Никита Борисов – Дневники безработного (страница 20)

В десять часов на пляже собралась группа из шести человек — две молодые пары из Токио, пожилой американец и его внучка-подросток. Все они с любопытством разглядывали доски для серфинга и переговаривались, нервно посмеиваясь. По их одежде и манерам Хироши легко определил городских жителей – такой же, каким он сам был всего несколько месяцев назад. В их глазах читалась смесь предвкушения и страха, что было более чем знакомо Хироши.

Сегодня друзья решили поработать вместе. Кейта представил им Хироши как своего помощника и опытного серфера, что вызвало у того смешанные чувства — гордость и лёгкую панику. "Опытный серфер" — это сильно сказано после всего нескольких месяцев занятий и нескольких небольших собственных групп. Но затем Хироши поймал взгляд Кейты – твёрдый, уверенный, говорящий: "Я верю в тебя". И это придало ему уверенности.

— Хироши будет работать с вами на суше, объясняя основы, — сказал Кейта группе. — Затем мы перейдём к практике в воде.

Когда Кейта отошёл, чтобы принести дополнительное снаряжение, Хироши остался один перед шестью парами ожидающих глаз. Он почувствовал мимолётный приступ ностальгии, напоминающий о презентациях в "Сакура Технолоджи", но быстро их отогнал, глубоко вдохнув солёный воздух. Это было другое. Здесь не было места для фальши или корпоративных игр. Только океан, доски и люди, желающие научиться чему-то новому.

— Итак, — начал он, совершено спокойным голосом, — прежде чем мы даже коснёмся воды, я хочу рассказать вам самую важную вещь о серфинге. — Он сделал паузу, глядя каждому в глаза. — Вы будете падать. Много. Очень много. И это нормально.

Группа нервно засмеялась, немного расслабившись. Он заметил, как одна из женщин, очевидно напряжённая до этого, слегка опустила плечи.

— Мой учитель, — Хироши кивнул в сторону Кейты, — говорит, что серфинг — это не только спорт, но и философия. Я понял, что он имел в виду, только когда начал заниматься сам. Серфинг учит нас самым важным жизненным урокам: как держать равновесие в постоянно меняющихся условиях, как падать без страха и подниматься снова, как работать в гармонии с силами, которые намного больше нас.

Хироши заметил, как изменились лица слушателей — исчезла нервозность, появился искренний интерес. Особенно внимательно слушал пожилой американец, кивая в такт словам Хироши, время от времени переводя их своей внучке, которая, хотя и понимала японский, явно предпочитала английский.

— Сегодня мы начнем с самых основ. Я покажу вам, как правильно лежать на доске, как грести, как вставать. Но прежде чем мы приступим, у кого-нибудь есть вопросы?

Руку поднял один из молодых мужчин, явно нервничая. Он был типичным офисным работником – слегка сутулые плечи, начинающее формироваться брюшко, взгляд человека, который большую часть дня смотрит в экран компьютера.

— А что, если я не смогу? В смысле, я не очень спортивный...

Хироши улыбнулся, вспомнив себя несколько месяцев назад — бледного офисного работника с такими же сомнениями. Он подошёл ближе к мужчине, отметив бледность его кожи, которая, несомненно, к концу дня приобретёт неприятный красноватый оттенок, несмотря на защитный крем.

— Когда я впервые пришел сюда, — сказал он, — я не мог даже проплыть сто метров без отдыха. Моё тело было ослаблено годами сидения в офисе. — Он развел руками, демонстрируя свою подтянутую фигуру, которая за эти месяцы приобрела мускулистость и гибкость, совершенно несвойственные офисному работнику. — Как видите, многое изменилось. Не беспокойтесь о физической форме. Она придет. Важнее ваше желание и готовность учиться.

Он видел по глазам мужчины, что его слова нашли отклик. Возможно, этот человек тоже находился на каком-то перепутье, ощущая потребность в переменах, но не зная, с чего начать.

— Кроме того, — добавил Хироши с улыбкой, — в серфинге есть удивительное свойство: ты настолько поглощён процессом, настолько сконцентрирован на волне и своём балансе, что забываешь о своих ограничениях. Ты просто... плывёшь.

Следующий час Хироши провел, показывая группе базовые положения тела на доске, технику гребли и то, как вставать на ноги. Он вспоминал как в самом начале был удивлен, насколько естественно ему давалось преподавание. Все те презентации и совещания в корпоративном мире, которые раньше казались пустой тратой времени, теперь оказались полезным опытом — он умел удерживать внимание аудитории, объяснять сложные вещи простыми словами, находить индивидуальный подход к каждому.

Он заметил, что пожилой американец, несмотря на свой возраст, был на удивление гибким и внимательным учеником. Позже он узнал, что Майкл – так звали американца – в молодости занимался горными лыжами, и тот баланс, который он развил на снежных склонах, оказался полезным и для серфинга.

Одна из молодых женщин, Нацуми, оказалась бывшей гимнасткой, и её природная грация делала её движения на доске элегантными даже на суше. Её муж, тот самый офисный работник, по имени Тоши, был менее координирован, но компенсировал это энтузиазмом и готовностью следовать каждой инструкции с предельной точностью.

Вторая пара, Харука и Кен, были более расслабленными, подходя к обучению с лёгкой иронией и юмором. Они часто смеялись над своими ошибками, что создавало приятную, непринуждённую атмосферу в группе.

Но больше всего внимания Хироши уделял внучке американца, Эмили. Девочка-подросток была замкнутой и неуверенной, избегала смотреть в глаза и говорила так тихо, что Хироши приходилось наклоняться, чтобы услышать. В её движениях была скованность, не связанная с физическими ограничениями, а скорее с глубокой неуверенностью в себе.

Хироши, вспоминая собственную застенчивость в подростковом возрасте, нашёл особый подход к Эмили. Вместо того чтобы привлекать к ней внимание группы, он давал ей индивидуальные инструкции, спокойно и терпеливо, не требуя немедленных результатов. Он заметил, как постепенно она начала раскрываться – её движения становились более уверенными, а голос – чуть громче.

Когда они наконец вышли в воду, Хироши почувствовал новый прилив энтузиазма. Наблюдать, как его ученики делают первые попытки, поддерживать их, видеть их радость от первых успехов — всё это давало ему ощущение осмысленности, которого он никогда не испытывал в прежней работе.

Океан в этот день был милостив к новичкам – волны были достаточно большими, чтобы на них можно было встать, но не настолько сильными, чтобы вызывать страх. Вода, прогретая утренним солнцем, была комфортной температуры, а лёгкий бриз освежал разгорячённые лица учеников.

Хироши работал с каждым, помогая выбрать подходящую волну, подсказывая момент, когда нужно начать грести, поддерживая доску в критический момент вставания. Он видел, как Нацуми, благодаря своей гимнастической подготовке, первой из группы уверенно встала на доске и проскользила несколько метров. Её восторженный крик и поднятые в победном жесте руки вызвали аплодисменты остальных учеников.

Тоши потребовалось больше попыток, но его упорство было вознаграждено – на седьмой или восьмой раз он смог подняться и продержаться на доске достаточно долго, чтобы волна донесла его до берега. Его лицо светилось от гордости, когда он выходил из воды, и Хироши заметил, как изменилась его осанка – плечи расправились, походка стала увереннее. В этот момент он был не просто офисным работником, а человеком, покорившим волну.

Харука и Кен, несмотря на свой непринуждённый подход, тоже делали успехи. Они соревновались друг с другом, кто дольше продержится на доске, превращая обучение в игру, которая, тем не менее, давала хорошие результаты.

Майкл, как и ожидалось, быстро схватывал основы, его опыт в горных лыжах помогал находить баланс на движущейся доске. Но его внимание было сосредоточено не столько на собственных успехах, сколько на внучке. Он постоянно подбадривал её, фотографировал каждую попытку, даже неудачную, создавая атмосферу поддержки и принятия.

Особенно запомнился момент с Эмили. Когда она впервые встала на доске, пусть всего на несколько секунд, её лицо преобразилось — глаза загорелись, а улыбка осветила всё лицо.

— Я сделала это! — кричала она, когда волна вынесла её на берег. — Дедушка, ты видел? Я стояла!

Видя эту трансформацию, Хироши почувствовал комок в горле. Именно так он сам себя чувствовал после своей первой успешной волны. Это было больше, чем просто спортивное достижение — это было открытие новой части себя, о существовании которой ты даже не подозревал.

Майкл, стоявший рядом с Хироши, тихо произнёс, глядя на внучку: — Я не видел её такой счастливой с тех пор, как... — он запнулся, и Хироши заметил влагу в его глазах, — с тех пор, как мы потеряли её родителей два года назад. Спасибо.

Хироши молча кивнул, не находя слов. Океан, серфинг, это ощущение единения с волной – всё это давало нечто большее, чем просто развлечение или спорт. Это давало исцеление, возвращало радость жизни, помогало вновь почувствовать себя целым.

К концу занятия, когда солнце уже стояло высоко, а группа, уставшая, но счастливая, собралась на берегу, Хироши почувствовал глубокое удовлетворение. Каждый из учеников достиг своего маленького успеха, каждый открыл для себя что-то новое – не только о серфинге, но и о себе.