Никита Киров – Волк 3: Лихие 90-е (страница 34)

— Взял трубу, — он показал пустую коробку из-под моторолы и пачку документов с чеками, которая прилагалась к ней. — Славке уже унёс, посидели с ним. Вот бы мне его пофигизм, хоть бы чё, он даже не волнуется.

— Это он такой вид делает, — сказал я. — Конечно, он волнуется.

Женя прошёл к столу.

— С возвращением, — он пожал руку Кириллу. — Вот теперь тебя тут точно ждёт много работы, кхе!

— Да хватит, Жэка, меня уже дед застращал. А ты чё, Макся, уже здесь не ночуешь?

— Не, в городе. Потом покажу квартирку.

Досидел здесь до темноты. Новости по телевизору сменились очередной серией Полтергейста, после которой начался «Чтобы помнили». А потом пошёл посидеть у Жени, чтобы не тревожить деда, который собирался спать. Кирилл хотел с нами, но он слишком привык к больничному режиму и уже зевал после десяти вечера, так что остался дома.

С Женей говорили о делах, в последнее время только это и было почти единственной темой для разговоров. Иногда, в первой жизни, думал о том, как же не хватало таких посиделок с дедом и братом, и этих полуночных разговоров с Женей. В детстве и подростком возрасте болтали с ним обо всём на свете, сидя на лавочке или у него на крыльце.

Время было уже далеко за полночь, когда вернулся домой, разделся и упал на диван. Жаль, у Тамары нет трубки, ведь если звонить на домашний, разбужу бабушку. Ладно, потом.

Вытянул ноги и закрыл глаза. Соседи ругались, было слышно каждое слово. Ещё немного, и я бы смог отличить, какая именно посуда бьётся, но уснул раньше.

Новозаводск, станция, ночь

— Давай по-бырому, — прошептал Рубец. — Пока он не вернулся.

Рубец вдвоём с напарником Кирпичом быстро перемахнули через бетонный забор и перебежали пустые пути. Пожилой вохровец, охраняющий этот участок станции, лениво шагал по шпалам и зевал. Но зато у него был боевой пистолет, которым дедок вполне мог воспользоваться.

— Ты про это базарил? — Кирпич показал на красные крытые вагоны на запасном пути. — Рубец, в натуре, если ты мне фуфло толкаешь…

— Я фуфло не толкаю, Кирпич! За базаром следи, на! Ты ещё под стол ходил, когда я первую ходку делал.

Переругивались они на каждом деле, но умудрялись делать это тихо и даже ни разу не попались за всё время совместной работы.

— Видишь, пломбы висят! Всё закрыто. Я те отвечаю, Кирпич, там чё-то ценное. Ща глянем, — Рубец достал из висящей на спине длинной сумки инструменты. — Я этих вагонов повскрывал…

— Шухер!

Оба прыгнули под вагон и затаились. Прошёл ещё один вохровец, у этого уже было ружьё, причём нёс он его в руках, а не на плече.

— И чё они тут шляются? — сдавленно прохрипел Кирпич, когда охранник ушёл. — Никогда тут не шлялись.

— А я тебе чё говорил? Отогнали неизвестно откуда, охраняют! Кто-то им забашлял, чтобы ходили тут, явно начальство их не в курсах.

— Тогда слушай, Рубец. А если это серьёзные люди сюда груз пригнали, мы же потом…

— Да заманал ныть! Наводка была, что это барыга с рынка технику с Китая притащил. Или чё покруче. Его шестёрки тут шлялись. Ждут, чтобы разгрузить. Если чё, в общаг занесём нашим, вопросов не будет. Барыгу грех не ограбить.

— Лишь бы наводка верная была.

Новый вохровец ушёл уже далеко. Рубец огляделся по сторонам, подобрался к двери, чтобы срезать болт закидки двери и проникнуть внутрь крытого вагона.

Он умел делать это тихо и быстро, но всё равно нужно было время. Иногда приходилось снова прятаться, но охрана ходила через равные промежутки времени, и проблемы с этим не было.

Наконец, получилось. Рубец держал закидку, чтобы не громыхнула раньше времени. Воры огляделись снова и с огромной осторожностью открыли дверь. Она даже не скрипнула.

— Ну и чё тут есть? — Рубец осторожно заглянул внутрь, а Кирпич, как более молодой, залез сам.

— Поддоны какие-то.

Кирпич разорвал толстую бумагу, закрывающую один поддон. Под ней груз серебристых слитков, стянутых между собой лентами для крепления груза.

— Это чё? — он постучал по одному рукой, на которую была надета перчатки. — Серебро, что ли?

— Ты чё, какое серебро? — прохрипел Рубец, приглядываясь повнимательнее. — Это алюминий, походу. Валить надо, Кирпич. Такое не по нашей масти. Раз такое вагонами тырят, тут честным людям вроде нас с тобой делать нечего.

— Валим.

Они осторожно закрыли дверь, замаскировали срез и убежали тем же путём, что пришли.

Вставать теперь нужно с самого утра, чтобы решать дела в конторе. Их хоть и много, но когда подпишем контракт, будет вообще невпроворот. Да и других дел будет много.

По опыту знаю, что первое время люди работают с энтузиазмом, потом начинаются сложности. Кто-то начнёт лениться и просыпать, кто-то вообще начнёт бухать, а кто-то будет забивать на свои обязанности.

Трудолюбивых людей я в жизни навидался и знаю, что многие парни из тех, кого мы берём, будут держаться за эту работу изо всех сил. Во многих я уверен. Но это не значит, что нельзя заранее обсуждать возможные варианты, ведь проблемы будут всё равно.

Когда я был замом по ремонту в депо, с разбора этих проблем часто начинался мой день. Косяки по работе, алкоголизм, травмы, было возможно всё. В конце концов, я же сам оказался под колёсной парой, когда была нарушена техника безопасности. А ведь тогда все были трезвые.

В чём проблема сейчас, так это в том, что большая часть сотрудников будет на комбинате. Так что надо правильно выбрать старшего смены, чтобы он не забивал на работу сам и наблюдал за остальными. На каждой смене руководить должен быть самый опытный и авторитетный сотрудник, кого будут слушаться менты и бывшие военные. Ну и чтобы я спрашивал с него напрямую. В общем, к этому я готовился.

На первую смену старшим поедет Лёня, а помогать ему будет Слава, как самый опытный охранник. Но Слава будет там не на постоянке, потому что он потребуется и на второй смене. Кто будет на следующей, я ещё не решил. Возможно, будет Женя, но он бы пригодился мне здесь, чтобы следил за оружием. Хотя было бы неплохо, если бы он набирался опыта и ездил на комбинат почаще. Благо, машина есть, купим ещё одну-две.

Но здесь нужен не только кнут, но и пряник. На железке, когда я работал, предпочитали кнут, а пряники были редко, да и сами они были не лучше кнута. Положенное молоко мужики получали крайне редко, премии лишали постоянно, а уж людям положенные санатории — точно не в 90-х, да и потом с этим было сложно.

Но кое-чего я там всё равно нахватался, что пригодится сейчас. По крайней мере, будет проще с премированием, ведь оно не будет зависеть от капризов начальника депо и настроения дирекции тяги, и нами сейчас не руководит какой-нибудь новомодный ТМХ, появившийся в последние годы моей первой жизни. Скупая организация, считающая каждую копейку.

Здесь я сам себе начальник, и вполне могу поощрять людей. Хочешь работать — работай, мы только рады и денег не пожалеем. Об этом я уже говорил с Васей Рудским, у него были здравые мысли по этому поводу. А уж опытных, которые варятся в этом котле не первый год, слушать не зазорно.

Уже подбиралось время ехать на сам комбинат, но пока вопрос со Славой не решён, придётся отложить. С утра я ему позвонил, он был на перевязке. Потом, чуть позже, он позвонил и сказал, что всё окей. Ну и отлично. Остаётся ждать, когда ему прикажут выдвигаться на дело. Хотя не люблю ждать.

Был вариант забрать его из больницы пораньше, но я опасался, что заказчик решит, будто Слава подался в бега и выдаст его тайну. Жаль, не выйдет поставить пост в больнице, чтобы наблюдать. Нужно вообще свести все возможные подозрения к минимуму, чтобы заказчик уверенно шёл в расставленную ловушку.

Но зато подсуетился Студент. Он сам придумал договориться со сторожами, чтобы поглядывали за машинами, приезжающими в больницу. Все номера и время визита запишут, так что, быть может, получится выйти на заказчика раньше, без этого спектакля со стрельбой.

Вариантов развития может быть много, и я хотел продумать как можно больше. Славе могут приказать ехать на дело, тогда он успеет нас предупредить. Его вообще могут похитить прямо из больницы, даже когда он спит и не сможет поднять тревогу.

Зато пригодится мобила, чтобы он хоть как-то успел дать сигнал при худшем раскладе. Даже отсутствие звонка в оговоренное время — уже повод напрячься.

На любой из этих вариантов мне нужно что-то придумать. Иначе… нет, иначе быть не должно. Чем лучше мы будем справляться с такими вызовами, тем легче нам будет дальше. Справились со многим, справимся и с этим.

После обеда заехал Лёня на служебном транспорте, милицейской шестёрке, и отпустил водителя. Мы вышли на улицу, в беседку за заданием, где была курилка, чтобы никто посторонний не слышал.

— Ну и что с нашим Леоном? — спросил он, имея в виду Славу.

— Была бы возможность найти этого заказчика раньше, — сказал я. — А то приходится ждать чужого хода. А я этого не люблю.

— Сейчас Крюков по всему городу катается. Руоповцы злятся, но брать его не за что. Значит, — Лёня задумался. — Придётся ждать, когда он скажет кому-то, кто его завалить хочет, где его ждать. Сейчас он каждому своё собственное место говорит, где будет.

— Само собой. На это и расчёт. Но может, получится легче и быстрее.

У двери с сигналкой возился Ярик. Он теперь, как и все сотрудники-мужчины, ходит в серой камуфляжной форме, для которой осталось придумать эмблему. Сегодня дежурит он, заодно проверяет оружейку, чтобы соответствовала всем требованиям. Уже в конце недели будем показывать.