Ники Сью – Люблю тебя ненавидеть (страница 6)
– Настя! – с той стороны по двери активно застучала бабушка.
Впервые в жизни я была рада ей. Быстро поднялась, натянула пижаму и открыла дверь. Боже, как хорошо, что я жила не одна.
– Что-то случилось? – в моей интонации сквозило волнение, но бабка ничего не заметила.
– Ты забыла протереть плиту, – покачала она пальцем, намекая, чтобы я немедленно это сделала. Я не стала возражать, наоборот, обрадовалась. Больше всего на свете мне хотелось куда-то уйти. Прочь из комнаты. Теперь даже там я ощущала себя… в опасности.
***
На выходных удалось напроситься к Маринке с ночевкой. Хорошо, что Тим был в отъезде, иначе она бы точно не согласилась. А перспектива просидеть до утра в подъезде не особо радовала, пусть порой там и было безопаснее, чем рядом с дядькой и его пьяными друзьями.
Все выходные мы с Маринкой смотрели сериалы и ели лепешки, которые я напекла. А в понедельник утром вместе отправились на учебу.
–Ты рассказала Тиму про отъезд? – завела я старую тему, пока мы ехали в автобусе на первую пару.
– Сказала.
– А он?
– А что он? Показал большой палец и пожелал удачи, – Маринка натянуто улыбнулась, копошась в сумочке.
– И… ты не переживаешь из-за его реакции?
– Ну… – шумно вздохнув, она сжала в пальцах косметичку. – Вообще, мне бы хотелось другого, но по нему видно, знаешь, что его не интересуют серьезные отношения. Потрахались и разошлись. Хотя кое-что меня порадовало!
– И что же? – улыбнулась я, вглядываясь в глаза подруги.
– Он с мобилкой обычно не разлучается, но тут оставил на кухне, и я… – Маринка понизила голос до шепота, – полистала историю браузера и заметила там кое-что очень красивое!
– Подарок?
Ответить она не успела – автобус дернулся, пассажиры стали ругаться, а потом была наша остановка. В итоге мы сменили тему и стали обсуждать моего анонима. Я еще в субботу рассказала обо всем Марине и переписку показала. Она, конечно, посоветовала пообщаться, если вдруг он начнет писать с обычного номера, узнать, что надо парню, почему он делает все исподтишка, а не прямо. Я бы и рада потребовать у него ответов, но номер, с которого приходили сообщения, был скрыт, и написать или позвонить было невозможно.
– Жуткий он, – заключила я. – И почему нормальные ко мне не подходят?
– Потому что одеваться надо ярче, а не как серая мышь.
– Спасибо, уже наодевалась. Вон нарисовался один…
– Да ладно, – махнула Маринка рукой. – Фигня это. Думаю, скоро он отстанет.
И мы разошлись на свои пары и в этот день больше не пересекались.
Вечером домой я возвращалась без особого желания. Сказать по правде, у меня его никогда и не появлялось. Чужая. Ненужная. Была бы возможность, бабка бы давно выгнала меня. Но, видимо, воспитание, старая закалка не позволяли этого сделать, по этой же причине я не оказалась в детском доме.
Поднявшись на свой этаж, дернула привычно ручку. Дядя Вова постоянно терял ключи, поэтому входную дверь днем мы не запирали.
В нос ударил противный запах пота и перегара. Я тихонько заглянула в зал. Никого. Дверь в бабушкину комнату была открыта, однако самой ее не обнаружилось. Видимо, вышла куда-то, когда дядя еще был дома. Может, мусор вынести там или почту проверить, кто ее знает.
Скинув куртку и обувь, я направилась к себе. Хоть пару минут полежу спокойно. Правда, стоило переступить порог, как я сразу наткнулась взглядом на коробку. Черную. С алой лентой. И не где-то, а прямо на моей кровати.
Меня затрясло. Холодный пот выступил на лбу. Сердце ухало, подпрыгивая до самого горла. Я в панике замотала головой, не веря в происходящее. Как? Как это… оказалось в моей спальне? И тут вспомнила, что дома ни души, а двери были открыты. А вдруг он тут? Этот человек? Вдруг он прямо сейчас выскочит из шкафа или уже стоит позади меня?
От этой мысли легкие словно пронзило чем-то острым, дышать стало больно. Резко обернувшись, я окинула помещение лихорадочным взглядом. Пусто. Чтобы успокоиться, я пробежала по квартире, проверяя каждую комнату, даже ванную и туалет. Никого. А потом в окне я заметила бабушку с мусорным ведром, она стояла у подъезда и спокойно болтала с соседкой. Выходит, она действительно вышла недавно.
– Может… – произнесла вслух. – Она получила посылку и принесла мне?
Вариант был вполне логичный. Не стоило переживать раньше времени.
Взгляд вновь притянула коробка. С одной стороны, происходящее будоражило кровь, вызывало интерес, с другой – пугало. Настолько, что тряслись колени, и перехватывало дыхание. Превозмогая страх, я подошла ближе. Заставляя себя не зажмуриваться и дышать спокойно, потянула пальцами ленту, подняв крышку коробки.
Медведя внутри не оказалось. На дне коробки лежало что-то плоское, скрытое черной оберточную бумагу. Я помедлила с минуту. Наконец собравшись с духом, аккуратно убрала бумагу и замерла от увиденного.
Кружево. Нижнее белье. Очень дорогое, судя по бирке с названием бренда.
– Господи… – только и смогла выдавить из себя, вытаскивая бюстгальтер и ниточки, похожие на трусики.
Неожиданно из бюстгальтера выпал клочок бумаги. И я снова огляделась. Складывалось стойкое ощущение, что я не одна. Будто кто-то за мной пристально наблюдал. По спине прошелся холодок, но я все же подняла бумажку с посланием.
Глава 7 – Из воспоминаний сталкера
Пам. Пам. Пам. Бью пальцами по столу, подперев рукой подбородок. Честно сказать, занятие довольно скучное, но цель оправдывает средства, поэтому я продолжаю охоту. Это даже забавно – узнавать тебя ближе, нащупывать твои слабости.
Но пока что я знаю очень мало, и рычагов давления у меня тоже ограниченное количество. Надо это исправлять. Время испаряется. Его безумно не хватает, но я должен успеть.
Ты подходишь ближе, и я сильнее приближаю картинку, чтобы внимательнее рассмотреть тебя. Зачем? Не знаю. Я ведь множество раз видел тебя вблизи. Но теперь… как-то иначе все.
Отмечаю мысленно, что у тебя утонченные черты лица, которые в тусклом освещении дешевой квартиры кажутся идеальными, какими-то кукольными. Твои глаза таят в себе ангела и демона одновременно. Такие бывают только у бунтарок, но ты больше смахиваешь на тихушницу.
Снимаю кепку с головы и тянусь за банкой энергетика. Я не сплю уже третью ночь, мыслей так много, что башка гудит, как гребаный мотор. Приходиться накачивать себя всякой дрянью, иначе поиграть с тобой не получится.
Ты с опаской разглядываешь белье, проводя по нему пальцами. Уверен, логотип бренда сделает свое дело – ни одна девчонка не устоит перед дорогими подарками. Особенно, если учесть, в каком клоповнике ты живешь.
Скука испаряется, и мне становится интересно, что будет дальше. Ты сдашься или покажешь зубки? Хотя мне должно быть плевать, ведь это не основная моя цель. Тебе следует меня бояться, сходить с ума от леденящего страха, думать, что попала в клетку, из которой выбраться невозможно. Иначе эта затея потеряет всякий смысл.
Наклоняюсь ближе к монитору и напрягаюсь, наблюдая, как ты запираешь дверь, несколько минут нерешительно топчешься, а затем начинаешь расстегивать рубашку. Пуговица за пуговицей. Несколько неловких движений, вслед за рубашкой и джинсы оказываются на полу, а потом и белье. Стремное. Простенькое. Совсем не сексуальное. Ты быстро подхватываешь мой подарок и пытаешься одеться.
Ровно до этого момента я считал тебя никакой. Но вот сейчас, смотря на тебя обнаженную, на то, как твои бугорки упираются в черное кружево, ход моих мыслей меняется.
Ты кружишься перед зеркалом, словно никогда не видела себя такой – конченой шлюшкой. Девушкой, которую хотят все, и которая хочет, чтобы ее трахали. Жестко. До хрипа и стонов.
Ты распускаешь волосы, проводя по золотистым прядям пальцами.
Нащупав телефон, я хочу написать тебе очередное послание, но вовремя себя торможу. Ты не должна знать, что я тебя вижу, слежу за тобой. Рано. Пока рано.
Вижу, как ты размыкаешь пухлые губы, и ловлю себя на мысли, что они неплохо бы смотрелись на моем стволе. Было бы забавно наблюдать, как ты стоишь передо мной на коленях, невинно хлопая глазами. Позволяешь мне засадить тебе до самой глотки, намотать волосы на кулак, а после кончить на твою грудь. Размазать горячую жидкость по твоему ангельскому лицу.
– Твою мать! – громко выругавшись, я отключаю монитор. У меня есть правила, стратегия, план. Я должен думать только об этом, а не о том, как трахнуть девчонку, которую я ненавижу.
Откинувшись на спинку кресла, уношусь воспоминаниями в тот день. В свое детство. Испорченное. Перечеркнутое. А потом почему-то вспоминаю твоего ухажера. Я подловил его за углом около универа. Схватил за горло, прожигая взглядом придурка, который жаждет тебя иметь. Никто не посмеет притронуться к тебе, пока мы не закончим. Я не позволю.
– Еще раз увижу тебя рядом с Настей, – спокойно проговорил я ледяным тоном. – Отрежу твои чертовы яйца. Понял?
Он молчал, в глазах стояли слезы.
– Если понял, кивни.
И он послушно кивнул. За всю жизнь ни один человек не смел перечить мне. Я вырос отъявленной сволочью, кто-то за спиной называл меня монстром. Но мне плевать. На всех. Кроме тебя. Ты – мой смысл существования. И пока я не исполню задуманное, даже концу света не позволю настать.