Nikita Danilov – Чужое завтра (страница 9)

– Которому вы расскажете про две жизни одного человека?

– Которому сообщим наблюдаемые признаки.

Виктор видел, как протокол уже строит будущую задержку. Если авария произойдёт быстро, они потратят время на формулировки, согласие и поиск человека, не вовлечённого в контакт. Но противоположный порядок он уже видел у Севера: сначала полезное решение, потом проверка цены.

Второй пункт отделял место от похожего места. Третий запрещал считать человека опознанным по одежде, положению тела или чужой эмоциональной реакции. Четвёртый требовал минимум двух независимых совпадений, не полученных из одного файла или воспоминания.

Пятый оказался труднее.

– Предположим, мы нашли перекрёсток, сказала Ася. – Можно проверить светофор без упоминания аварии. Обычная заявка на диагностику.

– Это уже вмешательство, сказал Виктор.

– Конечно. Мы ради него собрались.

– Но тогда событие может измениться.

– Хорошо.

– И мы не узнаем, было ли воспоминание точным.

Дарья посмотрела на него поверх очков.

– Что важнее?

Он хотел сказать, что вопрос поставлен неправильно. Если они не узнают точность, следующий фрагмент не поможет никому. Если узнают ценой травмы, знание будет бесполезным. Оба ответа существовали только вместе.

– Предотвращение проверяемого риска, сказал Виктор. – Но вмешательство должно быть минимальным и обычным.

Так записали: если опасность можно снизить стандартной процедурой, не раскрывать источник и не создавать исключительных действий.

Ася добавила шестой пункт: ничего не публиковать, не передавать журналистам и не собирать персональные данные возможных участников до события.

– Марк обидится, сказал Виктор.

– Марк обидится после того, как прочитает чужую переписку, которую мы ему не показывали.

Седьмой пункт запрещал использовать Соню, Нину и других близких как проверочный материал без их прямого согласия.

Виктор перечитал строку.

– Почему Нина отдельно?

– Потому что Север тоже любит решать, какой риск полезный, сказала Ася. – И потому что она единственная на его стороне, кто знает достаточно, чтобы сказать нет.

Дарья предложила отправить формулировку Северу при следующем плановом сеансе. Не весь документ, только последовательность из семи коротких условий. Виктор сразу представил, как упаковать их в образы: фонарик, два стула, карта, две фотографии, гаечный ключ, закрытая камера, пустая чашка.

– Ты уже переводишь, сказала Дарья.

– Нам понадобится.

– Сначала закончим на нашем языке.

К полудню четыре точки сократились до двух. На одном перекрёстке аптека сменила вывеску неделю назад, но старые фотографии всё ещё показывали табло. На другом белые маршрутки проходили каждые шесть минут, а трамвай поворачивал так, что удар мог развернуть машину к бордюру.

Ася не открывала записи камер и не искала водителей. Вместо этого создала две обычные заявки на проверку фаз светофора от имени жителей района. Перед отправкой повернула ноутбук к Виктору.

– Минимальное вмешательство. Без аварии, даты и людей.

– С двух разных адресов это выглядит как организованная жалоба.

– Тогда одну.

– Почему именно туда?

– Потому что на втором месте есть жалобы за прошлый месяц.

Она показала открытый городской форум. Три человека писали, что сигнал для машин иногда включается раньше пешеходного. Ни трамвая, ни маршрутки в сообщениях не было.

Дарья прочитала жалобы и сказала:

– Это независимое основание.

Виктор нажал отправить.

Заявка получила номер 614.

Никто не прокомментировал число. Поезд с таким номером существовал в их старых записях, но совпадение не добавляло заявке достоверности. Ася закрыла страницу и внесла номер в протокол как обычный административный идентификатор.

– Теперь ждём ответ службы, сказала она.

– И проверяем второе место.

– По открытым данным. Да.

Виктор хотел предложить пройти мимо пешком. Не наблюдать специально, просто совместить дорогу до студии с маршрутом. Фраза была готова и звучала разумно. Он не произнёс её.

После обеда Дарья забрала бумажный протокол к себе. Электронная копия осталась у Аси без имён Сони и Нины. Виктор получил только фотографию первой страницы.

– Почему оригинал у тебя? – спросил он.

– Потому что у тебя семь журналов.

– Это не ответ.

– Потому что ты сегодня спал четыре часа и уже отправил одну заявку о событии, которого здесь не было.

– Совместно отправил.

– Оригинал всё равно у меня.

Они не спорили дальше. Виктор понимал её решение и раздражался именно поэтому.

Соня приехала в студию около трёх. Дарья должна была вернуться в клинику, а художественное занятие отменили из-за заболевшего преподавателя. Соня вошла с тубусом для рисунков и сразу заметила карту на большом экране.

– Вы опять искали место?

– Проверяли транспортные схемы, сказал Виктор.

– Это называется искать место.

Ася свернула окно с картой.

– Мы закончили.

– Тогда почему точки остались?

– Чтобы помнить, что именно закончили.

Соня поставила тубус у стены. На прозрачном пластике была наклейка с нарисованным трамваем.

Виктор спросил:

– У вас из студии какой автобус идёт к старому рынку?

Соня посмотрела сначала на него, потом на погасший экран.

– Ты спрашиваешь меня или проверяешь карту?