Никита Филатов – Пражская весна (страница 41)

Это прозвучало довольно сухо.

Хозяин отдал какой-то гортанный приказ Шамилю. Тот вытер губы, встал и, не глядя в сторону гостя, вышел за дверь.

Оставшись наедине с Асхабовым, Тайсон подумал, что незаметно и быстро убить этого крепыша вряд ли удастся даже ему. Если поднимется шум и прибежит охрана… С другой стороны, по местным обычаям вряд ли удобно отправлять гостя на тот свет сразу же после совместной трапезы.

Некоторое время сидели молча.

Затем хозяин, не поднимаясь, собрал на край стола остатки еды и грязную посуду. Накрыл все это полотняной салфеткой так, что теперь на скатерти оставались только хлебные крошки.

Скрипнула дверь.

В комнату по-кошачьи скользнула мужская фигура. Сразу же вслед за ней вошел Шамиль с огромным подносом: чайник, чашки, сахарница, печенье и сушки в фарфоровой вазе…

– Салам! – Шамиль занялся сервировкой, а незнакомец присел на свободный стул. И он, и расположившийся напротив Тайсон разглядывали друг друга с нескрываемым интересом.

Неизвестно, что подумал мужчина о хмуром здоровяке в российской военной форме без знаков различия. На взгляд же Тайсона этот человек ничем не выделялся: ватник, пропахшая костром шапка-ушанка с пятном от кокарды, борода, автомат…

– Это двоюродный брат Шамиля, – пояснил хозяин. – Младший.

– Очень приятно.

– Он только что вернулся из банды. Видел там журналистов.

– Ого! – Тайсон даже присвистнул.

– Это наш самый лучший разведчик… Еще с войны работал на Департамент безопасности.

Асхабов дождался, пока всем нальют чаю и продолжил:

– Теперь мы знаем точно место, где держат заложников. И тот, и другой пока – в полном порядке. Передвигаются свободно, почти без присмотра. Спят вместе с двумя людьми из охраны…

– Это хорошо.

– Сегодня ночью он вернется в банду. Вступит в контакт с журналистами и передаст им, что надо делать.

– В каком смысле?

– Утром, пораньше, мы атакуем… И освободим заложников.

Тайсон даже не попытался скрыть удивления:

– Вы уверены, что именно так следует поступить? Опасность…

– Риска почти никакого. Все знают, что деньги доставлены в крепость и завтра после полудня бандиты будут ждать от меня посредников. В условленном месте – ведь считается, что база до сих пор не обнаружена. А мы заявимся чуть раньше, и прямо к ним домой!

Глупо пытаться исправить то, что не в твоей власти.

Поэтому Тайсон только пожал плечами:

– Мое мнение что-то изменит?

– Нет, – улыбнулся хозяин.

– Я могу доложить об этом в Москву?

– Нет, – опять улыбка, только более жесткая. – Потом.

Помолчали. Каждый по-разному…

– Что сейчас от меня требуется? – Чай был горячий, крепкий, но больше пить не хотелось.

– Напиши записку. Что-нибудь такое, чтобы журналисты сразу поняли – это не провокация. Что человек, который к ним пришел, действительно друг. Понимаешь?

– Допустим. А если я откажусь?

Настал черед хозяина пожать плечами:

– Все равно операция состоится. Только риск будет больше.

Тайсон, чтобы выиграть время, еще раз уточнил:

– Значит, связаться с шефом мне нельзя?

– Незачем.

– Тоже верно… Сколько времени я могу думать?

– Нисколько, – вздохнул Асхабов. – Надо идти прямо сейчас, чтобы к ночи добраться до места.

Тайсон посмотрел на Шамиля, потом на его, так и не проронившего ни слова брата-разведчика:

– Хорошо. Сейчас сделаю. Но… Есть условие.

– Какое?

– Я поеду с вами. И буду присутствовать – с начала до конца.

Понятно, что любым участием в штурме Тайсон брал на себя часть ответственности за силовую операцию. В случае удачи это ему никаких особых выгод не сулило – при трагическом же исходе на бывшего офицера спецназа навешают всех собак. Впрочем, даже если он останется в стороне, одной только записки будет вполне достаточно… Поэтому семь бед – один ответ!

– Ну, как?

Первым ответил Шамиль, сверкнув стеклами темных очков:

– Пожалуйста!

Вслед за ним хмыкнул Асхабов:

– Зачем? Хотя, конечно, воля ваша.

Бородатый разведчик молча опустил глаза. Может быть даже, он вообще не понимал по-русски…

Спал Тайсон не раздеваясь, но довольно крепко.

И проснулся легко, почти сразу же.

– Ну, едешь?

– Да, конечно.

То ли местные боевики привыкли к ночным подъемам, то ли Тайсона просто разбудили позже других – во всяком случае, из дома он вышел, когда штурмовая группа уже была готова к выходу. Полная луна отражалась на склонах гор, которые матово-черной бахромой очертили высокий и звездный купол неба.

– Не передумал? – раздался над ухом голос Шамиля.

– Оружие дай.

– Зачем тебе? В кого стрелять будешь?

– В себя. Если что… – Тайсон хотел продолжить, но ладонь уже ощутила холодную и знакомую тяжесть пистолета ТТ. – Спасибо!

– Не промахнись, – посоветовал Шамиль. – И не отставай!

Автоматчики уже один за другим покидали крепость.

…Привал сделали только под утро.

Честно говоря, Тайсон к этому моменту уже не раз проклял себя за то, что не остался на базе. Вверх, вниз, снова вверх, в сторону – горные тропы петляли во тьме кромешной, сменяя одна другую, и казалось, что никогда не будет конца этому изнурительному марш-броску. Он уже достаточно давно не развлекался подобным образом – пожалуй, со времен учебного лагеря французского Иностранного легиона в Обани.

Да, не те уже годы. И здоровье не то…