Ника Волшебница – Фея Елена и маленькие чудеса (страница 1)

Ника Волшебница

Фея Елена и маленькие чудеса

Глава 1

Не на лесной полянке, не в избушке, не одиноко, а в прекрасном уютном светлом доме на берегу лазурного моря в кругу большой и дружной семьи жила-была фея.

Звали фею Еленой, и была она и прекрасной, и премудрой. И волшебной: сотворение чудес было её любимым занятием.

Чудеса были как простыми - например, свежий малиновый пирог на завтрак среди зимы, - так и более сложными. И о них в этих сказках и пойдёт речь.

Отличалась Елена добрым нравом и мягким характером, всех любила и принимала такими, каковы они есть. И её любили все в ответ. Иногда шли к ней за советом и помощью - но чаще всё складывалось само наилучшим образом, стоило Елене приложить толику усилий или капельку волшебства.

Однажды добрая фея обнаружила, что на её любимых босоножках стёрлись каблучки. Босоножек у неё было много, а любимые - одни.

И понесла она их к обувных дел мастеру на ремонт. Идёт, грезит о чём-то своём и вдруг слышит песню дивной красоты. Да такую, что дух захватывает, и воспарить хочется.

Встала Елена и заслушалась. А когда песня прекратилась, пришла в себя и поспешила, чтобы застать того, кто издавал волшебные звуки.

И вдруг увидела она юношу лет семнадцати. Он сидел на пеньке возле домика сапожника и аккуратно ремонтировал старый мужской ботинок.

- Здравствуй, мой милый мальчик! - улыбнулась фея, - неужели это ты сейчас пел?

Молодой человек смущённо улыбнулся:

- Здравствуйте! Да, я люблю петь во время работы. Да и не только во время работы - просто люблю петь!

- Ты прекрасно поёшь! - искренне восхитилась Елена, - но что же ты сейчас делаешь?

- Ремонтирую ботинок. Я недавно устроился подмастерьем к Николя! - ответил юноша, - отец говорит, что я должен освоить какую-нибудь профессию, чтобы зарабатывать на жизнь. Я и пошёл осваивать.

- И тебе это нравится?

- Н-нет, не очень, - задумчиво произнёс молодой человек, - мои руки в мозолях, а спина болит под вечер. Но зато я могу петь во время работы! Если б я пошёл в подмастерья к кузнецу, мне бы это не удавалось. Да и другой работы в нашем Городке особо не сыскать: у пекаря всё занято, в библиотеке петь не получится, да и на молочной ферме, скорее всего, тоже.

- Ну да, - засмеялась Елена, - пожалуй, в кузнице слишком шумно и жарко для вокала, а в библиотеке - слишком тихо. Но почему же ты не хочешь петь, не занимаясь другими делами?

Мальчик озадаченно глянул на неё:

- Папа утверждает, что это не прокормит мою семью в будущем. Он сказал, что я должен иметь “нормальное дело”.

- Милый мой! - нежно улыбнулась фея, - мы все очень любим своих родителей. А родители всегда желают нам добра, но иногда они могут ошибаться. Не со зла, а просто по незнанию. Я думаю, твой папа ошибся. И твой восхитительный голос способен принести невероятное количество радости людям и несметное богатство тебе - я сейчас говорю не только о деньгах, но ещё и о возможности жить и получать удовольствие от любимого дела - а это куда ценнее самих денег. Я чувствую песню в твоём сердце, - Елена мягко улыбнулась, легко коснувшись середины груди юноши.

Молодой человек ощутил трепет внутри, какой посещал его лишь в те моменты, когда он грезил о том, что однажды выйдет на огромную светлую сцену - и песнь из его сердца прольётся на целую вселенную. Он знал, что женщина абсолютно права.

- Оставь свой ботинок, пойдём со мной - я знаю, что тебе нужно делать! Как зовут тебя?

-Я Валентин, - ответил юноша, озадаченно глядя на Елену.

С одной стороны, ему было очень любопытно, куда отведёт его добрая фея, да и голос словно сам рвался наружу. Но при этом он сильнее всего на свете боялся опечалить родителей, пойдя не тем путём.

Елена почувствовала его сомнения и мягко сказала:

- Милый мой, я обещаю, что мы не разочаруем твоих любимых людей. Ты же знаешь, что я фея и умею творить волшебство?

Валентин смущенно кивнул: кто же не знал Елену?

- Тогда поверь мне, - продолжила она, - если ты решишься пойти со мной и сделать то, что я скажу, в твоей жизни произойдут невероятные чудеса. Но знай: в любой момент ты сможешь вернуться обратно в подмастерья и продолжить своё обучение: я договорюсь с сапожником.

Увидев, что у него есть выбор и право на ошибку, Валентин решился:

- Хорошо, я пойду с Вами! Я Вам верю!

- Вот и чудно! - улыбнулась Елена и постучала в дверь к мастеру.

- Николя! Здравствуй, мой друг! - поприветствовала она высокого плечистого мужчину с густой бородой и белоснежной улыбкой.

- Елена! - обрадованно обнял её сапожник, - всякому известно, что твоё появление на пороге несёт хорошие вести!

Фея засмеялась:

- Лично тебе моё появление принесло босоножки на ремонт, - она протянула мастеру обувь, - и сейчас унесёт твоего юного помощника.

Николя озадаченно посмотрел на неё:

- Вот тут ты меня удивила. На что тебе мой Валентин? Он и недели не проработал ещё. Ничему толком не научился…

Фея привстала на цыпочки, чтобы быть ближе к уху сапожника и негромко сказала:

- Мне кажется, предназначение этого юноши совсем в другом, - она многозначительно посмотрела на сапожника и добавила уже в полный голос, - я хочу сводить его в одно место. Но если у него не получится или не понравится, я обещала, что он всегда сможет вернуться к тебе. Разрешишь ли ты мне забрать его? Либо на день - либо навсегда!

Николя почесал бороду, задумчиво поглядывая на помощника и фею, а затем махнул рукой:

- Забирай! В твоих руках вся жизнь складывается так, как должно. Я не могу препятствовать этому!

Елена расцвела:

- Я знала, что ты поддержишь меня! Спасибо, мой дорогой друг! Пойдём, милый! - она положила руку на плечо опешившего Валентина и развернулась в сторону дороги, - жду вестей о моих босоножках, Николя! - крикнула фея через плечо и помахала всё ещё стоявшему на пороге мастеру.

Елена, не задумываясь, повезла юношу в Самый Большой Город, в провинции которого они жили. Она знать не знала, что за чудо их ждёт, поэтому слушала своё сердце и делала всё по его велению.

На подъезде к Большому городу Елена увидела огромный глубокий тоннель. По тоннелю туда-сюда проскакивали автомобили. По огороженным тротуарам спешно шли люди. Сердце радостно прыгнуло. Фея остановила машину и вышла вместе с Валентином. Подведя его ко входу в тоннель, она шепнула:

- Пой!

- Здесь? - засмущался юноша, - Вы предлагаете мне зарабатывать пением на улице? - молодой человек покрылся пунцовой краской и опустил глаза, подумав, как же сильно он ошибся. Он ждал волшебства и чуда, всю дорогу до Города мечтал об исполнении своей самой большой мечты и о славе, а тут чудачка-фея предлагает ему петь на улице...

- Это же стыдно!

Фея улыбнулась:

- Я предлагаю тебе просто спеть. Это не стыдно, это прекрасно! Закрой глаза, представь, что вокруг ни души, и пой, словно ты сидишь на своём пенёчке у дома сапожника. Отпусти свою душу в полёт. Забудь, кто ты и где - и пой. Прошу тебя, пой.

Валентин вздохнул, но послушался: зря ли он бросил всё и поехал сюда?

Юноша запел. Сначала негромко, слегка дрожащим от волнения голосом. Потом сильнее, а после со всей страстью, полностью отдавшись музыке.

Фея отошла чуть в сторону и легонько махнула рукой, волшебным образом увеличив акустику тоннеля настолько, что невероятный голос юноши заполнил всё пространство вокруг. Тоннель стал рупором, через который пение слышалось на многие сотни метров вперёд.

Машины и пешеходы начали останавливаться. Но Валентин не видел никого: он пел, закрыв глаза и действительно забыв, где он и кто! Его душа взмыла в горние выси: наконец-то музыка изливалась из его уст в полную силу, а не тихим урчанием. Магические мелизмы плыли по земле и небу, и весь мир застыл, внемля им.

***

Директор Главного оперного театра, Ираклий Идрисович, ехал на своём автомобиле на собрание Директоров театров. Раз в сезон они собирались, чтобы обсудить актуальные вопросы, модные новинки и молодые таланты.

Ираклий Идрисович был зол и утомлён. Ему страшно не хотелось ехать на нудное собрание и тратить на него три часа своей жизни. Все последние разы никто не радовал хорошими новостями или новыми самородками среди юных певцов - и собрания превращались в пустую трату времени, чего Ираклий Идрисович категорически не любил.

Он окликнул водителя:

- Давай по объездной. Не пропустим, так хотя бы опоздаю, - хмуро попросил он и достал документы, чтобы заняться делами в пути.

Водитель кивнул и развернул машину. На подъезде к тоннелю лимузин встал.

Ираклий Идрисович возмущённо приподнял бровь:

- Что там?

Водитель пожал плечами:

- Не знаю. Все стоят в обе стороны. И люди столпились вокруг. Авария, никак…