Ника Уэбстер – Forest fairy tales (страница 4)
Тоашш'норр'и зевает, выглядывая наружу. Снаружи стелется молочно-белый туман. Осеннее утро дышит прохладой, воздух прян и свеж. На нынче пустых дорожках Карнавала озорной ветерок кружит в вальсе рыже-золотые и алые листья. Туман тает на глазах и сквозь него все ярче синеет небо. Солнце встает все выше, ласково гладя своими лучами лица встречных артистов.
Узнав о проверке они немного настораживаются, но новость о том, что Тоашш'норр'и тот самый Золотой дракон – Хранитель и защитник волшебного народа расслабляются – скрываться не нужно, можно быть собой. Тоашш'норр'и бегло осматривает их фургончики, искренне интересуясь историей каждого из них. Циркачи реагируют по-разному:
Огненный и водяная рассказывают охотно, не жалея подробностей. И Тоашш'норр'и узнает, что попали они сюда подростками. Чаще всего способности полукровок пробуждаются во время пубертата – неконтролируемо, пугающе. Многие из артистов столкнулись с этим. Им пришлось расстаться с привычной жизнью. От кого-то отказались родные, кто-то сбежал сам, думая, что так будет лучше… И не все хотят говорить об этом.
На помощь приходит Акио, знакомя дракона со своими подопечными. Помимо иллюзионистов, воздушных акробатов и метаморфов, в цирке есть говорящие – те, что понимают зверей и птиц, клоуны, что дарят людям веселье и хорошее настроение своей магией… И все они считают цирк своим домом. Нет, не так. Цирк – их единственный дом в этом мире, где их понимают и принимают. Акио дает им куда больше, чем материальные блага, он помогает им обрести себя, стать
Тоашш'норр'и с удивлением наблюдает как его безответственный братец, походя решает бытовые проблемы. Вот Акио внимательно выслушивает спорящих из-за расписания, задумчиво покусывая кончик стилуса, что-то черкает на своем планшете и наконец предлагает оптимальный вариант к удовольствию обеих спорщиков, вот он мягким, негромким голосом убеждает нервничающего метаморфа, что все хорошо. Вот он улыбается клоуну, подбадривая его шуткой, вот походя протягивает свой – зачарованный – носовой платок водной, что немного справилась с даром, дает совет воздушным, одобряя их новые костюмы и просит огненного не выпендриваться и пользоваться мазью от ожогов, хотя бы на первых порах. И глядя на это Тоашш'норр'и верит, что циркачи и впрямь одна большая семья.
А потом Тоашш'норр'и внезапно оказывается за импровизированным "столом". Завтракают артисты на свежем воздухе, ведь сегодня такой погожий день. На траве расстилают одеяло и выкладывают на него бутерброды, блинчики… Тоашш'норр'и получает свою тарелку яичницы с беконом и кофе, осматривается. Отмечает знакомые лица: Огенный и водяная голова к голове в полголоса о чем-то спорят над тарелкой каши. Воздушные выбирают фрукты и йогурт, а метаморф оказывается сладкоежкой, щедро поливая блинчики шоколадным сиропом. Не видно только Юлека. Акио на вопросительный взгляд кузена отмахивается: эльфенок любит поспать.
После завтрака циркачи довольно споро и дружно убираются, а Тоашш'норр'и с Акио идут к фургончику Юлека. И по дороге Акио посвещает брата:
– С Юлеком несложно найти общий язык. Он любит истории о волшебстве, хоть и сам наполовину волшебный. Чудеса манят его – возможно это зов крови. Его природа дает о себе знать – животные к малышу так и льнут, поэтому цирк периодически грозит превратится в филиал зоопарка. Ему будет лучше в Волшебном лесу…
– Понял – кивает Тоашш'норр'и.
Вопреки ожиданиям эльфенок обнаруживается вполне себе бодроствующим на крыше их общего трейлера. Он стоит, вытянувшись во весь рост, раскинув руки, и солнце щедро льет на него свой свет. А вокруг кружат птицы и бабочки.
Очевидно, услышав мужчин, малыш с ловкостью обезьянки спускается вниз. Он в одних пижамных штанах, и вблизи отчетливо видно, что светлая кожа чуть заметно отливает салатово-зеленым, особенно в тени острых ключиц. Мужчины переглядываются и слово берет Акио:
– Я хочу познакомить тебя с нашим гостем. Это Великий Золотой дракон – Хранитель Волшебного леса и защитник всех волшебных существ.
Юлек отступает на шаг, настороженно косится исподлобья:
– А…А почему он здесь? Что ему нужно? Меня не надо защищать! Он заберет меня? В свой Волшебный лес… Он – странный. Он мне сказал что я – его.
Акио бросает на дракона красноречивый взгляд "Об этом мы поговорим позже." и садится перед малышем на корточки, заглядывает снизу в вверх в насупленную мордашку:
– Не бойся. Никто не заберет тебя, если ты не захочешь. Просто… Дядя дракон немного ошибся. Он тебя не обидит.
– Прости – говорит Тоашш'норр'и – я не хотел напугать тебя. И я хочу загладить свою вину. Я приглашаю вас с опекуном в гости в Волшебный лес. Мои жена и дети будут рады. Они любят гостей.
Юлек косится на Акио и тот ободряюще улыбается ему:
– Все в порядке, я буду с тобой. Тебе понравится, малыш. Волшебный лес полон чудес и тайн. Там время течет иначе, в ручьях и реках резвятся русалки, а под полной луной танцуют феи. А в чаще леса пасутся единороги. Он говорит и слова оживают. Крошечные прозрачные фигурки танцуют над вытянутыми вперед ладонями. Юлек завороженно тянется к ним, вспыхивает весь, отзываясь на волшебство… Акио понимаеще хмыкает и отправляет Юлека одеться и собраться. И побыстрее. Тоашш'норр'и нужно еще зайти в магазин – купить одежду для котенка.
Пока дракон делает покупки, Акио отводит Юлека в ближайшее кафе – ведь малыш еще не завтракал. Кафе на окраине города небольшое, но уютное. Окна украшены старомодными, но очень милыми занавесками, а перед входом несколько кашпо с поздними осенними цветами, которые при виде Юлека поворачивают к нему головки и расцветают еще пышнее. Легкий перезвон колокольчиков и с порога эльфенка с опекуном окутывает сдобным теплом, аромат корицы, кофе и шоколада щекочет ноздри, сладостью оседает на языке. К гостям с улыбкой спешит девушка-официантка, невысокая, круглолицая, с очаровательными ямочками на веснушчатых щеках.
С утра в кафе почти безлюдно, потому найти свободный столик совсем нетрудно. Акио с подопечным устраиваются у окна, так чтобы было видно улицу и магазинчик напротив. Юлек сбросив сандалии, с ногами устраивается на мягком диванчике и увлеченно поглощает вафли с сиропом, пока сам Акио пьет кофе с корицей и щепоткой кардомона. Из расслабленного ленивого созерцания рыбок в ближайшем аквариуме его вырывает легкий стук снаружи. Кажется Тоашш'норр'и закончил с покупками. Акио торопливо расплачивается и выходит навстречу дракону. Тот с улыбкой протягивает Юлеку мороженое, игнорируя закатившего глаза шоумена. Акио вздыхает и смиряется – не отнимать же у радостного ребенка вкусняшку. К тому же малыш только-только успокоился и расслабился.
Оставив машину на парковке они втроём идут к Грани. Юлек шагает между Тоашш'норр'и и Акио, лижет мороженое и засыпает Тоашш'норр'и вопросами о Волшебном лесу и его жителях:
– А ты правда дракон? А ты большой дракон? А твоя жена тоже дракон? А много вас в Лесу? А кто еще в Лесу живет? А если есть эльфы, – я вот эльф – наверное, есть и гномы, да?
Акио смеется. Тоашш'норр'и хмыкает, глядя сверху вниз на зеленую макушку и отвечает максимально подробно. Глаза эльфенка загораются восторгом и предвкушением. От нетерпения он начинает слегка подпрыгивать на ходу.
При переходе Тоашш'норр'и берет Юлека за руку, а Акио за другую, – так и шагают втроем одновременно. И неуловимо меняются, едва ступив на зеленый травяной ковер Волшебного леса:
Глаза Тоашш'норр'и наливаются ярким нечеловеческим золотом, золото проступившей чешуи горит на заострившихся скулах и весь его силуэт становится вытянутее, изящнее, движения приобретают тягучую грацию хищника.
Акио с видимым облегчением разлохмачивает волосы, высвобождая треугольные бархатно-черные уши, обвивает бедра тонким изящным хвостом и огорченно косится на штаны в районе спины:
– Опять порвались…
Юлек таращится на них во все глаза, а потом переводит взгляд на свои руки и лес прорезает восторженный вопль. Его собственная кожа теперь уже совсем нечеловеческая, нежно-зеленого оттенка и почти прозрачная, так что под ней видно венки. Юлек вертит ладонью перед лицом и тихо попискивает от переполняющих его эмоций, глядя, как сквозь кожу проступают золотистые узоры его клана. Великий лес принял свое дитя.
Тоашш'норр'и тем временем отходит на десяток шагов и оборачивается. Акио тут же нагружает его сумками, не обращая внимания на ворчание в голове:
– Я слыхал, у людей есть ездовые собаки, ездовые лошади. Но еще ни разу не слышал о ездовых драконах.
Юлек уже даже не попискивает, только почти благоговейно оглаживает драконий бок, потом поднимает на Акио сияющие глаза и почему-то шепотом делится:
Тоашш'норр'и в голове у Акио смеется. Акио аккуратно подсаживает Юлека на драконью спину, не удержавшись от шпильки:
Чешуя у дракона, несмотря на золотой блеск, шероховатая и теплая. Юлек, ерзает, устраиваясь поудобнее, почти ложится, прижимаясь к ней щекой. Тоашш'норр'и предусмотрительно накидывает на него воздушные путы и немного согревающих чар. Юлек не замечает. Он блаженно жмурится и разве что только не мурчит.