Никита Борисов – Дневники безработного (страница 15)

— Без вашей помощи ничего бы не получилось, — искренне сказал Хироши.

— Команда есть команда, — Кейта хлопнул его по плечу. — О, вижу, остальные тоже подтягиваются.

По тропинке от пляжа приближались остальные гости – Такео с огромным контейнером, от которого исходил аромат свежеприготовленных морепродуктов, сёстры Юки и Харука, смеющиеся над чем-то своим, Акира с неизменным ноутбуком под мышкой, Джин и Мичи, держащиеся за руки, как влюблённые подростки, несмотря на свой возраст. И Мидори, чья грациозная фигура, казалось, сливалась с закатным светом, делая её похожей на видение из сна.

— Охайо, друзья! — Хироши широко распахнул руки, встречая их. — Добро пожаловать в мой дом.

Эти слова, простые и искренние, наполнили его неожиданным теплом. Его дом. Место, которое он создал сам, для себя и для своих друзей.

Вечер начался с тостов и восхищённых возгласов, когда гости осматривали бунгало. Все находили детали, к которым приложили руку – полку, которую помог собрать Джин, занавески, которые сшила Мичи, светильник, который украсила Мидори.

— Это настоящий общий проект, — сказала Харука, оглядываясь вокруг. — Частичка каждого из нас.

— И больше всего – частичка самого Хироши, — добавила Мидори с мягкой улыбкой. — Этот дом так похож на тебя – простой, но с глубиной, открытый океану и небу.

Хироши почувствовал, как теплеют его щёки от этих слов. За последние месяцы они с Мидори сблизились, проводя много времени вместе за работой над бунгало. Она учила его видеть красоту в простых вещах, находить гармонию в сочетании цветов и текстур. А он, сам того не осознавая, учил её быть более практичной, находить функциональные решения для эстетических задач. Их отношения развивались медленно, естественно, без давления или ожиданий – как раз так, как нравилось им обоим.

Вскоре веранда наполнилась звуками разговоров и смеха. Такео развернул своё угощение – свежие устрицы, креветки на гриле, рыба, маринованная по особому рецепту. Джин достал гитару и начал настраивать её, тихонько наигрывая мелодию.

— Знаете, — сказал он, перебирая струны, — музыка похожа на океан. В ней есть свой ритм, свои волны, свои глубины. Когда я играю, я чувствую ту же свободу, что и на доске, скользящей по волне.

— О, началось, — с притворным стоном сказал Кейта, закатывая глаза. — Джин в своём философском режиме.

— Не останавливай его, — улыбнулась Мичи, любовно глядя на мужа. — Когда он так говорит, это значит, что скоро мы услышим одну из его лучших песен.

И действительно, Джин начал играть – красивую, мелодичную композицию, которая, казалось, идеально сочеталась с шумом волн и вечерним бризом. Его пальцы, огрубевшие от десятилетий серфинга, двигались по струнам с удивительной нежностью и точностью. Мелодия рассказывала историю – о океане, о свободе, о поиске и обретении себя.

Когда он закончил, все молчали несколько секунд, не желая нарушать волшебство момента.

— Это было прекрасно, — тихо сказал Хироши. — Как называется эта песня?

— У неё ещё нет названия, — ответил Джин с хитрой улыбкой. — Я написал её сегодня утром, думая о нашей маленькой коммуне и о том, как много изменилось с тех пор, как ты появился здесь, Хироши.

— Я? — удивился Хироши. — Но я ничего особенного не сделал.

— Ты сделал выбор, — серьёзно сказал Джин. — Выбор следовать своему сердцу, а не ожиданиям общества. И этот выбор вдохновляет других делать то же самое.

— Джин прав, — вмешалась Юки. — Знаешь, сколько туристов приходят в наш магазин, рассказывая истории, похожие на твою? "Я всегда мечтал жить у океана", "Я так устал от офисной жизни", "Однажды я просто брошу всё и начну заново"... Они говорят об этом как о недостижимой мечте. Но ты сделал это реальностью.

— И это не так просто, как кажется, — добавил Акира, отрываясь от своего ноутбука. — Поверь мне, я знаю многих, кто пытался сбежать от корпоративной жизни, но в итоге вернулся, потому что не смог адаптироваться. Ты адаптировался. Ты процветаешь здесь.

Хироши смотрел на своих друзей, собравшихся на его веранде, ощущая странное смешение эмоций – благодарность, радость, удивление и что-то ещё, что-то более глубокое, чему он не мог найти названия.

— Я просто... делал то, что казалось правильным, — сказал он наконец. — Шаг за шагом. Сначала урок серфинга, потом согласие на работу, потом ремонт этого места... Я не планировал всё это. Оно просто... случилось.

— Лучшие вещи в жизни случаются именно так, — Мидори мягко коснулась его руки. — Когда мы отпускаем контроль и позволяем жизни вести нас.

— Как волна, — кивнул Кейта. — Ты не управляешь ею, ты движешься вместе с ней, находя баланс, адаптируясь к её изменениям.

— Боже, теперь вы все философствуете, — засмеялась Харука, закатывая глаза. — Давайте просто наслаждаться моментом, а? У нас красивый закат, вкусная еда, хорошая компания. Разве не за этим мы все сюда пришли?

Все рассмеялись, соглашаясь с ней. Разговор перетёк в более лёгкое русло – обсуждение последних городских новостей, шутки, истории о особенно забавных туристах, посещавших их магазины и школу серфинга.

Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, и небо стало тёмно-синим, усыпанным звёздами, Джин предложил:

— Как насчёт ночного серфинга? Сегодня полнолуние, вода будет видна почти как днём.

— Ночной серфинг? — Хироши удивлённо посмотрел на него. — Это безопасно?

— С нами – да, — уверенно сказал Кейта. — К тому же сегодня океан спокоен, волны мягкие. Идеальные условия для новичка вроде тебя.

Идея была одновременно пугающей и заманчивой. Скользить по волнам под звёздным небом, в серебристом свете луны... Что может быть более волшебным?

— Я в деле, — решительно сказал Хироши.

— И я, — Мидори встала, отряхивая песок с платья.

— И мы! — хором откликнулись Юки и Харука.

Вскоре вся компания направилась к берегу, неся доски для серфинга. Кейта не шутил – полная луна сияла так ярко, что океан было видно почти как днём, только в серебристо-синих тонах, создавая ощущение нереальности происходящего.

Они заходили в воду один за другим, и Хироши почувствовал знакомый трепет – смесь страха и восторга, который всегда охватывал его перед серфингом. Но сегодня было что-то особенное в этом чувстве, что-то более глубокое.

Вода была прохладной, но в тоже время ласкающей кожу. Лунная дорожка разделяла океан пополам, создавая мистическое серебристое сияние. Хироши лёг на доску и начал грести, чувствуя, как мышцы вспоминают привычные движения. За эти месяцы его тело изменилось – стало сильнее, выносливее, более гибким. Серфинг, работа над бунгало, постоянная физическая активность сделали то, чего не могли добиться годы случайных походов в спортзал в Токио.

Он выплыл за линию прибоя и сел на доску, наблюдая, как его друзья рассредоточились по воде, каждый выбирая свою волну. Кейта, самый опытный из них, уже скользил по большой волне, его силуэт чётко вырисовывался на фоне лунного света. Джин и Мичи вместе поймали волну, их доски двигались параллельно, как в танце. Сёстры соревновались, кто дальше проедет на одной волне, а Акира, к удивлению Хироши, оказался весьма талантливым серфером, выполняя сложные трюки с изяществом профессионала.

Мидори подплыла к нему и остановилась рядом, сидя на своей доске. Капли воды сверкали в её волосах, как крошечные звезды, а глаза, отражающие лунный свет, казались почти золотыми.

— Красиво, правда? — тихо спросила она, глядя на горизонт, где океан сливался с ночным небом.

— Невероятно, — ответил Хироши, не уверенный, говорит ли он о пейзаже или о ней. Что-то в её профиле, очерченном серебристым светом луны, заставило его сердце биться чуть быстрее.

Они сидели в комфортной тишине, покачиваясь на волнах, слушая их шепот и отдаленные возгласы друзей.

— Знаешь, — наконец сказала Мидори, не глядя на него, — когда ты впервые пришел на пляж в тот день, я рисовала закат. И вдруг в кадре появился ты — городской человек с потерянным взглядом. Я подумала, что ты уедешь на следующий день, вернешься в свой бетонный мир.

— Я тоже так думал, — признался Хироши.

— Я рада, что ошиблась, — Мидори повернулась к нему, и их взгляды встретились. В её глазах было что-то теплое, что заставило его забыть о холодной воде вокруг.

— Смотри, — она указала на приближающуюся волну, — эта наша.

Не раздумывая, они оба начали грести, чувствуя, как волна подхватывает их доски. Хироши встал одним плавным движением, обретая равновесие, и увидел, что Мидори тоже поднялась на своей доске. Они скользили бок о бок, окруженные серебристыми брызгами, словно в каком-то волшебном танце.

Волна несла их к берегу, и на короткий миг Хироши ощутил странную гармонию — с океаном, с ночью, с женщиной, плывущей рядом с ним. Когда их взгляды снова встретились, Мидори улыбнулась — не обычной вежливой улыбкой, а какой-то новой, предназначенной только для него.

Волна подошла к концу, и они соскочили с досок в мелкую воду у берега. Плеск волн, смех друзей, лунный свет — всё создавало атмосферу какого-то волшебства, за пределами обыденной реальности.

— У тебя песок, — сказала Мидори, протягивая руку и легко смахивая что-то с его щеки. Её пальцы были прохладными от воды, но это прикосновение оставило теплый след на его коже.

— Спасибо, — ответил Хироши, внезапно осознавая, насколько они близко стоят друг к другу.