор, проводив разочарованным взглядом стройную блондинку. Играть на публику он тоже умел, что очень помогало в работе.

Дальше мужчина замолчал, а труженик ваксы усердно начищал ему туфли. Но ровно до момента, пока не закончил.

— Дядька мой не заходил к тебе? — доставая деньги из кошелька, уточнил объект.

— Утречком был. Жаловался, что вы его давно не навещали. Переживает, как у вас с новой дамой сердца дела идут.

— Строптивая, но почти уговорил, — усмехнулся мужчина, отдавая пять бумажных копеек. — Скоро знакомиться ее приведу. Тогда с ним и свидимся.

— Если спросит, так и передам, — пообещал паренек, после чего они расстались.

В этот момент Егор подал условный знак, разочарованно махнув рукой и опустив букет с цветами. Через минуту к нему подъехал извозчик-таксист, на котором он и отправился на доклад к начальству. Полученные сведения требовалось срочно передать и поставить дополнительное наблюдение за пареньком. Причем как можно быстрее.

— Привет, болеющим! — вскинув руку, зашел ко мне в палату Павел Петрович.

Настроение у него было отличное, да и за последние дни мы с ним сработались. Хороший мужик. Без закидонов, разговаривает нормально, дело свое знает, высокомерия тоже не заметил. А раз уж он так зашел, то скорее всего какие-то хорошие новости у него появились.

— Салют, здоровым! — с улыбкой поприветствовал я его.

— Не скис еще здесь?

— Есть вариант покинуть столь гостеприимное место? — тут же навострил я уши.

— Пока рано об этом говорить, но могу тебя обрадовать — «заказчика» мы установили.

— Кто? — выдохнул я жадно.

— Англичане, — уже не столь радостно сказал он.

Меня он не сильно удивил. От этой страны чего-то подобного я всегда ждал. Не верь англосаксам — так говорил мой дед в прошлой жизни, приводя множество примеров, когда те несмотря на «дружбу» вонзали нож в спину. А вот Грищука похоже они неприятно удивили. Что и понятно. У нас только недавно вроде вновь возобновили дипломатические отношения, и мы и они на словах хотим достигнуть «взаимопонимания», а по факту… По факту они как обычно делают лишь то, что им выгодно. И новое оружие или развитие нашей экономики идет в сильный разрез с планами Лондона.

— Как это установили? Информация точная? — все же решил я узнать подробности.

— Их агент, который вербовал твою заместительницу, имеет контакт с послом Великобритании. Установить это удалось благодаря американской технике для подслушивания. Твоя идея, — хмыкнул на этом месте Павел Петрович. — Напрямую то они никогда не говорили. Во всяком случае у нас не удалось установить этот контакт. Использовали мальчишку — чистильщика обуви, причем втемную. Тот и не знал, что передает шифр, рассказывая «дяде» о жизни его «племянника».

— А этого мальчишку не удивило, что дядя с племянником не могут сами встретиться и поговорить? — удивился я.

— Поначалу удивляло, но ему скормили байку, что один не любит сильного дядиного контроля, но понимает, что тот переживает. А второй вроде как на словах рад, что хоть так узнает о жизни племянника. Ну и мальчишка был уверен, что они все равно видятся, просто не часто.

Ладно, это все детали, мне не особо интересные. Главное — стало известно, кто хотел нас устранить. Теперь надо им устроить «ответку». Я уже хотел обсудить это, но Грищук сказал, что сбор данных по материальным средствам армии почти завершен. И теперь «наверху» хотят узнать, что делать институту дальше.

— Так во главе теперь Анна стоит, — заметил я насмешливо. — Что у нее не спросят?

— Спросят, — кивнул мужчина, — обязательно спросят. А потом сверят ее слова с тем, что ты предложишь. Или ты отказываешься?

— Нет, — вздохнул я. — Но работать «из тени» не очень удобно.

— Не переживай. Уже ходят слухи, что тебе нашли новый фронт работ, — усмехнулся Грищук. — Однако пока что стоит завершить дело с этим анализом. Так что ты там придумал?

Что за «новый фронт работ» он так и не сознался, что заставило меня недовольно бурчать. Но раз уж хотят мне сделать сюрприз, то тут я ничего пока сделать не могу. Поэтому переключился на текущую задачу.

— Итак, у нас по нашей доктрине идут контрнаступательные действия после агрессии врага. Так как первый удар — самый сильный и как правило неожиданный, у наших войск должно быть достаточно времени на мобилизацию. Хотя бы чтобы «со спущенными штанами» нас не застали. Для этого предлагаю соорудить основную линию укреплений вдали от основной границы — километров за двадцать хотя бы, а лучше больше. Чтобы артиллерия врага не смогла раздолбать наши части в их же казармах. А непосредственно на границе все заминировать в ста метрах от официальной линии и оставить наблюдателей. Они же должны оперативно сообщить в пограничные части об атаке противника, когда тот перейдет границу. Тут узким местом является авиация врага — скорость у самолетов довольно высокая и преодолеть двадцать и даже больше километров для нее — дело пары минут. Для этого необходимо насытить пространство между оборонительными рубежами и границей средствами противовоздушной обороны. Желательно — замаскированными постами, разнесенными между собой, чтобы нельзя их было накрыть одной или даже группой бомб.

Грищук слушал меня с интересом, хотя по его взгляду я видел, что он не особо понимает, зачем так заморачиваться. Пришлось объяснять «на пальцах».