Никита Филатов – Тень полония (страница 27)

– Нет, – разочаровал собеседника господин Могилевский. – Каша, судя по всему, заварилась из-за того, что здесь, в Лондоне, какие-то русские якобы в начале ноября тайно встретились с представителями местной чеченской диаспоры. И через них предложили «Аль-Каиде» за очень большие деньги приобрести грязную бомбу с радиоактивными веществами. Представляешь, что это такое?

– Разумеется. – Все-таки Олигарх еще с советских времен имел ученую степень доктора наук.

– Причем бомба не только полностью готова к применению – она даже якобы уже находится где-то на английской территории.

Несколько мгновений в каюте висела тягучая, напряженная тишина.

– Но это же не твои люди, Семен?

– Нет, не мои… – отрицательно покачал головой Могилевский. – Это были не мои люди – я пока еще в своем уме и представляю, чем заканчиваются такие игры. Мы нормальные бизнесмены и никогда не работаем с террористами – мы просто изредка помогаем некоторым развивающимся государствам не слишком отстать от мирового научно-технического прогресса… и знаешь почему?

– Догадываюсь.

– Нет, вовсе не потому, что мы такие уж гуманисты! А всего лишь из элементарного чувства самосохранения… – Семен Могилевский пригубил остывающий чай. – Если я, в обход международных санкций, продам какой-нибудь там голодной и нищей Северной Корее кусочек урана, чтобы она могла запустить собственную атомную электростанцию, и попадусь, скажем, американцам – они всего лишь посадят меня за решетку. В этом случае можно будет поторговаться, пойти на сделку с правосудием, дать кому-нибудь взятку, в конце концов… Но если кто-то приобретет у меня тот же самый уран, перемешает его с динамитом и взорвет себя напротив Рокфеллер-центра в Нью-Йорке, те же американцы не пожалеют ни сил, ни денег, ни времени и не успокоятся, пока не достанут меня из-под земли – и туда же, обратно, под землю, не загонят! Лучше уж тогда будет самому забраться на электрический стул и дернуть рубильник, чем проползать остаток жизни по горным пещерам, как Усама бен Ладен…

– Да, конечно. Тут я, безусловно, с тобой согласен. – Олигарх все еще не понимал, к чему ведет собеседник, и поэтому посчитал необходимым поинтересоваться: – Если это были не твои люди… тогда кто же?

– А ты как считаешь?

Олигарх пожал плечами:

– Может быть, московские ребята? Новенькие? Сейчас, говорят, много бывших чекистов решило заняться серьезной коммерцией…

– Нет, – поморщился Могилевский. – Все такие попытки мы контролируем. И пресекаем.

– Тогда даже не знаю.

– Не знаешь… – Могилевский посмотрел прямо в глаза сидящему напротив собеседнику. – Говорят, на той встрече с Ахмедом Закатовым был кто-то из твоих ребят.

Это прозвучало почти как обвинение, и, вопреки своей обычной манере, Олигарх не отвел взгляда:

– Исключено.

– Не твои? Отвечаешь?

– Семен, послушай, я давно уже не веду никаких переговоров с чеченцами. Особенно здесь и тем более по поводу оружия и всего прочего в этом роде! Это твой бизнес, а мне хватает и своих проблем.

Господин Могилевский медленно разлил по пиалам остатки зеленого чая.

– Знаешь, а я тебе верю…

– Спасибо, Семен.

– Догадываешься, почему? Потому, что ты умный. Очень умный! И не станешь гадить прямо там, где живешь, верно?

– У меня, между прочим, здесь политическое убежище, – напомнил Олигарх.

– Да, конечно… – Могилевскому это было прекрасно известно.

– Может быть, это парни с Лубянки специально запустили дезинформацию в Интерпол?

– С какой целью?

– Ну, например, чтобы поссорить меня с англичанами, – ухватился за собственную удачную мысль Олигарх. – Или вот с тобой…

– Все возможно. – Кажется, Могилевский воспринял идею собеседника без особого энтузиазма. – Ты сам-то, лично, знаешь Ахмеда Закатова?

– Разумеется. Еще по первым переговорам с чеченцами, насчет перемирия. Ну и потом мы, конечно, поддерживали кое-какие отношения. Чисто деловые…

– А здесь?

– В Лондоне? Нет, – покачал головой Олигарх. – Помнится, поначалу, когда политическая ситуация еще требовала объединения всех оппозиционных сил, оказавшихся в эмиграции, мы с ним несколько раз встречались на пресс-конференциях и приемах, посвященных…

– Кто-то из твоих людей мог встречаться с чеченцами по каким-то вопросам?

– Думаю, я бы об этом узнал.

– Думаешь? Или уверен? – уцепился за слово хозяин каюты.

– Семен, только не надо брать меня на голос, ладно? – Человек, которого даже самые близкие люди между собой называли не иначе как Олигархом, уже много лет никому не позволял разговаривать с собой в подобном тоне.

– Извини. Извини, пожалуйста.

– Ладно, проехали… Я разберусь. Обязательно разберусь. И все выясню.

– Потом поставишь меня в известность?

– Обязательно, – пообещал Олигарх как о деле, уже решенном. – Есть еще какая-нибудь информация по этому делу, которую мне имеет смысл знать?

– Пожалуй, нет… – Могилевский задумался. – Да! По данным, которые есть у полиции, встреча русских с чеченцами происходила в каком-то лондонском кинотеатре… или в театре… впрочем, это пока ничем не подтверждается.

Сквозь толстое стекло иллюминатора в каюту проник пронзительный, усиленный плотным туманом автомобильный гудок.

– Все, Семен! Мне пора.

– Твоя охрана? – поинтересовался господин Могилевский, разглядывая на мониторе черный автомобиль-такси, припаркованный прямо у борта сухогруза.

– В некотором роде, – ушел Олигарх от ответа. – Если я не выйду на берег в течение пяти минут, вокруг могут начаться большие движения. А нам с тобой это совсем ведь не нужно?

– Не нужно, – подтвердил Могилевский.

Мужчины одновременно поднялись из кресел.

– Будь здоров! Присмотрись к своим людям.

– Обязательно. – Олигарх ответил на рукопожатие, но тут Могилевский вдруг вспомнил о чем-то и засуетился:

– Да, если уж мы встретились лично… Я сейчас дам тебе номерок счета в одном из солидных немецких банков – помнишь, мы договаривались? Он вполне анонимный и, на мой взгляд, ничем не хуже того, который ты использовал в прошлом году. Постарайся больше не задерживать оплату за товар и до нового года перебросить на него, скажем… двадцать миллионов?..

– Долларов или евро?

– Последнее время доллар не слишком устойчив.

– Ну, Семен! Ну, ты и сукин сын…

– Что же поделаешь? Дружба дружбой, а бизнес есть бизнес.

– Вот уж точно – ничто так не связывает мужчин, как взаимные финансовые интересы.

– Тем более когда они несколько выходят за общепринятые рамки законности.

Глава 2

На второй день пребывания в Лондоне, зразу же после бесхитростного гостиничного завтрака, Владимир Виноградов решил прогуляться по магазинам.

Разумеется, нашим соотечественникам бродить за границей по универмагам и супермаркетам уже не так интересно, как лет пятнадцать – двадцать назад. Да, конечно, мировые столицы по уровню цен мы уже обогнали, зато в России теперь, – во всяком случае, в более-менее крупных ее населенных пунктах, – можно купить все что угодно и даже больше.

А витрины наши дизайнеры научились оформлять ничуть не хуже…

Когда-то о существовании многих вкусных и красивых вещей советские люди просто-напросто не догадывались. Плоды авокадо и текила с солью, платиновые часы от Картье и белоснежные джакузи встречались крайне редко, да и то исключительно в лексиконе дипломатов, подвыпивших моряков загранплавания и кремлевских функционеров… Так что даже теоретически подкованная творческая интеллигенция, прочитав о чем-то подобном на страницах переводного романа, тут же начинала паниковать и метаться по коммунальной квартире в поисках словаря иностранных слов.

А широкие массы советских трудящихся легко обходились и без этого – как, впрочем, вынуждены обходиться и сейчас, на нелегком пути от развитого социализма к недоразвитому капитализму.

Словом, прогулка по магазинам любого города в любой точке мира носила для Виноградова скорее познавательный, чем коммерческий характер.

Вообще же из всех своих заграничных путешествий и командировок Владимир сделал один, но достаточно универсальный вывод: все что хочется и все что нужно, да еще и по цене, которая окажется вполне приемлемой, следует покупать либо в крохотных лавках со всякой всячиной, либо в крупных сетевых торговых центрах. Магазины средней величины для этого не подходят.

В местных лавочках, которые, впрочем, попадались на пути Виноградова очень редко, торговали в основном какие-то азиаты и темнокожие, плохо выбритые личности, отдаленно напоминающие азербайджанцев. Зато ассортимент товаров здесь был ничуть не беднее, чем в супермаркете по соседству: свежие овощи, фрукты, напитки, консервы, игрушки, подгузники, порнографические журналы, футболки с изображением Карла Маркса, очень дешевые лондонские сувениры…