Ники Бейли – Сводный брат (страница 10)
Но самое ужасное было то, что замыкал троицу, бросая надменный взгляд по сторонам, он – мой персональный кошмар.
Уже второй раз я не могла оторвать от сероглазого парня взгляд. Меня словно магнитом тянуло к нему. Его тёмные волосы слегка растрёпаны, что безумно шло юноше. Лицо с широкими скулами, слегка загорелая кожа, идеально прямой греческий нос. Какой же он красивый. Как Бог, не меньше. Ростом наверняка около шести с половиной футов,6 в чёрном свитшоте и чёрных джоггерах. Только кроссовки были идеально белыми, будто он только-только достал их из коробки.
Я не знала, сколько его так разглядывала, пока сероглазый не заметил мой интерес. Брюнет выругался, скривил губы, нахмурил брови, закатал рукава толстовки, обнажив сильные руки с выступающими венами. Потрясение на его лице сменилось раздражением и ненавистью в холодных миндалевидных глазах. И почему мне показалось, что в них пламя? Там лёд. Нет, айсберг льда.
Я резко отвернулась. Не хватало ещё, чтобы он понял причину моей растерянности. Я перевела взгляд на Тессу.
– Что будем делать? – взволнованно спросила на ухо подруга, пожав худощавыми плечами. – Может, поздороваемся?
– Сделай вид, что ты их не заметила.
И как мой голос мог оставаться таким спокойным, когда по телу пробегала мелкая дрожь? А́брамсон рассеянно кивнула.
Бывшие одноклассники удивлённо посмотрели на нас, но я отмахнулась, мол: «Всё хорошо». Мне нужно было себя чем-то занять, и я залпом осушила стакан. Стало полегче, и я немного расслабилась. Боковым зрением заметила какое-то движение и оглянулась. Вот чёрт. Они уселись за столик прямо напротив нас! Почему это всегда происходило именно со мной и я обязательно должна была попасть в такую нелепую ситуацию? Просто не нужно обращать на них внимание. Это ведь совсем не сложно.
– Лекси? – позвал меня Эрик. – Хочешь потанцевать?
У меня не было абсолютно никакого желания танцевать с Донованом, но я была готова согласиться на что угодно, лишь бы как можно быстрее убраться подальше от этого пронизывающего ледяного взгляда. Потому приняла руку Эрика, который галантно помог мне подняться и повёл в сторону танцпола. Хотя, скорее подобию танцпола, ведь это всё же был бар, а не танцевальный клуб. Играла приятная ритмичная мелодия, и мы неспешно задвигались под музыку. Рыжеволосый парень непринуждённо проводил руками по моей талии, а я отвечала движениями бёдер, слегка прижавшись спиной к его груди, вскинув руки вверх. Судя по восторженной реакции Тессы, которая о чём-то шепталась с Филом, смотрелись мы неплохо. Я чувствовала на себе несколько восхищённых взглядов с разных сторон, но меня интересовал только один. Почему-то я отчаянно желала, чтобы именно он заметил меня. Возможно, хотелось самоутвердиться.
Я бросила быстрый взгляд в сторону сероглазого юноши. Он сидел, вальяжно развалившись на диване, медленно выпускал дым от кальяна и разглядывал стакан, наполненный янтарной жидкостью. Этот парень даже не смотрел в мою сторону. Видимо, и в клубе мне показалось. Тень расстройства наверняка отобразилась на моём лице.
Внезапно чья-то тёплая рука легла мне на плечо. Я резко обернулась и чуть не врезалась в зеленоглазое чудо.
– Могу я надеяться, что такая прекрасная девушка, как вы, подарит мне танец? – галантно спросил парень, склонив голову набок, пожирая меня глазами.
– Только один, – игриво ответила я, откинув волосы назад.
Чёрт, я что, флиртовала с ним? Он симпатичный, вполне в моём вкусе, но флиртовать? Нет, я определённо делала это, дабы привлечь внимание его друга, не иначе. Потому и согласилась на танец.
– Эрик, всё нормально, ты иди, – обратилась я к разнервничавшемуся и уже было открывшему рот рыжеволосому парню.
Донован, прищурив глаза, злобно взглянул на мулата, но всё же удалился. Заиграла спокойная мелодия. Зеленоглазый юноша приблизился ко мне и положил свои руки на мою талию. Он был высокий, но ниже своих спутников. От брюнета пахло вишнёвыми сигаретами, а красивые глаза внимательно следили за мной.
– Меня зовут Чейз Эванс, – представился он. – А вас?
– Алекс. Меня зовут Алекс.
Конечно, это было подставное имя. Я использовала его в тех ситуациях, когда не хотела, чтобы меня узнали в лучшем случае или чтобы нашли в худшем. А пока я не знала его истинных целей и мотивов, мулату не стоило знать моё настоящее имя. Простая предосторожность, которой всегда учил отец.
– У вас очень красивое имя, Алекс, – обворожительно улыбнулся Чейз. – И вы сами просто замечательная.
– Ты меня не удивил, я это и так знаю, – парень ошарашенно взглянул на меня.
Да, наглость – моё второе «я». Решила обойтись без формальностей, ненавидела все эти «вы» с ровесниками. Такая вежливость, скорее в духе Абрамсон.
Вспомнив о Тессе, я принялась высматривать свою подругу среди других гостей заведения, и твою ж мать! Фила и Эрика словно след простыл, а моя подруга мило беседовала с тем самым придурком Максом, снова распивая какой-то коктейль. Неужели она не понимала, что не стоило вот так мило общаться с парнем, который пытался её то ли напоить, то ли потискать? Особенно учитывая то, что его друг с прекрасными глазами цвета стали: психованный, надменный, наглый, самовлюблённый мудак. Как говорила бабуля Рид: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты».
– Прости, – я резко вырвалась из объятий Эванса и поспешила на помощь подруге.
Мне казалось, я поступала правильно, оберегая девушку от этого сомнительного ухажёра. Он мог воспользоваться ей и бросить, а расхлебывать потом буду я. Стремительно подлетев к их столику, я выдохнула, успокаивая бешено стучащее сердце и спокойно заговорила:
– Ну, здравствуй, Макс. По-моему, я сказала тебе не приближаться к ней?
Наверное, у меня был взгляд, как у сбежавшей из психушки, потому что парень озадаченно и испуганно вытаращился на меня. Правильно, бойся. Со мной лучше не шутить.
– Снова ты.
Ох, этот прекрасный бархатный голос. Стоп, Лекси! Какой нахрен голос? На тебя только что наехал здоровенный придурок, а ты думаешь о его голосе?
Он стоял напротив меня. Весь вид сероглазого юноши говорил о том, что его очень забавляла вся ситуация. В глазах полыхал игривый огонёк. Выражение «фантастически красив» мало что объясняет, но, тем не менее… Он был фантастически красив. И всё же необычайно злил меня. Почему лез не в своё дело? Я ведь обращалась к его дружку, и, по всей видимости, Макс был слабаком, не способным постоять за себя, раз не смог выдавить из себя ни единого слова.
– Я не привыкла повторять дважды, – проговорила я тоном а-ля «ты охренел, кусок дерьма?»
– С чего ты решила, что можешь вот так приказать мне? – улыбка мгновенно сошла с его лица, на её месте появилась гримаса злости. – Ты. Не. Можешь. Заставить. Меня. Делать. Что-либо. Поняла?
– Уйди нахер с дороги, придурок, – я подошла ближе, уперев руки в бока, и уже отчётливо заметила полные ярости глаза.
Меня ужасно бесил тот факт, что я не знала, как себя вести с этим человеком. На каждую мою колкость приходилось две его.
– Разве тебя кто-то держит? Или просто боишься подойти ко мне ещё ближе?
– Я ненавижу тебя, кем бы ты ни был, – прошептала я и отступила на шаг. Он не сдвинулся с места ни на дюйм.
– Поверь, твои чувства взаимны, – высокомерно ухмыльнулся брюнет.
Мы так и стояли друг напротив друга, вглядываясь в лица ещё несколько мгновений, казавшихся вечностью. В его ледяных глазах было столько презрения и отвращения, что казалось, большей ненависти не бывает. Брюнет смотрел, слегка прищурив глаза, и криво ухмылялся, но выражение его лица не выдавало ни презрения, ни насмешки, из-за чего я смутилась ещё больше. Как можно быть таким безразлично-холодным? Резко обернулась, не в силах больше выдерживать его тяжёлый взгляд, тем самым разорвав зрительный контакт, и быстрым шагом направилась прочь из бара. Тесса поспешила следом.
Этот юноша единственный, кому удалось вывести меня на такие эмоции. И брюнет ещё пожалеет об этом. Обязательно. Кем бы, чёрт возьми он ни был.
Глава 7. Лекси Рид.
Есть люди, которые меня ненавидят. Пусть ненавидят. Есть люди, которые меня любят. Пусть любят. А есть люди, которые меня ненавидят, но делают вид, что любят. Вот таких ненавижу я. Эстер Тревино, наша школьная директор, прекрасно подходила под последнее определение. За все годы, проведённые в этой школе, мы вели необъявленную войну. Старая стерва никогда не упускала возможности наказать меня или поиздеваться. Вот и сейчас женщина сидела напротив, сузив свои и без того маленькие глазки.
– Так-так, – манерно растягивая слова, произнесла миссис Тревино.
Она всё такая же, как я её помнила: короткие седеющие волосы выкрашены в оттенок медового блонда и зачёсаны назад. Прямые высокие брови нахмурены, тонкие втянутые губы накрашены тёмно-красной помадой. Она пыталась скрыть недовольство, когда просматривала на её удивление, неплохую характеристику из предыдущего учебного заведения.
– Решили вернуться в школу, Рид?
– Вас что-то смущает, миссис Тревино? – наигранно милым голосом произнесла я.
– Нет, что вы, Александрина, я очень рада вашему возвращению в школу, – с притворной усмешкой проговорила директор. – Я согласна принять вас обратно только из-за просьбы вашей матери, но с одним условием.