Nikita Danilov – Чужое завтра (страница 17)
– Это считается копией.
– Считается сохранением исходного состояния.
– В протоколе написано не копировать целиком.
Ася посмотрела на лист с галочками. Ограничение относилось к содержимому устройств Виктора. Образ собственного ноутбука формально под него не попадал.
– Я скопировала свой диск.
– На нём наша переписка.
– Зашифрованная.
– Это не меняет факта.
– Хорошо. Я нарушила смысл ограничения, не формулировку.
– Удалишь?
Ася посмотрела на внешний диск. Если удалить образ сейчас, они потеряют единственную возможность проверить, изменится ли ранний запрос. Если оставить, она сохранит чужие сообщения после прямой просьбы этого не делать.
– Сначала получу согласие всех, чьи данные там есть.
– Ты уже получила мои устройства.
– И не копировала их.
– А моё сообщение скопировала со своего.
– Да.
В соседней комнате открылась дверь. Антон прошёл на кухню, щурясь от света, и достал воду из холодильника.
– Ты опять расследуешь до завтрака?
– Уже после обеда.
Он посмотрел на коробку лапши.
– Это вчерашняя.
Ася закрыла микрофон ладонью.
– Не трогай ноутбук.
– Я пришёл за водой.
– И провод купи.
– Ты обещала.
– Теперь обещаешь ты.
Антон ушёл, забрав коробку с лапшой. Виктор ждал на линии.
– Кто был?
– Человек, который хранит зарядку в коридоре и поэтому может подтвердить, что ноутбук ночью стоял на столе.
– Он помнит утро двадцатого?
– Нет. Но роутер помнит.
– Ты сейчас доверяешь роутеру больше брату?
– Роутер хотя бы не путает дни недели.
– Файл умеет врать лучше человека.
Ася улыбнулась. Собственную фразу в его исполнении она не любила.
– Именно поэтому нужны группы файлов, сказала она.
Она попросила Виктора не приезжать и не открывать приложение погоды до вечера. Дарье отправила короткое сообщение с медицински нейтральной формулировкой: обнаружены две версии цифрового контекста, новых симптомов у Виктора нет.
Потом составила список людей, чьи сообщения могли попасть в образ диска. Виктор, Дарья, Марк, Антон, Оля и трое клиентов. У клиентов согласие получить было невозможно без раскрытия служебной информации. Значит, образ нельзя хранить целиком.
Ася создала второй носитель и скопировала только системные журналы, историю браузера и кэш погоды. Перед копированием исключила переписки и документы. Первый образ пока не удаляла. Записала время и причину задержки удаления на бумаге.
Антон вернулся через сорок минут с новым удлинителем и двумя стаканами кофе.
– Ты просила провод.
– Я просила зарядку.
– Ты сказала “провод купи”.
– Этот тоже нужен.
Он положил чек рядом с ноутбуком. В строке времени стояло 15:26, хотя часы показывали 15:11.
– У них касса спешит, сказал Антон.
Ася взяла чек.
– На пятнадцать минут?
– Я не проверял. Нормальные люди используют чеки, чтобы вернуть товар, а не установить ход времени.
Она сфотографировала чек рядом с механическими кухонными часами, затем остановилась. Удлинитель не имел отношения к расследованию. Ошибка кассы могла быть обычной. Если сохранять каждое расхождение, группа возникнет неизбежно.
Ася удалила фотографию.
– Спасибо, сказала она.
Антон насторожился.
– За провод?
– За то, что сходил.
– Ты заболела?
– Не мешай редкому явлению.
Ася попросила его остаться на кухне ещё на десять минут.
– Мне нужен свидетель.
– Я только что был ненормальным человеком с чеком.
– Должность временная.
Она достала из шкафа старый ноутбук, который Антон использовал до ухода из университета. Аккумулятор давно не держал заряд, корпус возле петли был заклеен серебристой лентой. Ася включила его через новый удлинитель, создала чистую учётную запись и установила ту же версию браузера.
Сначала проверили предзагрузку. Ася набрала где маршрут, остановилась до номера и закрыла вкладку. Браузер сохранил варианты подсказок в отдельном файле, но в историю запрос не попал. Время создания совпало с нажатием первой клавиши.
Затем она ввела полный запрос, отключила питание до загрузки страницы и снова включила ноутбук. История появилась только после восстановления вкладки. В журнале стояло новое время, не момент начала набора.