Никита Котровский – Картинг: Азбука мастерства. Перфоманс (страница 3)
Конечно, бывают исключения из правил. Помимо выше упомянутых Ники Лауды и, конечно, Джеймса Ханта, – отметим еще Алана Джонса (Чемпиона мира в Ф1 образца 1980-го года) и Нельсона Пике (Чемпиона мира 1981-го, 1983-го и 1987-го годов). О них Кэрролл Смит пишет следующее: «Не утруждайтесь, приводя мне в пример Алана Джонса или Нельсона Пике. Действительно, эти пилоты никогда не придавали особенного внимания специальной физической подготовке. НО: Пике был поцелован самим Богом; а A.J. – и вовсе с другой планеты».
Неизбежно возникает вопрос: если физическая сила ушла на второй план, то что же «накачивать» пилоту в спортзале?
Ответ:
Глава 5. «No pain, – no gain»
Задайтесь вопросом: сколько раз в неделю вы посещаете спортзал? А затем еще одним: чем вы там занимаетесь? Ну и, как говорится, на посошок: сколько энергии и сил вы тратите на фитнес?..
Когда-то у меня был один знакомый картингист из «Ротакса»: начинал на бескоробке, затем перебрался в «дидиту». Не могу сказать, что я его прям тренировал, однако с удовольствием делился мнением, когда он просил о совете. Высокий (под 2 метра) и худющий по комплекции, – имярек сталкивался с определенными физическими проблемами в карте: ближе к финальным кругам заезда его регулярно начинало болтать в сидушке из одной стороны в другую. Однажды в межсезонье пилот встал перед дилеммой: заниматься всю зиму в хорошем фитнес-центре по три раза в неделю или уехать на февраль в Сочи – на предсезонные тесты. На тот момент (момент выбора) по деньгам приходилось примерно «тож-на-тож». Я посоветовал Сочи. Он предпочел фитнес, – и, естественно, прогадал. «Ровно ничего мне не дала эта физкультура!» – Таким был его горестный вывод сразу же после первого этапа. Почему?
Послушаем Смита: «Правильная (необходимая) физическая подготовка пилота не имеет ничего общего с потугами бодибилдера стать мистером Вселенная. Более того, наращивание мускульной массы скорее даже навредит гонщику. То, что ему действительно необходимо, – так это тренировка выносливости, что практически выражается в упражнениях по улучшению кислородного обмена, а также различных растяжках, способствующих эластичности мышц».
Итак, что же рекомендуется в этом ключе?
Во-первых, бег; но желательно не по твердой поверхности (асфальт, бетон etc), а по газону и/или песчаной местности (при наличии такой возможности, конечно). Дело в том, что марафонские забеги по асфальту не очень-то хорошо влияют на ступни, коленные суставы, бедра и, в целом, структуру тела. В этом смысле, очевидно, идеально подойдет прорезиненная дорожка хорошо проветриваемого помещения какого-нибудь фитнес-центра.
Во-вторых, велосипед; практически идеальный вариант для развития эластичности мышц и «дыхалки». Правда, есть один серьезный нюанс: велосипедные заезды бывают травмоопасны. «Маунтинбайк», безусловно, крайне полезен; но вы можете запросто поинтересоваться у одного из моих воспитанников в серии Legends 600, почему он пропустил добрую половину тренировок и гонок в сезоне 2024 года… Поэтому и здесь, как и в случае с забегами, предпочтительней выглядит велотренажер в том же фитнес-центре.
В-третьих, конечно, плавание, которое очень хорошо развивает длинные гибкие мышцы. «А это именно то, что нам нужно в сухом остатке». – Подчеркивает Кэрролл Смит.
Однако все это отправится «псу под хвост», если не будет соблюдено главное условие:
Или, как любил говаривать один мой хороший знакомый, папа мастера спорта по картингу: «Под лежачий камень можно только нас.ать».
Думаю, что теперь понятен смысл истории, приведенной в начале этой главы: фитнес – как развлечение, как занятие в удовольствие, – это пустая трата времени в сравнении со вдумчивыми тестами на трассе.
PS: Я курю. Это, естественно, не делает мне чести! Курил и в то время, пока ездил в прокате: по большему счету, это был фан; я мало обращал внимание на предупредительные сигналы от организма. Однако, когда в возрасте 35 лет оказался за рулем спортивного карта Rotax Max DD2 («дидиту») с целью поехать на RMCGF, бросил все вредное на свете. И первопричиной этому стал именно кислородный обмен: я попросту задыхался к середине заезда. Далее, по этой самой причине, появились утренние пробежки, – и не трусцой, а до полного изнеможения: чтобы лодыжки тряслись! Ежедневные утренние забеги в течение года, помноженные на систематические тесты (и не где-нибудь, а на «Маяке» – объективно самом требовательном картодроме в РФ), в итоге дали свой результат: я выдержал трассу La Conca от первого тренировочного выезда до финишного флага, ускоряясь с каждым новым кругом…
Глава 6. Тесты как альтернатива (?)
Во второй половине прошлого столетия после победы на очередном Гран-При австрийский гонщик Йохен Риндт сказал примерно следующее: «Если ехать правильно, то практически не прилагаешь никаких усилий». Давайте поразмышляем над подтекстом его фразы.
Когда речь заходит о скорости в автомобильном спорте (да и не только), то грамотные люди, прежде всего, подразумевают не характеристики того или иного спорткара, а возможности пилота – человека, способного реализовать технические характеристики, «овеществить», скажем так, заложенный в машине потенциал. Следует понимать, что каждая манипуляция органами управления автомобиля не только требует физического усилия пилота, но и причиняет автомобилю «боль», – замедляет его. И чем болид острее с точки зрения спортивных настроек, тем капризнее он реагирует на наши требования – разогнаться, затормозить, повернуть etc. Соответственно, резкие и раздробленные движения гонщика разрушают Его Величество Баланс, исключительно благодаря которому спорткар и способен двигаться быстро (подробно об этом говорится в моей книге «Кольцевой Автоспорт: страсти по Балансу»). Открывая чересчур резко газ или затормаживая болид «в дым», мы, очевидно, вынуждены затем отлавливать его, прилагая максимум возможных усилий; если мы забрасываем карт в поворот, чтобы поставить его носом на выход, а затем топнуть по педали газа, – то наши руки работают постоянно и по максимальной амплитуде. Хотя, да, – и такой способ пилотажа имеет право на существование. Но задумайтесь: надолго ли вам хватит собственных физических сил и потенциала колеса при такой технике управления картом?
Девиз моей Школы: «Сначала – правильно; потом – быстро». В основании этого правила лежит принцип минимизации движений, который не только обеспечивает сбалансированность болида, но и существенно экономит силы пилота. Последний просто не совершает лишних и грубых движений, потея и матерясь. В этом, на мой взгляд, залог быстрых секунд… Впрочем, детально мы поговорим об этом в 3-й части данного издания.
Итак, способна ли грамотная тестовая программа быть альтернативой фитнес-программе? И да, и нет.
Да – при условии, что мы «тестимся» 5 раз в неделю; да так, что сил едва хватает до дому добраться; и «тестимся» не просто закатывая купюры в асфальт, но под пристальным глазом грамотного тренера, который в режиме он-лайн корректирует наши ошибки, не позволяя укатывать их на мышечную память.
Нет – потому что мы элементарно не сможем себе такого позволить. Ни у кого из нас нет и никогда не будет возможностей Ники Лауды (я подразумеваю отрезок его карьеры, посвященный «Феррари»), когда он не успевал выспаться перед тем, как снова приходилось возвращаться к тестовой программе на трассе «Фьорано» – домашнем треке Ferrari.
Таким образом, нам следует остановиться на комплексном подходе; с приоритетом, конечно, на персональную тестовую программу.
Абсолютно замечательно на этот счет высказался один из американских пилотов Ф3: «In Formula Three, most of what we call testing is actually driver training». – Считаю, что это в полной мере касается и картинга. Теперь плюсуем это высказывание с другим положением: «Simply practice does not matter, – only perfect practice makes perfect». В сумме мы получим примерно следующее: «Умные качественные тренировки способствуют и скорости, и выносливости».
Вот мы с вами и подошли к ментальным кондициям.
Глава 7. Самоуверенность или уверенность в себе?
На самом деле, сомнение – великая вещь. «Я сомневаюсь, значит, мыслю; я мыслю, значит, существую», – утверждение Рене Декарта стало монументальным основанием для философии Нового времени. Нет и не может быть человека, который бы не подвергал сомнению те или иные сущностные явления. Природа сомнений – страх перед неведомым. «Мы боимся того, чего не понимаем», – очень верно подметил современный французский философ и писатель Бернар Вербер.
Впрочем, с годами приходит жизненный опыт; он вытесняет сомнения, заменяя их знанием, которое, в свою очередь, может быть как истинным, так и ложным. Время «закатывает» знания на подкорку мозга, цементируя их там; тогда знания трансформируются в сознание – то есть, в устойчивую картинку мира в голове у одного конкретного индивидуума; это и называется мировоззрением.