Ника Ракитина – «Обручальник» против (страница 14)

Андрей жестко отвечал, что жаловаться Летягин может сколько ему угодно, но пусть прежде ответит на вопросы, была ли им выдана на расходы дочери на свадебное кружево сумма и какая, и не уносил ли он ее из каюты Глафиры к себе. Нехороший, в общем, вышел разговор. А когда дошло до пропавших денег, так они чуть и вовсе не подрались.

Распалившись, Звягинцев едва припомнил, что надо ему наконец найти эту самую Лидяшу, сердечную подругу Глафиры. Хотя он уже во всем сомневался. Лидяша, похоже, еще более неуловима оказалась, чем сама Глафира. Как комета. Вот хвост мелькнул, а самой и нет. Но не вдвоем же они пропали? Только что Цареву видели там и здесь — а вот сгинула, аки обры.

— За Кисей она бегает, — подсказал один из парней, верно, дружек жениха.

— За кем?

— Кисточка, — ухмыльнулся второй, с приплющенной белявой головой, — укоротили до Киси, мелкая шавка, тьфу, даже и не пнешь.

Парни эти произвели на Андрея пренеприятнейшее впечатление. И он вполне всерьез подумал, а не помог ли один из них Глафире перевалиться через борт. Мало ли какие отношения между ними всеми построены. Или вон решился отомстить за детские обиды. Или она им всем тыковку поднесла, когда решила за Тихона выйти замуж.

Поиски Лидяши и дальше не задались. Часть гостей таковой вовсе и не помнила, разве что смешную лохматую собачку, но была ли при ней девица со странным именем? Андрей отчаялся до того, что спросил о ней миллионщицу Цапкину. И та, обычно склочная и скандальная, почему-то аж шарахнулась от сыщика. И тихим голосом говорила. От Цапкиной сильно разило духами — дорогими, явно на заказ сделанными. Но в таком количестве! Любой недорогой «Гиацинт» плакал бы в сторонке. Впрочем, даже облейся скандалистка тем «Гиацинтом», Звягинцев не поверил бы, что она вламывается в чужие каюты и лишает жизни невинных девушек. Любила бабка Нюра котиков и скандалить. А поди поскандаль с утопленницей!

Тут его сзади тронули за рукав.

— Ох, простите сердечно. Говорят, вы меня искали?

На Андрея смотрела, моргая близорукими глазами, согласно описанию, та самая Лидяша Царева, сердечная Глафирина подруженька.

Андрей вцепился в локоть девицы и поволок ее в затишный уголок, радуясь, что песика при Лидяше нет, а то бы мог и цапнуть от ревности.

— Простите великодушно, я собачку искала, — объяснила Лидяша скрипучим сопрано. — Она такая непослушная, качка еще, вот и вырвалась. Но ладно, нигде ее нет.

Сыщик принялся задавать вопросы, задействовав магию, и сразу стало ясно, что Лидяша не врет. Глафира ее в свои планы не посвящала и удалилась в каюту сразу после обеда.

Между тем, как краем глаза видел Андрей, Марина отошла от Тихона, на вид подавленного и мрачного — а когда удачно куры строишь, такой морды лица не бывает. И сразу на душе полегчало.

— Ну, носик припудрить, понимаете… — сообщила Лидяша стеснительно. — Там еще этот жуткий туман ожидался. И нам про него такого понарассказывали, что лучше было тихо сидеть у себя. А Кися как раз сбежала, и мы мало поговорили, о ней только, куда могла запропасть. Тут этот ужасный кот, кота видели? — Звягинцев понял, что Лидяша перестает ему нравиться. — Он же ее обидеть мог. Но она тогда у меня в каюте нашлась. Под кроватью. Или как это на корабле называется?

— На судне, — машинально поправил Андрей. — Так что Глафира?

— После обеда Глашенька счастливая такая была, словно что-то плохое с плеч скинула. Вы же знаете, родители ее чуть ли не насильно сговорили, ну, пообещали долю в наследстве сразу в приданое выделить, и ей деньги отдельные от мужа. Ну, хоть бы на кружева. Вы знаете, какие кружева в Понизье плетут с речным жемчугом? — Лидяша закатила близорукие глаза. — Мне никогда на эти кружева денег не собрать, даже на воротничок какой.

— То есть, вы знали, что деньги при Глафире?

— Ага, в кофре, в потайном отделении, — не стала Лидяша темнить. — Ну и парюра бабкина на ней. Красота несказанная.

— Так чему вдруг так обрадовалась после обеда Глафира Летягина?

— Чему — не знаю, а только сказала, что солнышко ей улыбнулась и счастье подарило. Я даже спросила, уж не столковались ли они с Тихоном. Только в ответ оно засмеялась и мне сказала, чтобы я глупостей не болтала и вообще обычное у нее настроение, как всегда, а остальное привиделось мне. А еще сказала, что меня сердечно любит. И на свадьбу подружкой непременно позовет.

— То есть, мыслей и слов о самоубийстве у нее не было?

— Ой да какое! — Лидяша смеясь махнула рукой. И осеклась. — Нет, не было. У ней сердечный друг был.

— Что?!! — это существенно меняло дело. Андрей вцепился в девицу волкодавом: — А на судне он был?

— Нет, не думаю, — повела та плечиками. — Не можно-с при женихе. Да я вообще о нем случайно узнала и мало, обрывками мнение составила. Не хотела Глаша о нем говорить и имени не называла. Я так думаю, родителям ее он бы не понравился.

— Матрос?

— Почему матрос? Ну, я не знаю, — кивнула Лидяша кучерявой головкой и тут же вскинулась. — Ой, Кися! Простите сердечно, мне идти надо, Кисю ловить.

И испарилась. Вот только что была, а уже и непонятно куда делась.

На палубе Клюева говорила с матросиком из команды, но тот оказался к Андрею спиной и его загораживал. Однако когда Марина заметила начальника, то расцвела такой улыбкой, что он простил ей все прегрешения реальные и вымышленные. Это была прелестнейшая и нежнейшая из всех улыбок, полностью лишенная подвохов. Андрей даже вздохнул радостно, словно сбросив с плеч тяжкий груз.

Слегка кивнув, он отправился искать нужный трап и наконец оказался там, где нашли лоскут платья несчастной Глафиры. Палуба блестела под луной, да еще и оказалась скользкой, точно на нее вот только вылили доброе ведро воды. Перила тоже были протерты, и даже заусеница заглажена. И, разумеется, Андрей не сумел снять ни одного отпечатка пальцев, как ни старался, хотя караульные клялись и божились, что не отходили ну ни на минуточку и даже ужин им стюард приносил.

— Какой стюард⁈ — сделал стойку сыщик.

— Да не пускали мы его к месту ни на полшага. И в руках у него поднос был, а не ведро.

Андрей проверил ведро с пожарного щита, в него насыпался мелкий сор, и было оно совершенно сухим и нетронутым, даже паучок свил ловчую сетку на дне, а это два часа, не меньше. Палубу же вымыли вот только что! Или оба эти увальня врут, или мистика! В которую ему верить категорически не хотелось.

В магию Звягинцев верил, да, но то была обычная магия, исходящая из возможностей человеческого организма, не более. Артефакт… Сыщик интересовался этим разделом ворожбы и сильно в нем преуспел, но ни разу не слышал об артефакте, который самостоятельно вымыл бы шваброй палубу и растворился так, чтобы его не смогли заметить.

Караульных он отпустил, больше здесь все равно ловить было нечего.

— Да что ж такого, барин, — гудели матросы кланяясь. — Ежели кто помыл, так это ему Котел нашептал, а нам очи отвел.

— Или вам их залили! — брякнул Звягинцев, выясняя фамилию стюарда, но сознавая, что ни спиртным, ни другими какими растворами от матросиков не пахнет. Скорее всего, и тут тупик.

Стюарда он решил пока не трогать. Вот если тот попытается сбежать с судна — то вина на нем. Известил Балабанова и вернулся к Марине, осененный мыслью, что она может опробовать на мокрой палубе свою свежую магию. А вдруг как обнаружит что!

И так у него на душе после той ее улыбки снова весело сделалось, что решил девочку слегка разыграть. И вроде получилось даже, только… Ну вот зачем она него так смотрела⁈ Забыть бы. С трудом себя в руки взяв, потащил Андрей помощницу на нижнюю палубу, строя планы на дальнейшее расследование.

Но снова дело не выгорело. Напрягшись, помощница коснулась палубы, последовала легкая вспышка, и Марина вскрикнула. Андрей перепугался так, что аж в глазах потемнело. Но все с Клюевой было в порядке, кроме самолюбия. Расстроилась, что помочь не смогла. Только сообщила, что почуяла нечто техно-магическое, и, возможно, Котел приказал стереть все следы.

Слушать эту чушь Звягинцеву было и смешно, и грустно. Марина выглядела не только огорченной, но и усталой, и он отправил девушку спать. Нужно было еще разогнать толпу сплетников с верхней палубы, но тут Андрей надеялся на помощь капитана. Отпечатки с них на ночь глядя он снимать не собирался.

Когда сыщик уже направлялся в свою каюту, догнала его страшная мысль: а вдруг как кто-то на Марину покусится⁈ Вдруг тут какой-то заговор против невест⁈ А он не предупредил даже, чтобы осторожнее была, запиралась как следует. Собрался было обойти судно, иллюминатор в ее каюте снаружи проверить, но понял, что выглядеть будет как раз как тот самый злоумышленник. А не дай бог увидит кто, так еще и про девочку плохое подумать могут. К порядочным барышням даже женихи в окна не лазают.

Уже раздеваясь, подумал Андрей, что можно было бы ночевать устроиться под тем самым иллюминатором, но тогда рисковал бы во сне перекатиться под решетчатым фальшбортом и очухаться в воде. Хотя, ведь привязаться можно было бы…

На этом он заснул, едва голова успела коснуться подушки.

Глава 7

Утро началось шумно. Причем невозможно раннее утро, на которое Марина Клюева совершенно не рассчитывала. Вчера же, как ушла в каюту, так долго еще писала письмо Мигелито, обо всех странностях этого дня досказывая, что прежде не успела, ну и об исчезновении невесты, разумеется. Об этом — с особым азартом. Расследование же! Вот и рассчитывала она поспать сегодня до самого завтрака. Но…