Никита Филатов – Пражская весна (страница 48)

– Его сейчас нет дома, – ответил молодой женский голос. – Что передать, кто звонил?

– Это Володя. Племянник, блин! А когда он будет?

– Дядя Вася на выходные уехал. Так что-нибудь передать? – заученно поинтересовалась далекая собеседница.

Тайсон представил ее себе – этакая крашеная телка в форме старшего прапорщика, посаженная дежурить на сутки среди коммутаторов, магнитофонов и секретных линий связи. Да, действительно – сегодня суббота, у начальства либо банные посиделки, либо преферанс… Словом, заслуженный отдых в конце недели.

– Деточка, передай дяде, что я пока здоров. Но очень соскучился!

– Это все?

– И поцелуй его от меня… куда-нибудь. – Тайсон нажал на кнопку отбоя:

– Бар-рдак!

Конечно, следовало стереть из телефонной памяти номер, но он все равно был одноразовым, предусмотренным только на эту операцию, поэтому – пусть…

К искреннему удивлению гостя, на ужин его не позвали. Пришлось спуститься вниз и напомнить о собственном существовании:

– Простите… Есть кто живой?

Хозяина ни в кабинете, ни в столовой не было.

На прежнем месте темнел экраном выключенный телевизор, и Тайсон решил посмотреть хоть какую-нибудь ерунду. Но шарить по полкам в поисках пульта было бы невежливо и опасно, поэтому он пошел дальше, пока не столкнулся в дверях с одной из обслуживавших Асхабова женщин:

– Извините!

Не без труда объяснив, чего хочет, гость вернулся в свою комнату. И через несколько минут получил поднос, прикрытый полотенцем.

– А что, хозяина нет?

Женщина исчезла, не ответив.

Тайсон изучил предложенное на вечер меню: пара кусков холодного мяса, какая-то приправа, белый домашний хлеб и все, необходимое для чая. Он принюхался: да, под таким соусом никакую отраву не распробуешь.

Впрочем, Тайсон сразу же отогнал дурные мысли – во-первых, помирать веселее на сытый желудок. К тому же убивать его прямо в крепости, на дому у Асхабова, никто не станет, для этого есть масса более подходящих мест.

Поужинав, гость спустился на кухню:

– Спасибо.

Все та же женщина приняла из его рук пустой поднос и молча поставила рядом с плитой.

– Спокойной ночи!

Тайсон опять не дождался ответа, пожал плечами и ушел наверх, готовиться ко сну.

Промучившись часа полтора, он все же рухнул в тяжелое забытье и до утра боролся с чередой наплывавших на мозг видений недавнего прошлого: догорающие «жигули», бритый затылок солдата-военнопленного, Шамиль в неизменных очках и пули, веером стелющиеся над деревней.

…Для таких людей, как Тайсон, нет ничего томительнее безделья и неизвестности.

К тому же под утро гроза перевалила через горы, и на старую крепость обрушились потоки воды. Вспышки молний, многократно усиленный отражением гром… Не успевало еще утихнуть эхо одного раската, а как на смену ему раз за разом рождался другой.

Он не слышал, когда вернулся Асхабов. Во всяком случае, позавтракали они вместе.

Разговор как-то сразу не заладился: хозяин демонстративно пропускал вопросы Тайсона мимо ушей, да и сам гость тоже не особо считался с необходимостью быть дружелюбным.

За окном колотил по лужам дождь – к утру он немного растратил первоначальную ярость, но все еще не хотел успокаиваться.

– Никаких вестей?

– Уже выехали.

Асхабов пошел в кабинет, а гость опять направился наверх…

Ожидание физически выматывало Тайсона. До полудня он бродил из угла в угол по опостылевшей комнате, потом нашел где-то и прочитал прошлогоднюю газету, потом снова попробовал подремать… Когда на улице еще немного стихло, не выдержал и спустился.

Автоматчик из штабной охраны равнодушно посмотрел на появившегося сверху человека.

– Погуляю, – пояснил Тайсон. Сейчас он был бы даже рад любому конфликту, скандалу, спору… но боевик только равнодушно отвернул бороду.

Больше никто не встретился – народ, видимо, сидел по домам. Только на башнях и под навесом, у крепостных ворот, угадывались силуэты караульных, да в кабине «Урала» дремал пожилой шофер.

Некоторое время Тайсон послонялся под моросящим дождем среди машин и древних каменных сооружений, переступая через потоки ржавой воды и размокший мусор. Затем все же ушел обратно в дом.

…Наконец со стороны трассы послышался мерный рокот двигателей, и во двор начала втягиваться усталая колонна:

– Ал-лаху акбар!

С появлением людей Шамиля часы и минуты заторопились, обгоняя друг друга.

Поначалу Тайсон не знал, как себя вести. Бежать вниз с вопросами и приветствиями казалось неприличным, а для спокойного наблюдения из окна за суетой прибывших следовало иметь побольше выдержки.

Вопрос решился сам собой – гостя пригласили срочно пройти к Асхабову.

– Добрый день, Шамиль.

– Привет.

Рукопожатиями они не обменивались, но и враждебности в голосе старого знакомого не было.

– Ты как? – поинтересовался у Тайсона хозяин. – Прямо сейчас настроен поехать? Или, может, еще до завтрашнего утра у нас погостишь?

– Чем раньше, тем лучше.

– Куда все торопитесь? Успеете…

Тайсон перевел глаза на Шамиля:

– А вы как?

Тот ответил, но хозяину, а не гостю – коротко, на местном гортанном наречии.

Асхабов пожал плечами:

– Дело твое… Поезжай.

Дождь почти иссяк, но расстояние сглаживало и размывало детали – так, что оставшаяся позади крепость казалась скорее видением, миражом, иллюстрацией к детской сказке.

В машине пахло отвратительным местным бензином – водитель заправился «под завязку», да еще прихватил пару дополнительных канистр. Идущий впереди иностранный джип с дизельным двигателем тоже имел полные баки, так что должно было хватить до административной границы и обратно.

На этот раз выехали двумя машинами, без прикрытия бронетехники. А потому двигались довольно быстро – стрелка спидометра прыгала вокруг пятидесяти километров в час, не опускаясь вниз даже на крутых поворотах.

Тайсона сопровождала сейчас не охрана, а что-то вроде почетного эскорта. И это внушало некоторую уверенность в собственном завтрашнем дне: если бы его собирались шлепнуть втихаря, где-нибудь по пути, то обошлись бы меньшим количеством свидетелей. С другой стороны, облегченный состав колонны указывал на то, что никаких неприятных сюрпризов вроде засад и нападений не ожидается – а это тоже радовало. В общем, Тайсон загадывать не любил, но получалось: при такой езде к утру они все же доберутся до российского блокпоста.

Странно, глядя на знакомые затылки водителя «Нивы» и автоматчика с переднего сиденья, Тайсон не чувствовал себя среди врагов. А посапывающий рядом, вконец измотанный погонями и переездами Шамиль вообще вызывал у него чувство, похожее на симпатию.

Это плохо.

Это могло помешать… Тайсон попытался представить себе спутников недавними террористами-боевиками, среди развалин пылающей больницы, женских трупов и баррикад из расстрелянных пленных.

Так было. Возможно, так еще будет не раз. Что бы там ни говорили ссученные политики по обе стороны границы, ничто не забыто и ничто никому не прощено.

Дождь прекратился, потом пошел опять, потом начало темнеть…

– Вот, блин! Ч-черт…

Тайсон зашипел от боли, уткнувшись носом о спинку переднего кресла. Водитель тоже выругался, но по-своему – хотя он и ударил по тормозам вовремя, машину все равно повело юзом и чуть не вмяло в зад остановившегося джипа.