Никита Гузь – Глаза цвета неба (страница 11)

– Почему? – раздался позади меня голос.

Я обернулся и замер. Светлана стояла в нескольких шагах от меня в том платье, про которое я только что сказал. Подол оказался очень коротким, гораздо выше колен, оттого я смог увидеть стройные ножки девушки. Светлые локоны живописно ниспадали на ее хрупкие открытые плечи. Я потерял дар речи от столь неземной красоты, притом такой невинной и нежной.

– Ну как? – поинтересовалась она, словно мой вид не давал однозначного ответа.

– Ты… словно… – ничего внятного в тот момент ответить я не смог, поэтому решил для себя перестать смотреть на красавицу и заняться поиском нового платья.

Светлана терпеливо примеряла все те платья, которые я отмечал как понравившиеся, и в какой-то момент заметил, что она тоже начала выбирать, какое из них ей приглянется. Любой наряд на ней был прекрасен, будь то вечернее платье или летний сарафанчик.

Со Светланой я готов был пойти куда угодно: хоть на край света, хоть даже на концерт скучного симфонического оркестра. Поэтому, изучив все магазины и погуляв еще немного по городу, мы отправились слушать какого-то исполнителя романсов. Кроме нас, в зале не было никого из молодых, все больше – дамы бальзаковского возраста с кавалерами-ровесниками, причем в основном все места занимали женщины, охающие и ахающие, когда начиналась каждая новая композиция. Я бы, наверное, умер от скуки, если бы не присутствие рядом Светланы. Ей ведь нравилось то, что происходило на сцене, поэтому я без особого интереса смиренно сидел на месте и ожидал окончания действа.

– Это чудесно! Как он поет! – не сдерживая восторга, Светлана ходила по кругу возле меня. – Его исполнение касается струн души, заставляя ее трепетать. Ты видел, как люди менялись? Они плакали от переполняющих их переживаний.

Голос у нее был словно щебетанье птиц, приятный, звонкий. Я слушал ее речь, словно музыку, не вникая в смысл того, что она говорит.

– Ты меня не слушаешь! – сказала Светлана, остановившись прямо передо мной. – Тебе совсем не понравилось?

– Да, – ответ был глупый, но я прозевал вопрос, поэтому решил заранее согласиться.

– Я так и знала, – грустно заключила она, опустив голову.

По ее реакции я понял, что не угадал с ответом. Тогда подошел к ней вплотную, положил одну руку на талию и закружил ее в танце. Вокруг были люди, городские украшения, набережная, а мы кружились в вальсе все быстрее и быстрее.

16 глава

Открыв глаза, я увидел белоснежный потолок. «Пришел в себя!» – эта мысль мгновенно ворвалась в сознание, опередив все остальные вопросы и рассуждения. Вслед за ней тут же пришло чувство грусти, ведь это означало, что мои встречи со Светланой прекратились. Меня одолевали противоречивые чувства: радость от того, что жив, и грусть от того, что больше не погуляю со своим милым ангелом.

– Ты меня испугал, – озабоченно призналась Светлана, усаживаясь на угол кровати. – Мы из разных миров, и ты не должен меня касаться, как и я тебя. Это противоестественно.

– Если бы ты видела, насколько прекрасна, то поняла бы, как тяжело мне не иметь возможности обнимать и целовать тебя каждую секунду! Это невыносимо, ведь ты такая милая! – пожаловался я на несправедливость, театрально запрокинув голову и положив руку на лоб.

– Эх, – тяжко вздохнула Светлана.

– За твой поцелуй я готов умереть!

На меня нашло игривое настроение.

– Так, отдохни, – с этими словами Светлана коснулась моего лба, а я, опрокинувшись на кровать, почувствовал, как силы меня покинули.

Сколько я отдыхал, сказать было сложно, но, когда снова проснулся, Светланы уже не было, а я, и правда, чувствовал себя гораздо лучше и бодрее. За окном начинало светать, солнце лениво выбиралось из-за туч, словно сбрасывая с себя одеяло. Моего ангела-хранителя не было в палате, и я решил пойти ее поискать. Я попробовал встать и понял, что тело мое по-прежнему существует отдельно от меня, а я вернулся в родной город, в ту самую больницу, в ту же палату, где впервые увидел своего ангела-хранителя.

Коридор, как всегда, был заполнен врачами и пациентами. Все куда-то спешили, о чем-то разговаривали по телефону, ругались, смеялись, грустили или плакали, как женщина лет сорока, сидевшая на лавочке у стенки, на которую никто не обращал внимания, проходя мимо. Взглянув на нее, я подумал, что рядом с ней, должно быть, сидит ее ангел-хранитель и пытается успокоить. Быть может, аккуратно гладит бедняжку по волосам. Тут я поймал себя на мысли, что вижу только Светлану, словно других ангелов вокруг нет. А может быть, это все галлюцинации, и я просто сошел с ума.

Резкий и протяжный писк донесся из палаты. Женщина соскочила с лавочки и бросилась внутрь. Мне стало любопытно, и я прошел вслед за ней. Все оказалось, как я и предполагал: белые стены, потолок, кровать, какие-то медицинские аппараты, один из которых резал слух противным пищанием. Благодаря телесериалам я знал, что значит сплошная линия сердцебиения, но тут буквально онемел от страха. Я не увидел женщину с косой или прекрасную валькирию; это было гораздо сильнее. Яркий, обжигающий свет озарил комнату, в центре которой оказалась кровать с умирающим мужчиной. Он медленно поднимался вверх, точнее, не он, а его душа; тело же осталось лежать на кровати.

– Кто ты? Что происходит? – резким басом произнес он.

– Твое время закончилось, – послышался ответ справа от меня.

Мимо прошел, точнее проплыл, парень в белоснежном одеянии, слепящем глаза, бросив мимолетный взгляд в мою сторону.

– Время? – мужчина огляделся по сторонам, заметил рыдающую у постели женщину, а затем взглянул куда-то вверх, к источнику света. – Так я… умер… а это…

Парень подошел к женщине, заботливо коснулся ее правой рукой, а затем начал взмывать вверх, расправив белоснежные крылья.

– Пойдем, я провожу тебя к Творцу, – произнес он, подавая руку мужчине.

– Творцу? – испуганно отозвался тот. – К Богу? Он существует?!

– Ты скоро его увидишь. Пойдем. Твое время вышло.

– Но, подожди… я не успел еще… я не готов…

Мужчина что-то еще с протестом кричал, требовал, а потом начал умолять, но в это же время ангел, держа его за руку, неторопливо поднимался с ним вверх к потолку. Свет так же внезапно исчез, как и появился, и в палате все стало обычным. Только тогда я заметил врачей с тяжелыми взглядами, которые направлялись к выходу из палаты.

– Я сожалею, – врач, покидающий помещение последним, положил руку на плечо женщины. – Мы сделали все, что могли.

Я не мог пошевелиться еще очень долго. Меня сковал непонятный страх, и почему-то по щекам бежали слезы, которые никак не удавалось спрятать, так как руки совсем не слушались. Я видел горе вскоре приехавших родственников, истерику и громкие крики женщины. Мужчину накрыли простыней и вывезли из палаты. Медсестра сменила белье и распахнула окна, чтобы проветрить помещение. Все было так буднично, словно никакого человека и не существовало еще буквально несколько часов тому назад, будто я не видел его взгляда.

– Я умру? – прохрипел я после долгого молчания.

– В этом мире ничто не вечно, – отозвалась тихим и нежным голосом Светлана.

– Я ведь тоже умру? – повторил ей свой вопрос. – Как и он? Вот так раз… Свет и всё. Никто не спросит меня, хочу я этого или нет. Я ведь тоже могу умереть?! – закричал уже изо всех сил.

Страх, сковывающий меня, пропал, и я смог повернуться к своему ангелу-хранителю, которая под пристальным взглядом, совсем по-женски, опустила ресницы и слегка наклонила голову так, словно она не видела меня, а значит, не видел и я ее, и отвечать на поставленный вопрос не было необходимости.

– Я могу умереть здесь? В этой больнице!? – сперва говорил на повышенных тонах, но смиренный вид девушки постепенно меня успокоил. – Прошу, не молчи! Скажи что-нибудь!

– Я не знаю, – тихим голосом, не поднимая головы, ответила Светлана. – Я – ангел-хранитель, потому обязана охранять тебя здесь и после проводить в тот мир. Я не знаю, что будет и что тебя ждет.

Я натянуто улыбнулся и выдавил из себя подобие смешка, сам не знаю зачем. В голове не было мыслей, точнее, присутствовал некий дикий животный страх от осознания того, что я могу в любую секунду перестать существовать. Это чувство, как липкая жижа, расползалось внутри. Стараясь от него спастись, я поспешил как можно скорее покинуть палату, а следом больницу и даже район, в котором она располагалась.

Дойдя до озера, я принялся бродить вдоль берега, глядя на проходящих людей, точнее, мимо них, куда-то далеко, не останавливая своего взора ни на какой мелочи.

– Если… – слова давались с трудом, поэтому я откашлялся и сделал минутную паузу, подбирая их. – Пока я жив, значит, у меня есть время, которое мне зачем-то дано. И ты… не просто ведь рядом со мной?

– Я всегда рядом, – скромно отозвалась Светлана.

– Мой прекрасный и чудесный ангел-хранитель, – я улыбнулся, почувствовал прилив радости от голоса своей спутницы и увидел ее шагающей справа от меня. – У меня ведь есть время. Для чего?

Я остановился и взглянул на своего ангела-хранителя. Она снова решила избежать ответа на неловкий вопрос, опустив глаза и голову, словно страус, который прячется в песок с головой. Такое ее поведение несколько меня развеселило, хотя раньше всегда выводило из себя. Сейчас, наоборот, я видел в этом какую-то кокетливость и даже некоторую слабость. Наверное, именно поэтому моим ангелом была девушка, ведь окажись на ее месте кто-то не настолько прекрасный, я бы бросился с кулаками выбивать ответ.