Никита Ерёмин – Мир двух Солнц (страница 5)

К 2342 году биоинженерами были впервые вшиты импланты в головной мозг, позволяющие задействовать его на 95 процентов, к 2345 году были разработаны импланты, позволяющие модифицировать тело (фактически это был прорыв и человечество круто сменило направление развития), люди стали сильнее, выносливее, даже появились бои людей с роботами на ринге, появилась возможность колонизировать планеты, ранее недоступные из-за повышенной силы притяжения. Но все равно, оставалась необходимость в мгновенных перемещениях сквозь пространство и время, сквозь многие сотни тысяч световых лет. И к 2350 наша группа, под моим командованием, наконец смогла разгадать тайну пространственно-временных перемещений. В 2351 году была построена машина, позволяющая перемещаться сквозь пространства, тестовые перемещения на неживых предметах и в дальнейшем на мелких животных прошли в штатном режиме (одна из колоний, оборудованная точкой перемещения получала необходимые грузы уже полгода). На 1 ноября 2351 года были назначены испытания по перемещению людей. За день до этого я пришел проверить оборудование, потому что считал, что моя жизнь зависит от этого, и оказался здесь.

– Ты оказался чертовым прорицателем, раз знал о том, что твоя жизнь от этого зависит!

– Да блин, не то слово… знал бы наверняка, сбежал бы куда-нибудь на необитаемый остров и ел бы кокосы и бананы оставшуюся жизнь.

– Да ладно, все не так уж и плохо, как кажется на первый взгляд, все гораздо хуже!

– Ладно, пора ускориться, а то наноботы уже бьют тревогу из-за падающего процента кислорода в крови. Блин, ни черта не видно, как же тут двигаться!

Я встал, на ощупь добрался до ближайшей стены и медленными, осторожными шажками поплелся вдоль. Прошло не меньше часа, прежде чем я услышал Шизу вновь:

– А знаешь, наверное, я могу помочь тебе с твоими имплантами.

– Интересно, и какого фига ты молчал раньше? Хотел посмотреть, как я мучаюсь в полной темноте?

– Тебе честно сказать или чтоб не обиделся?

– Ну, про честность я уже понял, так что можешь промолчать. Кстати, ты обещал взамен рассказать, что это за место.

– Лучше заткнись и дай подумать, как осуществить задуманную помощь.

– Давай, думай в темпе вальса, а то содержание кислорода в крови уже почти критическое и, если в ближайшие полчаса мы не выберемся из этого тоннеля, то останемся тут навсегда!

– Не отвлекай, дай сосредоточиться.

Спустя 5 минут…

– Не могу сосредоточиться, пока не узнаю, что такое вальс!

– Вот ты ж блин, связался с дурачком. Ты откуда такой свалился мне в голову то? Вальс – это такой танец, ритм там быстрый, вот и говорят «в темпе вальса», когда хотят поторопить…

– Ладно, уговорил, принимай работу.

По телу пробежала волна, как будто статическое электричество накопилось на поверхности кожи, и я почувствовал, как импланты начали врубаться один за другим и посыпались уведомления от мыслеинтерфейса: «Ночное зрение включено. Ориентировочное время адаптации мозга 5 минут. Содержание кислорода в крови критическое, 58 мм ртутного столба. Производится перевод наноботов на выработку кислорода, ориентировочное время восстановления кислорода: 2 минуты».

– Все-таки сколько не пытался изучить людей, все никак не получалось, слишком много ваших видов расплодилось в мирах. Но, судя по всему, самый интересный экземпляр мне попался сегодня.

– Подожди, ты сказал «мирах»?

– Ну да, во вселенной бесконечное число миров. Все они соединены кромкой, как это выразиться попроще, нитью такой что ли. По ней (при некоторой сноровке и большом желании) можно перемещаться между мирами, но это опасно, потому что может затянуть за «полог», туда, где миры слишком отличны от этих. Доминионы демонов жаждут прорвать «полог» и устроить геноцид целым мирам.

Глава 4

От рассказа Шизы меня оторвали проблески в глазах, наверное, прошли отведенные на адаптацию зрения 5 минут, и я увидел коридор. Да, это помещение больше походило на коридор, потому что стены были достаточно ровные, но главное, ровным был и потолок. Я сразу насторожился, потому что было странно, какого хрена во всеми забытом месте находится рукотворный проход, да еще и прямой как стрела и с постоянным уклоном вниз.

– Шиза, мать твою, и чего ты молчишь? Или решил быстренько ослепнуть и притвориться немым? Какие мысли по поводу тоннеля?

– А мне почем знать, иди вперед и узнаем, все равно назад дороги нет.

– Шибко умный ты что-то, тяжело нам будет сработаться.

И я пошел, ведь реально, делать то было больше нечего. Идти пришлось долго, я уже начал подозревать, что этот коридор никогда не закончится. Но затем вдалеке начало светлеть, судя по показаниям глазных имплантов (сначала по отчету мыслеинтерфейса ночное зрение было задействовано на 95 процентов, через пару шагов – на 94 процента и так далее). И правда, буквально за несколько минут стало существенно светлее, проем начал расширяться, и вдалеке я заметил конец тоннеля.

– О, наконец куда-то дошли, а то как-то скучно трястись в тишине.

– Вообще-то ты обещал рассказать про задницу, в которую мы влипли. Мог бы и воспользоваться моментом.

– А, точно, память девичья, счас как расскажу…

– Поздно, теперь уже отвлекаешь, нам бы разобраться с тем, куда пришли.

Пока мы препирались, я успел добраться до конца тоннеля и аккуратно выглянуть из-за угла

– Сказать, что я удивлен, – прошипел Шиза, - это промолчать… удивлению моему нет предела, границы придумали «павшие», – выплюнул он.

А я, подняв челюсть с пола, вышел на балкон, с которого открывался поистине грандиозный вид: это была подземная пещера размером буквально километра 3 в поперечнике, может даже ближе к четырем. Высота пещеры была навскидку метров 500, и все пространство было залито немного мутноватым зеленоватым светом. Складывалось ощущение, что ты находишься под водой в болотине, но все же видимости хватало, чтобы увидеть противоположные стены. Балкон находился на высоте примерно трехсот метров над поверхностью пещеры, и с такой высоты были хорошо различимы множество строений снизу. В центре пещеры находилось высокое здание, шпилем касающееся потолка. Основание этого здания было похоже на равнобедренный шестиугольник.

– Нам пора отсюда валить, и как можно скорее, а то тебя вынесут отсюда вперед ногами, а меня просто прикончат, хотя нет, тебя не будут выносить никуда, тут сожрут, ну или может в ритуале каком-нибудь зарежут, а потом сожрут, – все причитал Шиза.

И тут мне отчетливо захотелось сделать пару шагов назад, причем мое желание здесь играло далеко не первую роль.

– А что это ты такой нервный сразу стал, ну-ка рассказывай, что за место такое, а я пока посижу на краю вот за тем валуном и понаблюдаю, что к чему тут у них.

– Это Зиккурат, причем по зеленоватому свечению могу сказать точно, тут поклоняются вовсе не богу Любви или Земледелия, а по шестиугольному строению в центре могу сказать, кому именно тут поклоняются.

– Хм… интересно, откуда ты такой образованный?

– Много книжек умных читал в свое время.

– Ладно, давай рассказывай уже, не томи. Я, кстати, пока не наблюдаю движения в поселении.

– В общем, тут и рассказывать то нечего, это демонопоклонники, причем поклоняются не абы кому, а самому Эрртруару – одному из высших демонов-воителей, под его началом стоят 40 легионов нежити и падших в собственном доминионе войны. Он постоянно пытается прорвать вуаль, и, судя по тому, что в этом мире стоит такой храм, это ему удастся очень скоро. Два-три таких храма, пару тысяч подношений в виде молоденьких девственниц и пару сотен тысяч почитателей – и весь доминион прибежит в этот мир устраивать грандиозный праздник мяса и крови. Короче, поползли отсюда, пока нас в девственницы не записали.

– Да подожди ты, не паникуй так, а то я реально подумаю, что ты девочка и боишься потерять невинность на первом балу.

– Ты за словами следи, мясо ходячее!

Тут меня что-то подкосило, и я сполз на пол. В глазах потемнело и мыслеинтерфейс выдал несколько сообщений: «критическая ошибка в импланте «ночное зрение», имплант «ночное зрение» отключен, критическая ошибка в колонии наноботов, наноботы деактивированы, содержание кислорода в крови 70 мм ртутного столба».

– Шиза, ты что сделал, упырь ты невидимый?

В ответ мне прозвучала тишина, прям резанула по ушам. Кое-как встав, я почувствовал головокружение, и меня всего качнуло как после литра хорошего вискаря, кстати, очень уж хотелось глотнуть обжигающего пойла и почувствовать, как воспаленный мозг становится на место. Понаблюдав еще пару минут и убедившись, что никого не видно, я начал осматривать балкон на предмет лестницы или чего-то похожего. Лестница оказалась справа от меня, правда лестницей ее было тяжело назвать – просто вбитые в отвесную стену железные крючья на расстоянии 40 сантиметров друг от друга шли вертикально вниз, на сколько хватало обычного зрения. А на мое удивление, видимость не упала до нуля, на расстоянии 20 метров было все видно, а на 40-50 можно было разглядеть силуэты камней, наваленных на балконе.

– Шиза, ты здесь? – позвал я.

Получив в ответ тишину, я принял решение спуститься вниз и осмотреться. Первые 30 ступеней дались легко, даже содержание кислорода в крови не изменилось. После пяти минут спуска мне начало надоедать, а где-то на 10 минуте спуска наконец случилось то, чего я боялся больше всего: вбитый в щель крюк под правой ногой вылетел и с громким звяканьем полетел вниз, на дно пещеры, упав спустя секунд 5, он оповестил, что спускаться осталось всего 100 метров. Оставшееся расстояние я преодолел почти без проблем, не учитывая катастрофически падающий кислород в крови, что почти привело к потере сознания, но каким-то чудом за 10 метров до дна пещеры появился свежий ветерок, и я начал приходить в себя. Спустившись и отбежав к ближайшему строению, я прислонился спиной к прохладной стене и начал отдавать команды мыслеинтерфейсу на диагностику состояния организма, а сам периодически оглядывался, чтобы не пропустить появления хозяев. Но никто не спешил, хоть спуск и получился чересчур фееричный.