Никита Киров – Волк 3: Лихие 90-е (страница 36)

— Звони, а мы поехали, — сказал я.

— А куда хоть? — спросил он, убирая трубку в карман.

— Вот будем выяснять по дороге.

Остановился у сторожки, захватил Артёма, который держал в руках блокнот. Серого марковника в списке нет, за последний час приезжала семёрка, копейка и старая волга, машины скорой помощи не записаны. Никаких иномарок не было. Пока парни смотрели номера в блокноте, я достал трубку.

— Здорово, Ваня, — сказал я, набрав ему.

— О, Волк, здарова! — послышался голос Студента. — Слушай, сейчас я немного…

— Началось. Сегодня или завтра.

— Где? — тут же отреагировал он.

— Неизвестно. Человека уже увезли, решили так делать, он едва предупредить успел, что забирают. Про точку не сказал. Ну мы так с тобой обсуждали, что это тоже возможно. Возможно, уже готовят точку.

— Сегодня точно не будет! — голос стал злее. — Сегодня надёжный человек, Иваныч с ним поужинать едет и побазарить по обстановке.

— Ваня, сейчас надёжный только ты. Так что гляди в оба. И ещё, — я покосился на парней. — Знаешь, вот как только вычислим заказчика, он же не перестанет быть менее опасным, особенно для Крюкова и остальных. Сначала попытается захватить на пивзаводе власть, не просто же так он решился. А если не выйдет… когда таких в угол загоняют… быстро надо всё делать, сам понимаешь. Риск большой, а он на кон поставил всё.

— Понимаю, — мрачно сказал он. — Это уже моё дело.

— Ну так куда Крюков поехал? Может, успеем перехватить там, куда нашего увезли.

— Ресторан Шанхай, — неохотно произнёс Студент. — Иваныч сейчас туда едет. Нашим на глаза не попадайся, за своим присматривай. Ну а мы за своим глянем. Но я тебе точно говорю, Волк, сегодня зря стараешься, пацана по-любому на левую точку увезли. А вот завтра…

— Помни, что я сказал. У нас тут общий интерес. И приглядывай за тем, кто под подозрением. В самом конце точно лучше не рисковать, а то мало ли. Вот что я думаю, Ваня…

Чувствую себя интриганом. Но нам нужно не просто вычислить заказчика. Наша главная цель в том, что он не должен выдать нашего товарища. Ни он, ни тот, кто говорил со Славой. Придётся крутится.

Ресторан Шанхай, первый этаж

— Давно с тобой так не сидели, Лёха, — сказал Игорь Крюков, ловко подцепляя китайскими палочками кусочек мяса.

— Игорян, не мог, что ли, в нормальное место приехать? — пробурчал Алексей Сазонов, он же Сазон. — Как этими палками есть?

Крепкий Сазон показал свою мощную ручищу, в которой китайские палочки выглядели зубочистками. Широкое лицо с парой шрамов и кривосросшейся челюстью после перелома нахмурилось. Сазон любил очень жёсткие спарринги с кровью, которые почти не отличались от реальных драк. Чаще всего спарринговался с недавно вернувшимся с зоны братом. Удары у братьев были такие сильные, что кого-то постороннего вполне могли покалечить или прикончить.

— Да попроси уже вилку принести, — Крюков отмахнулся. — Точка наша, правила наши. Вот пусть и вилки несут.

— Вилку, — буркнул Сазон официантке-китаянке, которая стояла у стены, ожидая, когда позовут.

Девушка быстро убежала и скоро вернулась, а потом встала на старое место, откуда могла видеть гостей, но не слышала их разговоры. Крюков подобрал кусочек сладкой свинины в крахмале, о чём-то раздумывая.

— Ты чё-то шифруешься в последнее время, Игорь, — Сазон усмехнулся. — Душману сказал про Берёзки, Ворону про Погребок. А приехали сюда.

— Вопросы безопасности, Лёха.

— А что, подозрения есть? — Сазон наморщил лоб. — Кто-то чё-то вкинул?

— Не, просто осторожничаю, — Крюков помотал головой. — Врагов сейчас много, Лёха.

— А кто? Гоша, что ли?

— Гошу со счетов списывать нельзя, он хитрый и жестокий, родную мать не пожалеет. Череп простоватый, но если у него башню сорвёт, он такое учудит. Лука, опять-таки, тоже опасный. Хоть Майора у него больше нет, но бабки остались. Ну и знаешь, не в моих правилах сидеть под замком и носа не показывать, но всё равно оглядываться.

— Правильно делаешь, — Сазон закивал. — Если бы хотели жить в безопасности, мы бы с тобой этими делами не занимались. Хотя раньше было проще. Вот кооперативы, вот барыги, которым нужна защита. Вот менты продажные, а вот всякие остальные твари, кого мочить надо. Сейчас уже всё сложно стало.

— Новое время, — Крюков кивнул. — Другие деньги, другие люди. А враги и друзья, никогда не знаешь, кто кем окажется.

— Вот поэтому и надо держаться тех, кто с тобой с самого начала, — Сазон поднял стопку с водкой.

— Да. Тогда ещё, в том зале у Семёныча, когда с тобой обсуждали, что делать, я даже подумать не мог, к чему это приведёт, — Крюков взял свою стопку. — Хорошо, что старику другой зал дали, глядишь, чему ещё молодёжь научит.

Они выпили и закусили. Принесли новое блюдо, свиные уши с маринованными овощами и грибами, Сазон начал цеплять их вилкой, иногда поглядывая на Крюкова.

— А что с составом решили? — спросил Сазон.

Крюков цокнул языком.

— Ворон занимается, но тут замес жёсткий. Ещё транспортная милиция с прокураторой всё рыщет, уже кого-то взяли. Хотят узнать, куда вагоны исчезают и кто их пропускает. Такой бардак на железке творится.

— А Захар что базарит?

— Захар сидит и видит, как Гошу завалит, — Крюков отмахнулся. — А Гоша что-то мутит. Хитрющий же он. Сколько раз мы его почти задавили, а он держится. Но повезло нам, чтобы это его люди в ту разборку в Пентагоне влезли, теперь менты их самих прессуют. А нас пока не трогают.

— Самое время расширяться, Игорь! — Сазон стукнул кулаком по столу. — Даги эти совсем охренели, везут свои фрукты, продают где попало, а за крышу…

— Лёха, да хорош уже! — решительно сказал Крюков. — Времена меняются. Что мы тут, пивные ларьки крышевать будем? Обувные мастерские? Торгашей арбузов? Это не наш уровень уже, мы люди серьёзные, большим делом занимаемся. А ты из-за арбузов готов разборки с пальбой из автоматов устраивать. Не дело это, давно уже не дело, выгоды мало, проблем куча. Сейчас думать надо.

Сазон тихо зарычал, но ничего не сказал. Старый спор, в котором Иваныч всегда говорил последнее слово.

— А что здесь сидим? — спросил Сазон. — На втором этаже место хорошее, окна большие, весь город как на ладони.

— Насмотрелся, — Крюков отмахнулся. — И тут нормально. Да и те пятиэтажки всё равно всё заслоняют. Я тебя, Лёха, вот чего позвал. Я тебя давно знаю, уважаю, ты человек серьёзный, на тебя можно положиться. Но…

Сазон напрягся. Самое жёсткое Крюков решил приберечь на конец встречи. Вот и сейчас, он взял салфетку, вытер руки и отпустил официантов, пристально глядя на Сазона. Теперь это не встреча двух старых друзей, а разговор пахана и подчинённого.

— Про твоего брата базар, — продолжил Крюков более твёрдым голосом. — Говорят, за старое он взялся.

— Да кого ты слушаешь, Иваныч? — возмутился Сазон. — Какая-то б***дь в жбан получила, так нечего было пасть открывать!

— Не какая-то б***дь, — Крюков отложил палочки. — А хорошая девушка из приличной семьи, я их знаю. Она день рождения отмечала со своим женихом, а твой брат этому пацану челюсть сломал, а девушку в машину потащил на глазах у всего кабака. Хорошо, что люди Душмана вмешались, а то бы…

— Да не так всё было, малолетки сами рыпнулись…

— Не перебивай, — жёстко сказал Крюков. — Твой брат уже сидел за изнасилование. И его не опустили на зоне только потому, что Захар вмешался, ты тогда к нему ездил, просил за братом приглядеть. Меня не предупредил, кстати. Вот простым мужиком твой Генка и отсидел, вышел по УДО, а сейчас пальцы гнёт!

— Да та тёлка на него наговаривала… — Сазон замолчал, посмотрев на Крюкова, который сощурил взгляд. — Всё, молчу, Иваныч.

— Ага, наговаривала, — Крюков покачал головой. — В общем, осталась проблема. Если напишут заявление…

— Да я пошлю пацанов, а они этого лоха так прессанут, что…

— Ты не своих пацанов пошлёшь, — Крюков посмотрел исподлобья. — А адвоката, с бабками. Чтобы он договорился, заплатил за лечение и моральный ущерб. Да и вообще, с парня этого пусть пылинки теперь сдувают, я за ним присматриваю. Если что случится с ним, знаю с кого спросить.

— Да чё он тебе?

— За них попросили, — сказал Крюков. — Пришли ко мне, чтобы я разобрался с беспределом. Вот я и разбираюсь. Мы не просто какая-то банда отморозков, Лёха, мы люди серьёзные, занимаемся бизнесом, а не шапки воруем у прохожих и лохов в напёрстки больше не обуваем. Это в прошлом.

— Само собой.

— Но какой может быть бизнес, если один девок чуть ли не прилюдно насилует, второй на ларёк с фруктами наезжает, а третий китайскую кислоту школьникам продаёт? И это всё твоя бригада, Сазон. Я больше терпеть это не буду. Чтобы завязали уже с этим, в последний раз тебе говорю.

Сазон уже молчал.

— Менты и так нас прессуют, — Крюков внимательно смотрел на бригадира. — А они должны заниматься своей работой, улицы патрулировать, убийц искать, маньяков всяких, преступников арестовывать, беспредельщиков ловить и отморозков. Но мы сами им подкидываем работы. Времена меняются, Лёха. И нам тоже вместе с ними меняться, а у тебя все методы старые. Один бы ты был, со своей бригадой, тебя бы уже всё, размазали. Но пока за тебя мы все впрягаемся, ты ещё цел. Не забывай это.

— Понял, Иваныч, — Сазон покачал головой. — Просто, с наркотой, если правильно заниматься…

— Про это мы уже говорили и не раз, — Крюков откашлялся. — Мы что, зря тогда тот цыганский табор с города гнали, который кокаином барыжил? Точно не для того, чтобы самим вместо них продавать. Вопрос закрыт, Лёха.