Никелла Вайл – Латте с белым шоколадом (страница 3)
Её улыбка и язык, на котором говорит как неизведанная инопланетянка, всё больше разжигает во мне не то что недоумение, а скорее, вопрос «зачем?». Она что, пытается
И это, кстати, не первое моё клеймо, которое ношу всю жизнь.
– Если тебе нужен перевод, то меня зовут Керрида Санти, – всё ещё улыбаясь, говорит шатенка, но я снова гляжу на смарт-часы, не обращая на неё внимания.
А потом и вовсе оставляю её одну в потоке других старшеклассников. Она как и осталась для меня незнакомкой, представившейся Керридой (странное имя, однако), такой и будет всегда.
Всё-таки я не за знакомствами сюда пришёл, а чтобы окончить последний класс без проблем.
Глава 3. Эллиот
Я выхожу на улицу, на школьный двор, при этом держась двумя руками за лямки чуть тяжёлого рюкзака. Разминка после семичасового отсиживания за партами с разными соседями, не считая последний урок физкультуры, сейчас очень кстати, поэтому перехожу на бег. Потом поворачиваю за угол, и теперь могу видеть здание Старшей школы Бостона под другим ракурсом.
Она что-то наподобие университетского кампуса. Но приведу в виде минуса то, что один из парней, внешность которого не могу точно определить, топчет о землю окурок. Я морщу нос, как будто на расстоянии вдохнул сигаретный дым, но не сбавляю скорость ходьбы до кофейни «Посиделки в тепле», находящейся на одной из улиц, всего в нескольких шагах от школы.
Как только я оказался возле её входа, переступаю порог и оказываюсь в освещённом центре зала. В нос ударяет душистый аромат кофе и сушёных трав в виде украшения для стен.
– О, пришёл наконец-то! – доносится до меня голос моего коллеги – Кая Кэплана.
С ним мы впервые встретились в начале ноября, в этом месяце, когда устраивался на подработку в кофейню. Тогда ещё не начался новый семестр. Но мы с Каем сначала недопоняли друг друга из-за того, что я не привык чесать языком.
Я оборачиваюсь на Кая, одетого в белую футболку и тёмно-мятный фартук и стоящего за стойкой с кассой и витринами со сладостями. Снимаю рюкзак с плеч и держу в руках, попутно расстёгивая молнию толстовки.
– А ты что думал? Что пропущу смену? – ровным тоном поддеваю я.
Коллега нахмуривает брови и проводит рукой по тёмно-каштановым волосам, собранным в маленький, как у кролика, хвостик.
– Опять твои закидоны, Арден, или как там тебя?
Хоть я и не успел надеть контактные линзы, но в голосе Кая чётко слышу и издёвку, и обеспокоенность из-за моего настроения. А оно чуть ли не падает ниже нуля. Я срываюсь с места, не позаботившись о самоконтроле, подхожу к стойке и громче обычного стучу ладонью по ней, вызвав покалывание в коже. И я, и Кай вздрагиваем от звука, но мой взгляд стреляет в него, говорящий одно:
– А у тебя что? Язык без костей, раз болтаешь, не подумав?
Так как у нас с Каем одинаковый возраст, то бишь восемнадцать лет, я не чувствую стыда из-за обращения на «ты». И что парирую так же, как и он.
– И, прошу заметить, у меня есть имя, – понижаю я голос и исчезаю за дверью подсобки.
При этом не забываю бросить взгляд на Кая, у которого недоумевающее выражение лица говорит само за себя.
В подсобке, во временном одиночестве я сбрасываю рюкзак на диванчик и достаю из его кармашка телефон. В мессенджере, когда я ввёл пароль, предупреждаю маму, что я на работе, но не дожидаюсь ответа, убрав телефон в карман джинсов. Из рюкзака вынимаю рабочий серый фартук, потом снимаю с себя толстовку, бросив её на диван, и возвращаюсь в рабочую зону. Там Кай уже варит кофе для первого пришедшего посетителя.
– Ты что так долго делал в подсобке? – повернувшись лицом, шёпотом возмущается Кай, когда я подхожу к кофемашине.
Я стискиваю зубы, смотря на него и сдерживаясь от того, чтобы не пихнуть локтем ему в бок.
– Если ты не забыл, то наша работа связана с
Кай поворачивается к посетителю, громко цокнув мне, а я ещё таращу глазами кофемашину, как только что пришедший на работу неопытный бариста. На самом деле, так оно и есть. Интуиция правильно шепнула пойти на кулинарные классы в школе. Не только же посещать любимые занятия для будущих разработчиков игр и компьютерных гениев.
Следующие полчаса я провёл в компании Кэплана и посетителей, готовя с ним горячие напитки. Мы даже без спора договорились разделить наши обязанности: я отвечал за качество кофе, чая и даже классического какао. Кай же пытался строить глазки только пришедшим в кофейню девчонкам и продавал вкусняшки. Скажу по секрету, я использовал разные комбинации, чтобы напитки получились не только горячими и тающими во рту от сладости, но и оригинальными.
Как только в кофейне стало более-менее тихо, я снова скрываюсь в подсобке. Плюхаюсь на диванчик и, откинув голову, выпускаю из груди томный вздох. Наконец-то можно передохнуть чуть-чуть. Потом достаю из рюкзака, лежащего рядом, дневник с расписанием занятий на следующие четыре дня.
Я прикрываю глаза и чертыхаюсь, осознав, сколько всего надо сделать и написать.
Моё же возвращение с работы будет только где-то под девять.
Спонтанная, но в то же время правильная мысль посещает мой мозг: а почему бы не провести минуты отдыха с пользой? Мои руки ещё держат дневник, в который внимательно вчитываюсь, а потом откладываю его, достаю из рюкзака тетрадь и учебник по алгебре, а также кейс с канцелярией, который сделала для меня мама.
И цвет этого кейса знаете какой? Конечно же, цвета хаки. И не подумайте, что я скоро окажусь в армейском строе. Просто у меня такие странные, мягко говоря, предпочтения.
Решение сложных уравнений, ведь я выбрал углублённый уровень алгебры, унёс меня в другой мир. Меня никто не трогает, а только записываю цифры, системы в тетрадь.
До того момента, пока не услышал чёткие шаги Кая и звук резко открывшейся двери.
– Тебе напомнить, через сколько закончится твоя смена? – строго, как начальник, спрашивает он.
Раздражённый вздох застревает где-то в горле, отвлёкшись от, казалось бы, увлечённого занятия и подняв на него глаза.
– Похоже, кто-то заразился занудством, – поддеваю я, отложив тетрадь в сторону.
Встаю и подхожу к Каю, который облокотился локтем о дверной косяк. Слава богу, посетители не видят, что мы болтаем на рабочем месте. Его улыбка, напоминающая больше ухмылку, украшает его мальчишеское лицо.
– И не говори. Там посетитель ждёт, точнее, посетительница. – Под конец Кэплан осекается и поднимает в воздух указательный палец.
Я выгибаю бровь.
– И это должно меня удивить?
– Понятия не имею, – отвечает Кай. Потом с лёгким флёром бесцеремонности хлопает меня по плечу, хотя я не люблю, когда меня кто-то касается. – В общем, мистер Не-любитель-чесать-языком, свари ей кофе. И без лишних вопросов.
Нет, ну он издевается надо мной? Вот что меня больше всего бесит, так это то, что Кай любит пародировать. Это только я могу говорить так, когда не заинтересован в разговоре.
Я вздыхаю и перехожу из подсобки в рабочую зону. За окнами кофейни бостонские улицы потихоньку склоняются в вечер. Скажу сразу, за неделю, что работаю здесь, не раз туда смотрел.
А потом я останавливаюсь. Не как оловянный солдатик, как в сказке про Щелкунчика, но я просто застываю и размыкаю губы. Эту темноволосую девушку я видел всего один раз в школе. И теперь вижу её во второй.
Видно, что её глаза слегка выпучены, пристально изучают моё лицо, пусть нас разделяет стойка с кассой.
Мне кажется, я попала в какой-то сон. И теперь мысленно прошу кого-нибудь из посетителей, сидящих за столиками, ущипнуть меня. Или, в противном случае, щупаю я себя за кожу. От боли я вытягиваю воздух сквозь зубы, зажмуриваю глаза и, в конце концов, моргаю.
Подхожу ближе и, посмотрев мельком сначала на меню на стойке, а потом на своё отражение на витрине, встречаюсь с ним взглядом. На нём словно ноль эмоций, хотя минуту назад был обескураженным. Зато его голубые глаза в обрамлении еле видных ресниц заставляют меня проглотить ком в горле.
– Обычный латте, пожалуйста.
– Без топпинга? – уточняет он.
В качестве отрицательного ответа качаю головой, а потом опускаю глаза на свои кроссовки.
– Ждите свой латте через сорок минут, – вежливо говорит бариста и отворачивается.
А про «заплатите десять баксов за него» почему не сказал? Но подождать сорок минут для меня это не проблема.
Я со слегка ошарашенным выражением лица нахожу свободный столик у окна, за которым Бостон медленно переходит из дня в вечер, присаживаюсь за него и опираюсь щекой на кулак. Хорошо, что это место, кроме меня, ещё кто-то не займёт. На какое-то время я погружаюсь в свои мысли, не обращая внимание на настойчивую вибрацию телефона, который я положила на стол.
Видимо, первый школьный день после каникул, а потом ещё и занятие по скрипке в музыкальной школе полностью выбьют меня из колеи. Потому я и прихожу в «Посиделки», чтобы набраться энергии на остаток дня.