Никита Борисов – От заката до заката (страница 18)

Серебряная цепь рассекла воздух, обвиваясь вокруг шеи оборотня, как металлическая змея. Горец дёрнул — и тварь с хрипом рухнула на колени. Катана в его другой руке сверкнула, завершая движение. Голова оборотня покатилась по полу кухни, оставляя за собой чёрную дорожку.

— Ещё трое, — спокойно заметил Горец, словно считал яблоки на рынке, а не обезглавленных монстров.

Сет и Джесс застыли в дверях, глядя, как пожилой азиат танцует свой смертельный танец с тварями. Его движения были отточены столетиями практики — плавные, экономные, смертоносные.

— Уходите, — сказал Горец, не оборачиваясь, уклоняясь от когтистой лапы и одновременно разрубая её катаной. — Я задержу их.

— Мы не можем тебя здесь оставить! — крикнула Джесс, сжимая свой распылитель.

Горец наконец повернулся к ним — на мгновение, но этого хватило, чтобы увидеть в его глазах странное спокойствие.

— Я прожил много жизней, — сказал он, перерубая очередную тварь пополам. — Слишком много. Смерть давно ходит за мной по пятам. Сегодня я, возможно, позволю ей меня найти.

Серебряная цепь в его руке двигалась так быстро, что казалась размытым серебристым облаком.

— А вам ещё жить и жить, — добавил он, пронзая катаной глаз оборотня. — Этот мир ещё не закончил с вами. И вы с ним.

Сет колебался, его рука всё ещё сжимала пилу. Очередной оборотень бросился на Горца, но тот встретил его комбинацией ударов — цепь обвила ноги твари, катана срезала когти с правой лапы, а затем вошла точно в сердце.

— Спасибо, старик, — наконец сказал Сет. — Знаешь, я слышал, что в конце должен остаться только один. Буду ждать нашей встречи, чтобы сразиться на мечах.

Несмотря на ситуацию, в его голосе звучала искренняя благодарность, замаскированная привычной дерзостью.

Горец усмехнулся, сбрасывая с катаны чёрную кровь.

— Непременно, Сет Гекко. Непременно.

— Пошли! — Джесс схватила Сета за руку. — Они нас ждут!

С последним взглядом на Горца они выскочили в коридор, ведущий к выходу. За их спинами звуки битвы нарастали — рычание, визг, звон металла о кости.

Горец остался один на один с волной оборотней, хлынувших в кухню. Он вращался среди них, как вихрь из серебра и стали. Одна тварь пала, вторая, третья... Но их было слишком много. Когти задели его бок, вырывая кусок плоти. Он даже не поморщился, отвечая ударом катаны, разрубившим оборотня от плеча до пояса.

Бросив быстрый взгляд на дверь, через которую скрылись Сет и Джесс, он убедился, что они ушли. Только теперь он позволил себе улыбнуться.

— Я жил много лет, — прошептал он, когда кольцо оборотней сужалось вокруг него. — Любил женщин, которые давно стали пылью. Я сражался с демонами в храмах Тибета и с вампирами в катакомбах Рима.

Его катана описала сверкающую дугу, срезая лапы двум оборотням одновременно.

— Я видел достаточно, — продолжал он. — И если сегодня мой последний день... что ж... это будет хороший день для смерти.

Огромный оборотень, похожий на медведя, врезался в него, повалив на пол. Горец вонзил катану ему в глотку, но другие твари накинулись на него, раздирая его тело когтями.

Чувствуя, как жизнь покидает его, Горец опустился на колени, сложив руки в молитвенном жесте.

— Прости мои грехи, — прошептал он на языке, мёртвом уже тысячу лет. — Они многочисленны и тяжки. Но я всегда сражался со тьмой.

Последнее, что он увидел, были оскаленные пасти, смыкающиеся вокруг него, как кольца ада. Но на его лице была улыбка. Ведь смерть была старой знакомой, которую он, наконец, решил обнять.

***

Восточный край неба окрасился в розовый, когда Сет и Джесс выбежали на улицу, где их ждали Рокси, Лиза и Эмма. Все пятеро, задыхаясь, остановились на парковке перед баром.

— Где Горец? — спросила Рокси, оглядываясь.

Сет и Джесс переглянулись.

— Он... не выбрался, — тихо сказала Джесс.

Лиза прижала Эмму ближе к себе, закрывая ей уши.

— Он умер, чтобы мы могли жить, — добавила Джесс, вытирая слезу.

Сет молча смотрел на восток, где горизонт светлел с каждой секундой. Его лицо, покрытое кровью и пылью, было напряжено, но глаза оставались сухими.

— Это конец? — спросила Рокси, глядя на рассвет. — Теперь, когда солнце встаёт?

Словно отвечая на её вопрос, тени у входа в бар зашевелились. Из темноты вышли оборотни — медленно, осторожно. Но что-то происходило с ними. Их тела корчились, шерсть втягивалась в кожу, морды трансформировались, возвращая им человеческий облик.

— Смотрите! — воскликнула Эмма, указывая на них. — Они становятся людьми!

Один из оборотней, более нетерпеливый, чем остальные, бросился вперёд, на залитую солнцем парковку. С первыми лучами его кожа задымилась, а затем вспыхнула, как сухая бумага. С воплем, который начался как рычание и закончился человеческим криком, он рухнул на асфальт, превращаясь в пепел.

Остальные отпрянули назад, в тень здания.

— Выходит, эти твари — что-то среднее между оборотнями и вампирами, — заметил Сет, наблюдая за этим превращением. — Интересное сочетание. Как плохой секс после хорошей выпивки — в итоге получаешь худшее из обоих миров.

Джесс фыркнула, но её смех быстро оборвался. Из бара выходило нечто, заставившее её похолодеть.

Огромная фигура — оборотень, но вдвое больше тех, с которыми они сражались раньше. Массивные плечи, покрытые серебристо-чёрной шерстью, морда, больше похожая на волчью, чем на собачью, и глаза — не жёлтые, как у других, а кроваво-красные.

— Ох, чёрт, — прошептал Сет. — Кажется, мы оскорбили маму-медведя.

Рокси побледнела:

— Это же... Боже, сейчас вспомню... В старом фильме «Лунные волки» было про иерархию в стае. Альфа и Омега... Мы, наверное, убили Омегу, низшего в стае. А это...

— Альфа, — закончила Джесс. — И она выглядит не очень довольной.

Альфа-оборотень замер на границе тени, её красные глаза фиксировали каждое их движение. Она запрокинула голову и издала вой, от которого кровь стыла в жилах.

— Плюс ко всему, — тихо добавила Лиза, — кажется, мы поубивали кучу её детишек.

— Ненавижу, когда родительское собрание заканчивается кровопролитием, — пробормотал Сет, оглядываясь в поисках пути к бегству.

Альфа-оборотень сделала шаг вперёд, оставаясь в тени, но ясно демонстрируя своё намерение преследовать их, как только солнце уйдёт или она найдёт тенистый путь.

— Бегом к машинам! — крикнул Сет, подталкивая Лизу и Эмму к стоянке.

Они бросились бежать, петляя между автомобилями. Но Альфа решила не ждать. С рёвом, который казался невозможным для живого существа, она ринулась вперёд, используя тени от машин как защиту. Её лапы, размером с тарелки, отбрасывали автомобили в стороны, как детские игрушки.

— Боже! — закричала Рокси, уворачиваясь от летящего багажника. — Она сильнее, чем я...

Её слова оборвались, когда мотоцикл, брошенный Альфой, врезался прямо в неё, сбивая с ног. Рокси отлетела на несколько метров и рухнула на асфальт, неестественно выгнувшись.

— Рокси! — Джесс бросилась к ней, но Сет перехватил её.

— Она мертва, — жёстко сказал он. — И мы тоже будем, если не выберемся отсюда.

Джесс уставилась на него, её глаза наполнились слезами:

— Нельзя её так оставить! Это неправильно!

— Знаешь, что ещё неправильно? — огрызнулся Сет. — Когда девочка остаётся сиротой, потому что мы остановились оплакивать мёртвых, вместо того чтобы спасать живых!

Джесс замерла, а затем кивнула, вытирая слёзы.

— Смотрите! — внезапно воскликнула Эмма, указывая на Альфу. — Она дымится!

И действительно, в местах, где лучи солнца касались шерсти Альфы, поднимались тонкие струйки дыма. Оборотень рычал от боли, но не отступал.

— Она как в том комиксе про вампиров! — продолжала Эмма, её глаза расширились от осознания. — «Клыки полуночи», выпуск двенадцатый! Там был главный вампир, который мог выходить на солнце, но ненадолго. Оно не сжигало его моментально, как других!

Сет уставился на девочку с новым уважением:

— Чертовски умная мелкая леди, — сказал он. — Джесс, думаешь о том же, о чём и я?

Джесс кивнула: