Никита Наумов – Тайна Сундуков: Избавление (страница 10)

Пока троица друзей наслаждалась видами местности, карета уже пересекла главную улицу города и добралась до причала, где стояли десятки судов.

– Ну наконец-то! – с облегчением выдохнул Доври, выходя на свежий воздух.

Морской бриз наполнил его легкие и тот с довольным видом потянулся, прохрустев задеревеневшими в долгой дороге костями. Следом за ним карету покинули Лориэль и Владек.

– Эй! – окликнул товарищей гном. – Это что, и есть наша посудина? – Доври указал на стоящий в десятке шагов от него корабль под белыми парусами.

Это судно было поистине достойно королей. Крупный линейный корабль, оснащенный шестьюдесятью пороховыми пушками и четырьмя высокими мачтами.

– Выглядит многообещающе, – с улыбкой произнес Владек, подходя ближе к другу.

– Даже не верится, что такие громадины способны тонуть… – молвила Лориэль, завороженная масштабами судна.

– Прошу прощения, – обратился один из рыцарей, который следовал сзади, – Ваша светлость, аверины Сайронсимонса уже здесь.

Обернувшись, все увидели стоящих перед ними троих уроженцев Весска. Двое из них – высокие, худощавые воины, вооруженные длинными копьями с кристаллическими наконечниками. Третий, стоящий ближе к ним, выглядел совершенно иначе. Доври даже приподнял одну бровь, увидев столь чудного аверина. Столь же высокий и статный, как и остальные, но разодетый в причудливый наряд. Стеганка его была черна, как вечные ночи Весска, но к ней было пришито множество всяческих карманчиков и сумочек. На поясе – два мессера с дугообразными гардами. На темной мантии, ниспадающей с его плеч до колен, были прикреплены различные инструменты и чудные примочки, назначение которых было непонятным. Но что было самым необычным в этом аверине – два спаянных, круглых монокля, висящих у него на шее. Линзы в них были темно-бордового цвета, а над ними располагались еще и дополнительные, предназначающиеся, скорее всего, для увеличения и более детального рассмотрения тех или иных вещей.

– Досточтимый сир Владек, владычица Лориэль, я рад приветствовать вас в славном портовом городе Разенланд! – торжественно произнес аверин.

Доври насупил брови и недовольно спросил:

– Кто они – все знают, а вот кто ты такой? И чего надобно? – то, что незнакомец не упомянул имени гнома, должно быть, сильно обидело его.

– О, прошу простить мою бестактность! – при этих словах аверин мигом отвесил виртуозный поклон и молвил: – Мое имя – Лемюэль. Но вы можете звать меня просто Лему. Я – главный инженер и конструктор корабля, на котором мы собираемся держать путь в морские дали. В нашем путешествии я буду выступать летописцем. А теперь прошу вас проследовать за мной, время не ждет.

Вместе со своей стражей аверин зашагал куда-то с очень важным видом.

– А разве это не наш корабль? – поинтересовалась Лориэль, указывая на белопарусное судно.

Усмехнувшись, Лемюэль пояснил:

– Что вы! Нет-нет, взгляните на флаг! Разве не видите? На нем изображена геральдика древнего эльтского фамильного рода. Проще говоря, это личный корабль одной из семей, контролирующих торговлю в Разенланде.

Троица вместе с личной свитой Владека, спешившейся с коней, последовали за аверинами. Они шли вдоль причала, наслаждаясь морским воздухом и солнечной погодой. Прошло немного времени, прежде чем Лемюэль бодро произнес:

– Что ж! Вот мы и на месте! – махнул он рукой в сторону большого, кардинально отличающегося от всех остальных судна.

Под темно-серыми парусами всего в нескольких десятках шагов от прибывших стоял на якоре массивный корабль. Корпус судна был окрашен в черный цвет с едва заметным отливом фиолетового. В пасмурную погоду разглядеть его было бы почти невозможно, но сейчас, когда светило яркое утреннее солнце, оттенок отчетливо выделялся. Помимо трех высоких мачт, посередине судна виднелась внушительных размеров металлическая труба. Увидев ее, Доври тут же спросил:

– А что это за железяка там торчит?

Лемюэль окинул гнома неодобрительным взглядом.

– Благодаря наличию этой самой «железяки», которую вы упомянули, кристальный двигатель, который значительно ускоряет передвижение корабля по воде, не перегревается. Все отходы в виде дыма из мельчайших осколков выходят прочь по этой трубе, – пояснил он и незамедлительно стал подниматься по трапу на борт корабля.

– Ну, нам пора отправляться, – обратился Владек к свите рыцарей.

– Ваше Высочество, пусть сопутствует вам удача, мы будем ждать вашего возвращения, – молвил один из воинов, и все как один застыли в поклоне.

Троица последовала за аверинами. Доври шел последним, все еще терзаемый смутными и противоречивыми чувствами. Поднявшись на борт корабля, первым делом встретились с капитаном и командой – все были уроженцами Весска. Как на подбор, аверины имели холоднокровный взгляд, тощее телосложение и высокий рост. Капитан корабля был одет в длинный, тщательно отутюженный плащ бирюзового цвета, черный камзол, коричневые штаны и высокие сапоги. Низко поклонившись прибывшим покровителям, да так, что серебристые эполеты его сверкнули в лучах игривого солнца, он молвил:

– Я рад приветствовать вас, король Владек, королева Лориэль и Ваше гномейшество Доври. Добро пожаловать на борт нашего судна!

На учтивость из уст аверина гном ответил лишь взглядом исподлобья, среди всего этого скопления тех, кто совсем недавно считался заклятыми врагами, ему было не по себе.

– Мое имя – Гвендолайн, я – капитан этого судна. От лица команды я выражаю чистосердечную благодарность за ваше стойкое доверие к нашей, аверинов, честности после всех бед, что свалились на плечи обитателей Граалиуса не без участия Весска, – капитан протянул руку Владеку.

Пожав ее, мастер кинжала ответил:

– В смутные времена ближние должны объединяться, дабы иметь хоть один шанс противостоять неизвестному.

После непродолжительного разговора новым членам команды показали их каюты. Каждая была довольно маленькой по площади, особенно если сравнивать с теми королевскими покоями, в которых прибывшие почивали недавно в Асбероне. Но несмотря на это, в каютах было все необходимое: спальное место, которым на корабле служил гамак, деревянный письменный стол, шкаф и несколько стеклянных окошек небольшого размера, так называемых иллюминаторов. Все эти вещи были сделаны без изыска и не имели в себе вставок драгоценных камней, мерцающих даже при тусклом свете. Пусть так, но, как и внешний вид корабля, каюты являли собой такие же необычные, совершенно неясные для понимания чужестранцам элементы чего-то невообразимого.

Осмотревшись, Владек, Лориэль и Доври, решили стать рядом с рулевым, так как его место располагалось на корме корабля. И вот капитан Гвендолайн дал команду отдать швартовы. Аверины-матросы мигом исполнили его приказ. Корабль снялся со швартовых, затрещали механизмы внутри судна, пришел в рабочее состояние двигатель. Из стальной трубы на палубе дымом вырвалась кристаллическая роса. Судно вышло из гавани и пошло по ветру. Благодаря подключенным к единой системе веслам, выступающим с обеих бортов корабля, минули считанные мгновения – и порт Разенланд почти скрылся из виду. Синева моря окружала судно, обволакивала его, словно была с ним единым целым. Был выбран курс, свернуть с которого более не представлялось возможным.

Глава 3

Мирные времена, мирные решения

Гномы, уроженцы горного края, именуемого Волгаст, движимы незримой волей самого мироздания обладать кристаллами, извечными хранителями которых являются аверины из государства Весск, по причине своего высокомерия отказавшиеся торговать с соседями земляными дарами. Гномы не выдержали терзаний судьбы и вторглись на территорию чужого королевства, совершая роковую ошибку, подставляя тем самым весь Граалиус. Именно это и привело к расторжению договора о ненападении и последующему вторжению сил Дламаратии. Теперь, когда некоторые посчитали все произошедшее ничем иным, как пройденной историей, поговаривали, что Граалиус входит в новую эру. В эру мира и процветания, в которой нет места войнам, ведь Некромант Глаумар был повержен, а его проклятье нежити снято. Но подобного рода слова произносили лишь изнеженные дворянские особы и безвольные оптимисты, столь рьяно верующие в непорочность и отсутствие изъянов мира, в коем они вели крайне непродолжительное существование. Истина же была сокрыта от постороннего взора кровавой вуалью заговора и непостижимой тайны.

Хёрви, Йовур, Хроде, Балдли, Гульви, Бутли, Роди и Гёрн сидели за длинным столом, грубо выточенным из широких брусков древесины. Восьмеро гномов из десяти смельчаков, что прокопали тоннель и попытались выкрасть заветные кристаллы Весска. Вернувшись в Волгаст после великого сражения в руинах Ловариот, соотечественники простили их за содеянное. Теперь сидели они, да и большинство других гномов, в поистине огромных размеров зале, выдолбленной в горной породе. Действо, происходящее в столь масштабном месте, нельзя назвать никак иначе, как пиршеством. Низкорослые, физически крепкие гномы всегда пили и ели много, по поводу и без него, но в этот день происходящее просто обязывало взять в мозолистые руки кружки эля и поднять их за долгие годы правления нового государя. Да, это была коронация, но отнюдь не такая, какой ее принято считать во всех других королевствах. По столь значимому событию собирались все гномы: стар и млад, мужчины и женщины. Каждому доставалась кружечка доброго пенящегося эля. Ну, а дальше дело оставалось за малым. Когда все приготовления были завершены, а речи сказаны, на голову светло-бородатого гнома по имени Грегор была возложена каменная корона. Являлся же он никем иным, как младшим братом Храундира, бывшего правителя Волгаста, и ближайшим претендентом на трон.