Ника Веймар – Кот счастья (страница 2)

– Похоже, с ним все в порядке, – констатировал ликвидатор, вставая и отряхивая руки от пыли. – А вот с вашей кофейней не всё гладко. Аномалию нужно закрыть, иначе через неделю-другую здесь проявится что-нибудь неприятное. Крысы величиной с собаку, например.

– И сколько это будет стоить? – обреченно спросила я. – Ну, чтобы побыстрее решить вопрос.

Тянуть было не в моих интересах. До ликвидации аномалии агентство вполне могло потребовать закрыть кофейню. Тем неожиданнее оказался ответ:

– Нисколько. Это моя работа. И, раз уж я так удачно оказался здесь, предлагаю сегодня же и разобраться с вашей аномалией. – Маг отогнул край куртки, демонстрируя эмблему. – Стас Северин, агент третьего класса. И всё-таки буду очень признателен за двойной эспрессо.

– Да, конечно! – Я обрадованно кивнула и тоже представилась: – Лиза. Лиза Василевская. Может, что-то ещё? У меня остался трюфельный медовик.

– Кофе будет достаточно, – спокойно отказался Стас.

Он направился к выходу и через несколько минут вернулся с небольшим чемоданчиком с эмблемой агентства. Снял мокрую куртку, повесил её на вешалку. Я протянула магу стаканчик с кофе, а мой взгляд так и прикипел к кожаным наручам с фиолетовым кристаллами и светящимися символами. Ого! Так он не просто ликвидатор, он специалист по магическим печатям! Фиолетовые кристаллы носили они. Вот это повезло!

– Скорее всего, вы задели печать во время ремонта, – пояснил Стас, раскладывая инструменты. – Так бывает в старых домах. Печати накладывали наспех, во время последней войны или сразу после нее, когда аномалий было много, а специалистов мало. Со временем символы начали разрушаться, а ваш ремонт просто ускорил процесс. Ничего, сейчас всё исправлю.

Он работал сосредоточенно и быстро, уверенными чёткими движениями чертя медным стилусом знаки прямо на кирпичах. Символы вспыхивали один за другим, складываясь в единую систему, словно разрозненные ноты в мелодию. Я тем временем забила в поиск адреса ближайших ветклиник и отыскала ту, что работала круглосуточно. Кот тем временем запрыгнул на свободную полку на стеллаже и улёгся, внимательно наблюдая за тем, как агент Северин запечатывает аномалию. Я тем временем отыскала картонную коробку и, прикинув размеры кота, сочла её вполне подходящей на роль временной переноски.

– Готово, – сообщил ликвидатор, поднимаясь.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я и предложила: – Может, ещё кофе?

– Буду признателен, – согласился он. – Лиза, кажется, вы ещё что-то говорили про трюфельный медовик? Я понимаю, что уже… – Он глянул на часы. – … начало одиннадцатого, и вы не обязаны…

– Мне несложно, – перебила я. – Вы тоже были не обязаны задерживаться.

– В таком случае, я вас подвезу, – решил мужчина, доставая бумажник. – Сколько с меня за два кофе и кусок торта?

– За счёт заведения, – улыбнулась я.

Рыжий кот тем временем совсем освоился. Вышел из подсобки, по-хозяйски прошёлся по кофейне, с интересом принюхался к пустому пакету из-под молока и облизнулся.

– Извини, дружок, взрослым котам молоко вредно, – я погрозила ему пальцем. – Но дома есть куриная грудка.

– Вы его заберёте? – поинтересовался Стас.

– Конечно! – я даже слегка удивилась вопросу. – Не на улицу же его выкидывать. Тем более, рыжие коты к счастью. А конкретно этот кот ещё и аномалию в моей кофейне обнаружил. Я умею быть благодарной.

– Правильно, – ликвидатор улыбнулся. – Коты в кофейнях необходимы для атмосферы. Так понимаю, вы ведьма?

– Слабенькая, – призналась я. – Травничество, лёгкие защитные чары, немного целительства. Ничего запрещённого. И лицензия у меня есть.

– А разве она вам нужна? – удивился ликвидатор.

Я посмотрела на него с благодарностью. Ну хоть кто-то в курсе, что нет!

– С ней спокойнее, – просто пояснила я.

Мужчина допил кофе и поднялся. Предложил:

– Помочь вам усадить этого бандита в коробку?

Кот презрительно взглянул на него, поднялся и, к моему удивлению, прошествовал к коробке сам, гордо задрав хвост. Запрыгнул в неё и улёгся. Я, не выдержав, негромко рассмеялась. Не бандит, а профессор! Может, так и назвать?.. Оценивающе взглянула на кота, мысленно примеряя новое имя, и покачала головой. Нет, не подходит. Профессора не застревают в стенах, а потом не воют в вентиляцию.

– Чайковский! – я щёлкнула пальцами. – Точно!

Кот шевельнул ушами и прикрыл глаза. Похоже, он не возражал.

– Орал он и впрямь музыкально, – хмыкнул Стас, надевая куртку. – Не каждый день такое услышишь.

– А вам часто приходится спасать котов? – не удержалась я, поднимая коробку с Чайковским.

Стас усмехнулся, и усмешка эта вдруг сделала его моложе, смягчила усталые черты лица.

– Первый раз. Обычно я закрываю бреши, из которых лезут твари похуже. Импы, тени-воришки, иногда – элементали, если аномалия сильная. Один раз пришлось аннигилировать нечто, похожее на осьминога из кошмаров. Три щупальца, пять глаз, и орала эта тварь как банши.

– Звучит так себе, – я поёжилась.

– Рутинная работа агента по ликвидациям аномалий, – он пожал плечами. Не хвастался, просто констатировал факт. – Так что этот рыжий и пушистый внёс приятное разнообразие в трудовые будни. Да и всегда приятно помочь милой девушке.

Я слегка смутилась от неожиданного комплимента. Ведьмы были невезучи в любви, и здесь мой слабенький дар, увы, себя тоже проявил. Окажись на моём месте кто-то другой, и история совместного спасения Чайковского могла бы перерасти в красивую романтическую сказку… Тряхнув головой, я отогнала от себя глупые мысли. Вышла следом за ликвидатором, закрыла кофейню и села на заднее сидение, поставив коробку с котом на колени.

Визит в ветклинику меня приятно порадовал. На удивление, бродячая жизнь не наградила Чайковского всякими неприятными болячками вроде лишая. Кот был здоров как бык! Стас благородно дождался нас в холле, после настоял на том, чтобы заехать в круглосуточный гипермаркет и купить коту «приданое». Оплатил сам, а на мои попытки возразить, заявил, что чувствует ответственность за спасённого, и хочет принять посильное участие в жизни Чайковского.

К моему дому мы приехали около часа ночи. Стас дождался, пока я зайду в подъезд, и лишь тогда уехал. Номер телефона не попросил, и я тихонько вздохнула про себя. Вот и всё, знакомство снова завершилось ничем. Зато у меня теперь есть кот.

Чайковский оказался умницей. Сразу пошёл в лоток, с удовольствием полакомился влажным кормом и устроился рядом со мной на диване, тихонько мурлыкая. Так, под его уютную песенку, я и заснула.

А вот утром кот наотрез отказался оставаться один. Ходил за мной хвостом, жалобно мяукал и всем своим видом показывал, что погибнет в одиночестве. Пришлось смириться, открыть купленную накануне переноску и вызвать такси.

В кофейне он тут же устроился на подоконнике, жмурясь на утреннее солнце. Чисто вымытая шерсть переливалась золотистыми искорками. И живая реклама сработала! Люди, проходя мимо витрины, замедляли шаг, а после решительно сворачивали к двери. Брали кофе навынос, гладили Чайковского и уходили с улыбками на лицах. Некоторые даже фотографировали стаканчик латте или эспрессо на фоне дремлющего кота. У меня ещё никогда не было столько посетителей!

Наконец, людской поток иссяк, и я воспользовалась передышкой, чтобы нарезать медовик. Если так пойдёт и дальше, к вечеру десертов не останется. Может, заказать, пока не поздно?

Над входной дверью звякнул колокольчик, и я обернулась, приветливо улыбаясь очередному посетителю. На пороге стоял Стас Северин.

– Доброе утро, Лиза, – произнёс он. – Двойной эспрессо навынос, пожалуйста. Без сахара.

Приложил карту к терминалу, и, пока я готовила кофе, присел за столик. Погладил лежащего на подоконнике Чайковского, и тот довольно замурлыкал.

– Я хотел узнать, как кот, но вижу, что в полном порядке, – произнёс он.

– Живёт свою лучшую жизнь, – кивнула я. – С утра съел полбанки тунца и устроил скандал, когда понял, что я планирую оставить его одного. Ругался по-кошачьи и бросался под ноги. Пришлось взять его с собой на работу.

– Коты отлично справляются с дрессировкой людей, – усмехнулся ликвидатор. – Хорошего дня.

Взял свой кофе и вышел. Я проводила его задумчивым взглядом. Надо же, какой ответственный. А ведь мне на мгновение показалось… Впрочем, глупости! И вообще, я собиралась заказать пирожные! Но мысли то и дело возвращались к Стасу Северину. Я бы хотела увидеть его снова.

И желание исполнилось! Стас заезжал каждый день в одно и то же время и брал двойной эспрессо навынос. Это стало ритуалом: утренний кофе, несколько дежурных фраз, иногда – короткий разговор, если время позволяло. Я ждала этих визитов. Начала просыпаться раньше, чтобы успеть сделать лёгкий макияж и заплести волосы не в небрежный пучок, а в аккуратную косу. Чайковский наблюдал за этими приготовлениями с нескрываемым интересом, и в зеленых глазах плясали озорные огоньки. Он всё так же ездил со мной на работу, и я не возражала. Кот стал живым талисманом кофейни, и многие посетители заглядывали, чтобы погладить его на удачу. И, конечно, что-нибудь купить.

А через неделю случилось кое-что странное. Стас, как обычно, заехал утром, забрал двойной эспрессо, перекинулся со мной парой слов и вышел. Но тут же заскочил обратно, и вид у него был крайне встревоженный.