Никита Борисов – Дневники безработного (страница 16)

Момент разорвал крик Кейты, зовущего всех обратно на линию волн. Мидори отступила на шаг, но её глаза всё ещё удерживали взгляд Хироши чуть дольше, чем требовалось.

— Наперегонки до волн? — предложила она с вызовом в голосе.

— Ты победишь, — улыбнулся Хироши.

— Возможно, — Мидори хитро прищурилась, — но разве не в том красота жизни — пытаться, даже если шансы не в твою пользу?

С этими словами она побежала к волнам, и Хироши последовал за ней, чувствуя странную легкость не только в теле, но и в душе. Что-то менялось между ними — тонкое, почти неуловимое, но определенно реальное. Как первая рябь на воде перед приходом волны.

Глава 13. У костра

Вернувшись к берегу после ночного серфинга, вся компания расположилась вокруг костра, который Такео умело разжег неподалеку от бунгало Хироши. Мокрые волосы, соленая кожа и расслабленные улыбки создавали особую атмосферу единения, которую можно обрести только после совместного покорения волн.

Джин снова взял в руки гитару, высушенную и настроенную заново. Его пальцы мягко перебирали струны, извлекая нежную мелодию, идеально сочетающуюся с шумом прибоя.

— Музыка и океан имеют много общего, — задумчиво произнес он, глядя на языки пламени. — И то, и другое следует ритму, который старше нас самих. Мы можем только настроиться на этот ритм, стать его частью, позволить ему течь через нас...

— Боже, Джин опять за своё, — со смехом прервал его Кейта, но в его голосе звучала теплота. — Дай людям просто насладиться моментом без философских лекций.

— Но ведь он прав, — неожиданно вступилась Мидори, сидевшая напротив Хироши. Свет костра золотил её лицо, делая глаза еще более яркими. — Жизнь — это музыка, которую мы слышим, и волны, на которых мы пытаемся удержаться. Все дело в балансе.

— О нет, теперь их двое, их постоянно надо тормозить. — закатил глаза Кейта, но было заметно, что ему нравится эта дискуссия.

Хироши наблюдал за ними с улыбкой. Свет костра, отражающийся в лицах его новых друзей, создавал ощущение уюта и принадлежности, которое он редко испытывал в своей прежней жизни. Каждый из собравшихся имел свою историю, свой путь, приведший их к этому пляжу, к этому моменту единения.

— Я принесла чай, — объявила Мичи, разливая ароматный напиток из большого термоса. — С мятой и имбирем, чтобы согреться после воды.

— А я кое-что покрепче, — подмигнул Такео, доставая бутылку саке. — Для тех, кому нужно особое согревание.

Разговор потек свободно, перескакивая с одной темы на другую. Хироши узнавал своих друзей глубже, видя их с новых сторон.

Харука, оказывается, была не просто талантливым дизайнером досок для серфинга, но и увлекалась астрономией, указывая на созвездия в ясном ночном небе над ними и рассказывая древние легенды, связанные с ними.

— Видите ту яркую звезду? — она указала на сверкающую точку в небе. — Это Полярная звезда. Веками моряки использовали её, чтобы находить путь домой. Иногда я думаю, что у каждого из нас есть своя Полярная звезда — то, что ведет нас через жизнь, помогает не потеряться.

— Моя Полярная звезда — это определенно рамен в закусочной Такео, — рассмеялся Акира, и все подхватили его смех.

Юки, более спокойная сестра Харуки, открылась Хироши с неожиданной стороны, когда достала из кармана маленький блокнот и показала свои стихи — короткие, но глубокие размышления о жизни у моря.

— "Волны приходят и уходят, унося с собой частицы берега. Так и время уносит частицы нас, оставляя самую суть", — прочитала она тихим голосом, и все замолчали, вслушиваясь в эти простые, но глубокие слова.

— Это прекрасно, Юки, — искренне сказал Хироши. — Я не знал, что ты пишешь.

— Большинство людей не знает, — она застенчиво улыбнулась. — Но здесь, у костра, среди друзей... кажется правильным поделиться.

Джин снова начал играть, на этот раз более ритмичную мелодию, и Мичи неожиданно встала, начав танцевать — плавные, текучие движения, напоминающие движение волн. К ней присоединилась Харука, а затем и остальные, кроме Джина, продолжавшего играть, и Хироши, предпочитавшего наблюдать.

— Не присоединишься? — спросила Мидори, остановившись перед ним и протягивая руку.

— Я... не очень хорошо танцую, — признался Хироши.

— Здесь нет "хорошо" или "плохо", — она улыбнулась. — Есть только движение, только свобода. Как на волне — ты не думаешь о технике, ты просто чувствуешь.

Её слова и протянутая рука были слишком заманчивым приглашением, чтобы отказаться. Хироши поднялся и позволил ей увлечь себя в круг танцующих. Музыка Джина становилась все более энергичной, и вскоре Хироши обнаружил, что движется без смущения, без самоанализа — просто следуя ритму, как он следовал за волнами в океане.

В какой-то момент в кругу танцующих появилась новая девушка — стройная, с короткими волосами, окрашенными в яркий рыжий цвет.

— Акико! — воскликнул Кейта, его лицо просияло. — Ты все-таки пришла!

— Я обещала, разве нет? — ответила девушка с улыбкой, которая, как заметил Хироши, была адресована исключительно Кейте, несмотря на общее приветствие.

— Хироши, познакомься, это Акико, — представил Кейта. — Она недавно переехала в наш городок, открыла маленькую кофейню недалеко от пляжа. Акико, это Хироши, мой новый помощник и друг, бывший токийский офисный планктон, а ныне почти профессиональный серфер.

— Он сильно преувеличивает мои успехи, — улыбнулся Хироши, пожимая руку девушке.

— Он всегда преувеличивает, — засмеялась Акико, но её взгляд снова вернулся к Кейте, и Хироши заметил между ними то неуловимое электричество, которое нельзя подделать или скрыть.

— Акико, ты должна попробовать мою новую доску, — сказал Кейта, слегка краснея под её взглядом. — Я назову её в твою честь. "Акико" — доска с идеальными формами, как и её тёзка.

— Боже, Кейта, это самая банальная попытка флирта, которую я когда-либо слышала, — фыркнула Харука, но в её глазах плясали весёлые искры.

— Может быть, — не смутился Кейта, глядя прямо на Акико, — но это не делает её менее искренней.

Акико покраснела, но не отвела взгляд, и между ними словно пробежала невидимая искра, заметная всем присутствующим.

Джин сменил мелодию на более мягкую, романтическую, и Кейта, не говоря ни слова, протянул руку Акико. Они начали танцевать чуть в стороне от остальных, погруженные в свой собственный мир.

— Давно я не видела Кейту таким счастливым, — тихо сказала Мидори, оказавшаяся рядом с Хироши. — Акико появилась в городе всего месяц назад, но, кажется, именно её он ждал всю жизнь.

— Как они познакомились? — спросил Хироши, завороженный очевидной связью между парой.

— Как и всё в жизни Кейты — через серфинг, — улыбнулась Мидори. — Акико пришла на урок, хотя никогда раньше не стояла на доске. К концу дня она поймала свою первую волну и, кажется, сердце Кейты заодно.

Хироши смотрел, как пара кружится в свете костра, и чувствовал странное тепло внутри. Не зависть, но радость за друга и какое-то предвкушение — словно увидев возможность такого чистого, непосредственного счастья, он понял, что оно существует не только в фильмах или книгах, но и в реальной жизни.

Танцы постепенно сменились более спокойным время препровождением. Все снова расселись вокруг костра, и Джин вернулся к своим мелодичным импровизациям, создавая звуковой фон для разговоров и тишины.

Луна поднялась высоко в небе, освещая океан серебристым светом. Волны набегали на берег ритмичным шепотом, словно море рассказывало свои секреты тем, кто умел слушать.

— В такие моменты я особенно благодарна за свой выбор, — тихо сказала Мидори, сидя рядом с Хироши. — За решение оставить "нормальную" жизнь ради этого, — она обвела рукой пространство вокруг — костер, друзей, океан, звезды.

— Я понимаю, — кивнул Хироши. — Иногда я думаю, что было бы, останься я в Токио. Возможно, уже нашел бы новую работу, вернулся к офисной рутине...

— И был бы счастлив? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.

— Нет, — честно ответил он после паузы. — Я бы выживал, но не жил. Не так, как сейчас.

— "Не так уж важно, как долго мы живем, важно, как полно", — вмешался Акира, услышавший их разговор. — Цитата не моя, но я живу по этому принципу. Можно существовать десятилетиями, проходя через одни и те же движения, как робот. А можно прожить по-настоящему один день, и он будет стоить тысячи других.

— Ну началось, — шутливо простонал Кейта, вернувшийся с Акико и присевший рядом. — Тут собрались самые большие философы побережья.

— А тебе не помешало бы немного философии, Кейта, — поддразнила его Акико, и все заметили, как их руки соприкоснулись и не разъединились.

— Зачем мне философия, когда у меня есть океан? — парировал он. — Он учит всему, что нужно знать: уважению к силам, которые больше тебя, терпению, смирению, моменту идеального баланса между контролем и отпусканием...

— Вот видишь, ты и сам философ, — Мидори толкнула его локтем. — Просто не признаешься.

Все рассмеялись, и разговор потек дальше, обтекая темы жизни и счастья, выбора и судьбы. Никто не спешил уходить, несмотря на поздний час. В этом кругу, освещенном светом костра, под звездным небом и шепот волн, каждый находил что-то, чего не хватало в обычной жизни — искренность, принятие, свободу быть собой.

Хироши оглядел лица своих друзей, освещенные мягким светом огня. Кейта, смеющийся над чем-то, что тихо сказала ему Акико. Харука и Юки, затеявшие дружескую перепалку о лучшем дизайне для новой доски. Акира, делящийся историей о странном клиенте из Силиконовой долины. Такео, подбрасывающий дрова в костер с точностью шеф-повара, добавляющего специи в идеальное блюдо. Джин и Мичи, сидящие рядом, их руки переплетены, как, должно быть, были переплетены их жизни за долгие годы вместе.