Никита Киров – Волк 3: Лихие 90-е (страница 27)

Кирилла мы забираем уже завтра, будет долечиваться дома. А вот Славке придётся лежать ещё до конца следующей недели. У него сегодня много посетителей, и один из них — Ярик. Он и предупредил Женю о случившемся, а сам ждал нас у приёмного покоя. Сразу сел в мой джип, когда я остановился у крыльца.

— Я слышал, как они говорили в курилке, — вполголоса рассказывал Ярослав, протирая очки. — Бандит какой-то приехал, наглый.

— Знаешь его? — спросил я.

— Не-а. Но он будто послание передавал. Говорит, надо Крюкова мочить или все узнают про… не расслышал, — он помотал головой. — Потом про сестру говорит, которая в другом городе живёт. Тихо говорили, просто про Крюкова Слава переспросил, я и услышал. Тот его ещё заткнул сразу, испугался. Но сам Слава не колется, кто это был. Сказал мне забить, а я Женьке позвонил из автомата.

— И правильно сделал, — сказал Женя.

— Славка — упрямый баран, — Ярослав вздохнул. — Вот вечно так. Не, я-то знаю, как он за нас топит, но вот чтобы мы сами ему помогли с чем-то, никогда не просит и не говорит, всегда так, молчком и молчком. Так и не сказал мне. Ещё обозлился, когда я тебе передал, вот я чего и вышел.

— Придётся ему расколоться, — Женя вздохнул.

Я недавно долго разговаривал со Славой, и он рассказал, что выполнял особые поручения для Фрола, когда тот ещё был жив. Типичное поручение — кого-то замочить. Слава, можно сказать, был штатным киллером, но бригада Фрола про него не знала. Только сам Фрол.

Только это Слава думал так. Оказывается, кто-то ещё был в курсе. Я не спрашивал, кого именно валил Слава. Он и меня однажды чуть не завалил, спасло только моё умение договариваться. Но потом стало тихо, а Слава такой человек, который для своих был готов на всё. И ещё помог нам отбиться против Богатова, и пострадал сам. Не он, всё вышло бы намного хуже. Так что это тот человек, кого мы бросать не будем.

А тут вылез кто-то, кто хотел вернуть Славу Шевцова к его киллерской работе. Учитывая цель, любому понятно, что Славу завалят почти сразу после убийства Крюкова.

Меня это не устраивало, совсем. Вот и новая угроза, от которой надо избавиться. Задействую все свои связи, если будет нужно, но разрулим всё. Только надо сначала всё продумать, а ещё уломать упрямца, чтобы рассказал.

Вообще, посещать больных вне приёмных часов не положено, но всегда можно было легко договориться, чтобы пройти. Накинули белые халаты и зашли в палату. Кирилл лежал с газеткой и зевал от скуки, а Слава просто спал, тихо похрапывая. Тот мотоциклист, что лежал с ними, отправился на операцию в Читу, но никого нового в палату к ним не положили.

— О, Макся, — Кирилл начал подниматься. — Всё, уже можно домой?

— Завтра днём, Кирюха, — пожал ему руку. — Получу бумаги, заберу и покатаемся ещё с тобой.

— Класс!

— А пока нам со Славой надо перетереть, — влез Женя. — Ты знаешь, кто у него был?

Если кто-то известный и авторитетный, брат мог его знать. Самых крутых бандитов так или иначе знал весь город.

— Какой-то браток, — Кирилл пожал плечами. — Вообще не знаю. Зашёл, они потом в курилку пошли.

Женя уселся на кровать к Славе и бесцеремонно растолкал его в здоровое плечо.

— Отвали, Коваль, — пробурчал Слава. — Такой сон снился… чё тебе надо?

— Пошли курить, — Женя поднялся и придвинул ногой тапочки Славы. — На улицу.

Спустились, сели в мой джип, парни закурили, открыв окна. Слава широко зевнул, как тут на него накинулся Женя.

— Да чего там случилось, Славян? Чё ты молчишь опять?

— А-а, — он отмахнулся. — Ерунда.

— Ничего не ерунда, — сказал я. — Тебя отправляют валить Крюкова, а у Крюкова мощная охрана. Да и даже завалишь, тебя выследят и грохнут, у него не дураки сидят. Или заказчик сам тебя завалит.

— Может быть, — Слава пожал плечами.

— И всех твоих друзей на уши поставят, — продолжил я. — И к Жене придут, и к остальным.

Знаю, что давлю на его болевую точку, но надо его колоть. Это его упорство до добра не доведёт.

— Вот именно, — Женя ткнул его в бок. — Осёл упрямый, да говори уже!

— Да иди ты, — Слава вздохнул. — Ну чего вам надо? Меня же если что грохнут, не вас.

— Слава! Колись!

— Ладно, — он поёрзал на сидении и неодобрительно глянул на Женю. — Сказали мне до конца следующей недели с Крюковым покончить. Дадут мне винтовку, скажут точку, где он будет, приду туда и пальну разок. Даже заплатить обещал, до конца жизни, говорит, хватит.

— Кто он? — наседал Женя. — Кто к тебе пришёл?

— Потом говорит, — Слава его проигнорировал. — Что если откажусь, он расскажет кое-кому и кое о чём. Тогда мне точно кранты. Может, и не только мне. Тогда уж точно всех моих знакомых достанут. И вас тоже. Ну и сестру, само собой, он про неё сразу сказал.

— У тебя сестра есть? — спросил я.

— Да. Она живёт в Иркутске, он даже адрес её назвал. Мы с ней не общаемся с батиных похорон, но… всё равно. Ну, в общем, схожу на дело быстренько, мне не привыкать. Если что, там и сдохну. Но один.

Я сидел на водительском сидении и смотрел на него в зеркало заднего вида. Слава тоже глянул туда и хитро подмигнул. Пытается выглядеть пофигистом.

— Бесишь, — пробурчал Женя.

— Да чё вы паритесь? — он взмахнул здоровой рукой. — Короче, завалю Крюкова, потом пойду и заказчика грохну, делов-то.

— Не рана бы твоя, — продолжил злиться Женя. — Я бы тебя сейчас так уделал. Не беси уже! Говори! Кто и что? И что рассказать должен?

— Слава, ты уже с нами, — спокойно сказал я. — Ты помогаешь нам, а мы тебе. Мы все заодно. Нападают на тебя, отбиваться будем все вместе.

— От такого не отобьёшься.

— Мы отбились от Богатова. Найди хоть одного человека во всём городе, кто майора не боялся. Он всех тут поднял и показал, что крутой. А мы его сделали. И что, не справимся с кем-то ещё? Кто сейчас самый крутой в городе? Крюков? Ну так не сам же он себя заказал? Кто там ещё? Гоша? Лука?

— Не, не их калибр, — Слава отмахнулся и полез за второй сигаретой. — Пивка бы. Купите? А то в тапочках неудобно идти, там стекло битое на дороге.

— Сначала говори.

— Короче, — он вздохнул. — Сказал, если я откажусь или сдам ментам это дело, он передаст нужным людям, кто грохнул Гусара в прошлом году.

— Так это ты завалил Гусара? — сдавленным шёпотом просипел Женя. Пепел с сигареты упал ему на штаны, Женя отряхнул и затушил сигарету. — Ты?

— Ну, — Слава отмахнулся. — Вот мы когда прошлой осенью вернулись с армейки, я бабок у Фрола занял. Помнишь, для бати, но не помогло. Короче, отдавать нечем было, я отрабатывать предложил. И тогда Фрол мне всучил свдшку, чтобы я Гусара грохнул. Он, сука такая, всё боялся снайпера, ездил в тонированной тачке, чуть ли не бегом бегал на открытых местах. Лишь бы не убили.

— Но ты его достал, — пробормотал Женя.

— Он ходил к одной девахе, а та ему запрещала курить в доме. Вот он в форточку курил. Так я его и достал. Прямо в лобешник, всю башку разнесло. Но ждал его на крыше другого дома, зимой, чуть яйца себе не отморозил.

Женя покачал головой.

— Я не очень хорошо помню Гусара, — сказал я. — Лёня недавно упоминал его, но так, вскользь. Он же из Шахтогорска? — я назвал посёлок близ Новозаводска.

— Ага, из шахтёрских, — Слава стряхнул пепел в окно. — Афганец бывший, и себе набрал таких же. Бригада своя была. Как Богатов, но не такой крутой. Его потом Душман к пивзаводу перетянул, а Фрол велел грохнуть. А афганцы гусаровские так под Душманом и ходят.

— А чего Фрол велел его убить?

— Кто его знает, — Слава откинулся на сидение. — Мне вообще по барабану, чего они там не поделили. Но на каких-то залётных спихнули. Думал, Фрол меня завалит, я с гранатой ходил, но нет, приберёг меня для других мокрух. И вряд ли он кому-то проболтался, гусаровцы тогда на могиле говорили, что отомстят. И мокрушнику, и заказчику.

— А кто сейчас заказчик? — спросил я.

— Я не знаю, — он посмотрел на меня. — Это вообще какая-то шестёрка приехала. Этого я не знаю, но заказал явно кто-то другой. Шифруется, отправил вместо себя доверенного. Браток какой-то, таких много.

— Вряд ли это обычный браток, — задумчиво сказал я. — Дело опасное, любой посредник может сдать. Значит, кто-то доверенный, кто Крюкову не доложит и в милицию не пойдёт.

— Ну да, — отозвался Слава.

— А как он выглядел? — спросил Женя.

— Ну ты Женя даёшь, — Слава постучал по лбу. — Говорю же, как браток. Кожанка и штаны с полосками. Стрижка короткая, морда наглая. Ты про таких говоришь, что за кирпичами пришли. Тут половина города под описание подходит. Увижу, узнаю. А так хрен что опишешь.

— Ты человек внимательный, Слава, — я повернулся к нему. — Что ещё было?

— Да не знаю я, — он вздохнул. — Ну, нос сломанный, ухи борцовские, тоже поломанные. Если честно, он меня с мысли сбил, я растерялся даже чуток. Я с Яриком болтал, мы там поугарали над анекдотом, который твой брат рассказал. Потом этот лысый хрен с горы явился, и я собраться с мыслями так и не смог, а потом закемарил. Коваль, Волк, да я б** буду, не знаю, кто это. Да какая разница, всё равно валить надо Крюкова, потом остальных. Только так и прорвёмся.

Я огляделся. Никого из похожих на братков на территории я не видел, слежки за киллером они не оставили. Заказчик уверен, что Слава его не вычислит и не сдаст.

— Ладно, — я положил руку на руль. — Будем думать. Крюков человек такой, как только узнает об этом, нашу проблему решит так быстро, что тот про тебя и рассказать не успеет.