Ника Светлова – Кольцо с гранатом (страница 2)

— Я не — Алиса зажмурилась, потому что перед глазами что-то вспыхнуло. Картинка. Так бывает, когда ты пытаешься вспомнить сон, и вдруг один кадр выныривает целиком, со светом и запахом.

Высокие стеллажи. Книги. Пыль в лучах солнца. И мужчина в льняной одежде. Спина. Он уходит, быстро, чеканя шаг, и она хочет крикнуть, но не может.

— В библиотеке, — выдохнула Алиса. Открыла глаза. — Высокие стеллажи. Ты уходил.

Он побледнел. На секунду Алисе показалось, что свет над их столиком мигнул, но, скорее всего, просто забегали глаза.

— Александрийская библиотека, — сказал он. — Две тысячи сто семь лет назад. Ты была хранительницей архивов. Я — центурион Пятого легиона. Мы прожили вместе почти три года.

Она нервно усмехнулась. Смех вышел скрипучий и громкий, кто-то из соседнего столика обернулся. Алиса прикусила губу.

— Уходите, — сказала она. — Я сейчас закричу. Правда.

Он не стал спорить. Поднялся, одёрнул пиджак. Но на полпути обернулся.

— Меня зовут Ян. Я живу на Кленовой, 12. Если решишь прийти у нас есть время. Полгода. До твоего тридцатилетия. Если ты не вспомнишь, я исчезну. Навсегда.

Она моргнула. И его не стало.

Алиса сидела и смотрела на пустой стул. Он был немного сдвинут. На сиденье, на бархате, осталось тёмное влажное пятно, возможно, от его ладони. Или от чужого пролитого коктейля. Она не знала.

Она потянулась за сумкой, чтобы достать телефон, и наткнулась пальцами на что-то твёрдое. На дне сумки, там, где точно ничего не было, лежала визитка. Без логотипа, без адреса. Только одно слово:

«ЖДИ»

Алиса перевернула её. На обороте был номер телефона. И короткая подпись: «Андрей. Ты помнишь меня?»

Она уставилась на визитку, чувствуя, как по спине ползёт холод. Она не брала её. Не могла взять. Она вообще не носила визитки.

— Алиска! — Лика подлетела сзади, тяжело дыша. — Ты чего такая белая? Опять этот мужик? Слушай, мне кажется, он на тебя странно смотрел. Я хотела подойти, но он уже ушёл. — Она заглянула через плечо Алисы. — О, визитка. Ты кого-то подцепила?

— Нет, — сказала Алиса. — Я не знаю, откуда она.

— Может, кто-то из обслуживания подложил. Или тот мужик оставил.

Алиса покачала головой. Она была уверена, что Ян не оставлял визитку. Он ушёл мгновенно, не обернувшись. И от него пахло сандалом и грозой, а не этим холодным запахом духов.

— Выбрось, — сказала Лика. — Мало ли, маньяк.

Алиса сжала визитку в кулаке и убрала в карман джинсов. Она не выбросила.

— Поехали домой, — сказала она. — Я устала.

Лика не спорила. Они вышли из бара, и на улице Алиса вдохнула сырой ночной воздух. Пахло асфальтом после дождя.

Всю дорогу в такси она молчала. Дома, стоя под душем, пыталась стереть с себя запах бара. Липкий сироп, дешёвые духи, чужой пот — всё это сливалось в один тяжёлый, въедливый шлейф. Мылила руки дважды, но когда вытерлась полотенцем, заметила, что на пальце, безымянном, осталось что-то. Полоска. Белая. След от кольца. Хотя она никогда не носила колец.

Ночью ей приснился коридор. Длинный, каменный, с колоннами. И кто-то бежал по нему в доспехах. Она хотела закричать, но не смогла. Проснулась в пять утра от того, что в носу защипало.

Горелый запах.

Алиса встала. Обошла квартиру. Проверила плиту, розетки, даже заглянула в духовку. Ничего. Но запах был. Горький, терпкий, как от книг, которые бросают в костёр.

Она села на пол у подоконника и прижалась лбом к холодному стеклу.

— Кленовая, 12, — прошептала она в темноту. — Я запомнила.

И она не знала, зачем запомнила. Но адрес сидел в голове так же крепко, как её собственное имя.

Глава 2. Кленовая, 12

Утро было серым, каким-то липким. Небо висело низко, и казалось, что если поднять руку, можно коснуться влажной ваты облаков.

Алиса сидела на полу у подоконника, обхватив колени, затекли ноги, спина ныла. Она так и не легла, просто сидела и смотрела, как за окном просыпается город. Где-то внизу проехал трамвай, лязгнул на стыке рельсов. В соседней квартире зашумел душ, соседка всегда включала воду ровно в шесть пятнадцать. Мир был нормальным. Обычным. Кроме одного, запах горелого папируса всё ещё стоял в носу, хотя она уже проветрила квартиру трижды.

Встала, размяла затёкшие ноги. Потянулась к телефону, который лежал на подоконнике. Зачем-то открыла карты и набрала в поиске: «Кленовая, 12».

Адрес нашёлся сразу. Старый район на другом конце города, частный сектор, несколько домов вдоль реки. На карте это был просто зелёный квадрат. Ни фотографий, ни отзывов не было. Место, которое никто не замечает.

Зазвонил телефон. Высветилась фотография Лики.

— Ты как, живая? — голос у подруги был бодрый, хотя вчера она вернулась из бара далеко за полночь. — Я тебе три раза писала, ты не ответила.

— Всё нормально, Лик. Задумалась.

— О чём? О том мужике, который к тебе подсел?

Алиса замерла.

— Ты его видела?

— Издалека. Высокий, в сером костюме. Я хотела подойти, но потом он исчез куда-то. А ты сидела с таким лицом, будто тебя током ударило. Кто это?

Алиса покусала губу. Ей хотелось рассказать про запах, про библиотеку, про «я ждал тебя целый год». Но она знала, как это прозвучит, даже для Лики, которая ко всему относилась легко, это было бы слишком.

— Просто странный незнакомец. Подсел, спросил, который час, и ушёл.

— Врёшь, — констатировала Лика. — Но я не лезу. Приходи вечером в «Зелёную чашку», расскажешь, когда созреешь.

— Я не знаю, смогу ли.

— А ты попробуй. Кофе за мой счёт.

Алиса пообещала подумать и отложила телефон.

Она не пошла в офис. Вместо этого надела джинсы, свитер с вытянутыми рукавами, который она носила дома, и вышла на улицу. Без плана. Просто чтобы двигаться, не сходить с ума.

Дождь моросил с утра. Мелкий, почти невесомый, он оседал на волосах, делал их влажными и тяжёлыми. Алиса подняла воротник и пошла вдоль проспекта, не глядя по сторонам. Сама не заметила, как ноги привели её к трамвайной остановке, с которой ходил маршрут номер восемь в сторону реки, к частному сектору.

Она не планировала ехать. Она планировала просто пройтись. Но когда трамвай подошёл, звякнул дверями и замер, она вошла.

Вагон был почти пуст. Алиса села у окна, прислонилась виском к холодному стеклу. Смотрела, как проплывают мимо серые коробки новостроек, потом хрущёвки, потом старые кирпичные дома с облупившейся штукатуркой. Потом и вовсе пошли частные домики с покосившимися заборами и голыми ветками яблонь.

Трамвай довёз её до конечной. Алиса вышла. Дождь кончился, но воздух был влажным, пахло речной водой, мокрой листвой, прелыми листьями. Осенью, хотя до осени было ещё далеко.

Кленовая улица нашлась не сразу. Она уходила вбок от главной дороги, узкая, мощёная старым булыжником. Вдоль неё росли высокие клёны, их кроны почти смыкались над головой, образуя зелёный тоннель. Деревянные дома с резными наличниками и покосившимися крыльцами стояли по обе стороны. Кое-где в палисадниках ещё цвели поздние георгины.

Дом номер двенадцать стоял в самом конце, почти у обрыва к реке.

Алиса остановилась у калитки и замерла.

Она ожидала увидеть мрачное поместье с заколоченными окнами или, наоборот, ультрасовременный особняк с сигнализацией. А это был обычный деревянный дом. Двухэтажный, выкрашенный в спокойный синий цвет, с верандой, увитой плющом. На подоконниках стояли горшки с пышно цветущей геранью — красной, почти кричащей. У крыльца рос куст жасмина, уже отцветающий, но ещё хранящий в бутонах сладкий, приторный запах.

Калитка была открыта. Просто приоткрыта, как будто ждали, что кто-то войдёт.

Алиса вошла. Крупный гравий хрустел под ногами в нескольких местах проросший травой.

На скамейке у калитки лежала белая лилия. Свежая, только что срезанная, с каплями воды на лепестках. Алиса оглянулась, вокруг никого не было. Только река внизу шумит и ветер в листьях.

Она взяла цветок. Он пах сладко и холодно, как парфюм, а не как живое растение. Внутри что-то ёкнуло. Тревога. Почему-то не радость, именно тревога. Лилии были её любимыми цветами в детстве, но она не говорила об этом Яну. Откуда этот цветок?

Она хотела спросить Яна, но передумала. Почему-то не захотела говорить ему об этом. Просто положила лилию в рюкзак так, чтобы он не увидел.

И пошла к дому, чувствуя, что за ней кто-то следит. Хотя, опять оглянувшись, никого не заметила.

На веранде, в плетёном кресле, сидел Ян. Он не выглядел удивлённым. На нём был простой серый свитер, без костюма он казался моложе. И уязвимее. В руке чашка, из которой шёл пар. Чай, судя по запаху, мятный.

— Ты замёрзла, — сказал он вместо приветствия. — Проходи. У меня есть плед и горячий чай.