Никита Киров – Молот империи (страница 12)

Пилот пытался отвести риггу назад. Движки молотили по полной, судя по дыму. Рейтар не рассчитан на долгое движение задним ходом, так что скорость очень низкая, чуть быстрее, чем у идущего спиной вперёд человека.

Ригга опасно наклонилась вперёд…

Я перевёл перископ ниже. Катафракт тем временем передумал стрелять. Кто-то из экипажа выглянул из верхнего люка и посмотрел на холм, а потом сиганул назад в кабину. Из труб коллектора повалил дым. Включили максимальные обороты, хотят успеть сбежать.

Рейтар наклонился ещё сильнее. Противовесы пытались сдержать, но тут подвела земля, которая осыпалась после взрыва, а ещё под таким весом…

Многотонная ригга рухнула вперёд и покатилась вниз!

– Упал! – вскричал Ян. – Эта сука упала!

Но это ещё не всё. Боевая машина падала по крутому склону холма. Во все стороны летели куски обвеса, рукавов, мелкие пушки, по пути отломилась спаренная мортира, короткая толстая нога и одна из рук-платформ для оружия. Деревья, попавшиеся на ходу, разлетались в щепки. Кто-то из экипажа пытался выпрыгнуть прямо на ходу… плохая идея, его раздавило.

И этот катившийся снаряд весом в сотни тонн слетел вниз и на скорости врезался в Катафракта. Гул от столкновения слышался даже у нас в кабине. Длинные ноги Катафракта смяло и оторвало с лязгом, верхняя часть корпуса рухнула вниз, во все стороны разлетелись мелкие детали.

Светящееся Копьё разбилось, будто было сделано из стекла. И всё это скрылось в дыму и целом облаке поднятой земли. И ещё там что-то взорвалось и загорелось, это уже наверняка детонировали снаряды в боеукладке. Боевым машинам конец.

– Удачного вам ремонта, – пожелал я.

– А неплохо вышло, – Марк повернулся ко мне. – Мы пару лет назад делали такой трюк. Капитан Анри пустил “Преисподнюю” прямо в…

– Мы их сделали! – очень громко вскричал Ян, отлипнув от перископа, и шумно выдохнул. – Сделали! Всех их! – он с грустью посмотрел через плечо на останки товарища, лежащего у стены. – Победили их, Адам. Мы их сделали. Сделали… если бы ты видел это.

– Не расслабляемся! – приказал я. – Надо понять, есть ли ещё кто-то, потому что серьёзного оружия у нас больше нет.

Мы снова прильнули к перископам, направив оптику во все стороны. Но больше никто не собирался на нас нападать.

А мне тут вспомнился один случай.

Давно, ещё до мятежа, когда я ещё был на свободе, то участвовал в подавлении мятежа Великого Дома Клайдер. У них был не так много ригг, но был собственный Исполин – Левиафан.

Огромный шагоход высотой под двадцать пять метров стоял на холме, ещё на подходе обстреливая наши ригги со своих чудовищно мощных пушек. А мы ему на такой дистанции ничего не могли сделать.

Но залп Преисподних ему под ноги… холм осыпался, и Исполин скатился вниз. Потом машину отдали Дому Аристид для ремонта, а император Валерий Громов объявил Клайдеров вне закона.

Весёлые были времена. И всё же, эти Клайдеры живы до сих пор каким-то образом. Или их тоже помиловали, как и меня?

– Радар! – воскликнул Ян. – К нам приближаются ригги!

Я пригляделся к круглому светящемуся экрану на пульте пилота. Радар сработал, показывая новые точки, идущие со стороны города. Ян без напоминания взял трубку радиостанции и прислушался.

– Это ригги Великого Дома Сантек, – сказал он, смотря на меня. – Идут из столицы на помощь порту.

– Передай наши позывные, – я слез с неудобного кресла канонира и похрустел уставшей шеей. – И доложи им обстановку.

– Принято! Хотя, – Ян посмурнел. – Там же Лукас Сантек. Отец Адама, – он коротко взглянул на тело. – Что же делать?

– Говори как есть, что пал в бою. Марк, глуши машину. Риггу надо отправлять в ремонт, кабина не должна так трястись при запуске. Что-то не так с центровкой.

Марк взялся за рычаг и сначала медленно сбросил позиции до первой, а уже потом заглушил. Стало тише, только раздавался треск остывающих агрегатов и шипение выходящего воздуха.

Вспомнилось ещё, как я однажды отбивал морской десант на Челюстях в восточной Огрании, битва тогда меня сильно вымотала. После боя я пришёл к себе в палатку, грохнулся на койку и дрыхнул часов двадцать. Спать хотелось и сейчас, даже сильнее. Но у меня полно работы.

Я наклонился и распахнул люк в полу. Когда ригга заглушена, можно безопасно спуститься внутри, не придётся снова лезть под дождём и ветром снаружи.

Шахта и перекладины стальной лесенки забрызганы горячим маслом. В машинном отделении вообще жара, как в пустыне. Я окинул взглядом движки. Старые, ещё с тех времён, когда строили ригги, но пока все работают. На них слой масла и грязи толщиной чуть ли не в палец. Они их вообще моют?

В двигательном ещё два люка, каждый ведёт в одну из ног. Здесь тоже жарко и слишком сильно сипит воздух из труб. Ремонт, здесь однозначно нужен ремонт.

Я добрался до самого низа, открыл замок люка внизу и выбрался, вдыхая свежий воздух.

Ого, как тут всё поменялось.

Площадь вокруг нас разбита в щебень, ближайшие здания горели. Тот ресторанчик, где мы сидели сегодня, вообще наполовину снесён. Корабль, который получил пробоину ещё до начала боя, частично затонул и завалился набок.

Горели склады, другие корабли и катера. Когда сидишь в ригге, то многие снаряды кажутся безобидными, броня может выдержать даже попадание главного калибра. Но для тех, кто снаружи, это далеко не так.

Там, где упали машины врагов, всё ещё висела туча из чёрного дыма. Катафракт ещё горел, внутри него рвались снаряды. Ну и пусть, в некоторых условиях лучше уничтожить ценную машину, чем рисковать всем, пытаясь её захватить.

Из уцелевшей части ресторана выходили люди, которые прятались в тамошнем укрытии. Среди них я заметил знакомое чёрное пальто и светлые волосы. Ну, думаю, им там внизу было достаточно страшно, чтобы Громова прямо сейчас попыталась сбежать.

Даже со спины видно, как ей страшно, колени трясутся.

Следом за мной вылез Марк.

– Ох, нет, – шепнул он и помотал головой. – Не повезло им.

Я посмотрел в направлении его взгляда. Два тела лежали, придавленные разрушенной крышей ресторана. Один из них – рыжий капитан из академии, его узнать легко.

Второй сохранился не очень, тело сильно пострадало, головы не было. Если бы не клетчатое пальто, почти чёрное от грязи и гари, я бы и не узнал, кто это такой. Уцелевшая рука сжимала медальон в виде ветвистого кольца, как у меня и у Катерины Громовой.

– Вспомнил его, – сказал я. – Он был твоим другом?

– Да, можно сказать и так, – Марк вытер нос рукавом, опустился возле тела на колени и осторожно взял медальон. – Думал, что Марк вытянул счастливый билет, когда его пригласили сюда. Мы же тёзки с ним.

– Говорили, он какой-то там опытный пилот, – сказал я.

– Ерунда, – Марк отмахнулся и сжал цепочку медальона, смотря на него. – Просто его приёмные родители тогда заплатили мне, чтобы вместо него пошёл в армию я. И даже подделали документы, так что я был Марком Зиминым. У меня они до сих с собой, всё выбросить хотел, да жалко.

– Значит, про тебя это они говорили.

– Ну, в итоге это я попал в экипаж ригги, а по всем документам это был он. Хотя какая теперь разница? Марк Зимин мёртв, – он грустно усмехнулся. – Звал меня с собой, говорил, здесь нужны опытные пилоты. Хотя оказалось, что не нужны, это занятие для дворян, а не для парней вроде меня.

Но такие нужны мне. Надо не потерять этого Марка, он мне пригодится в будущем.

– А как приехали сюда, – Марк поднялся на ноги. – Он сделал вид, что меня не знает. Так похоже на него. Ладно, пойду думать, что делать дальше.

– Подожди меня здесь, – сказал я. – Надо поговорить с одним человеком, потом будет один разговор к тебе. Очень важный.

– Я пока помогу раненым, – он посмотрел по сторонам. – А ещё…

– Капитан погиб? – сказал подошедший к нам Ян и покачал головой. Глаза он щурил, будто плохо видел. – А это ваш друг?

– Да, – Марк покрутил амулет в руках, будто не знал, куда его деть.

– Мне жаль, – Ян посмотрел на нас по очереди. – А я знаю, кто вы. Вы же прибыли из Дискрема, чтобы восстановить свои дома. Вы правнук генерала Загорского, – Ян посмотрел на меня, смутился и добавил: – Того самого? Извините, если вопрос неприятный.

– Да, того самого, – я кивнул.

– А вы Марк Зимин, опытный пилот и герой войны.

– Стой, я…

– Зато видно, что насчёт вас не врали, – Ян как-то нервно улыбнулся. – Извините, не хотел беспокоить, вы же разговаривали. Отойду. Лукас Сантек даст нам транспорт, чтобы увезти в академию, сказал по рации. Но должна же быть ещё одна девушка с нами.

– Я иду за ней, – сказал я и поправил куртку. – Скоро вернусь.

Не думал, что такая вредная девица, как Катерина Громова, будет ухаживать за ранеными. Она сидела, повернувшись ко мне спиной, и держала пожилого мужчину с перевязанной головой за руку. Но уже скоро я понял, что что-то не так.

– А это же вы были в машине? – морщинистая женщина со светлыми волосами повернулась ко мне с улыбкой на лице. – Да хранят вас предки, мессир, вы спасли нас всех!

На ней было чёрное пальто Громовой. Вот же хитрая зараза, смогла убежать. Остальные люди, услышав это, повернулись ко мне, тоже начали благодарить. Один дед бухнулся на колени, а какая-то бабка в цветастом потянулась к моей руке, чтобы её целовать.

От неожиданности я отошёл на шаг.

– Я ищу девушку, которая спустилась с вами подвал, – сказал я, оглядывая остальных, но Громовой среди них нету. – Ей около двадцати, у неё светлые волосы…