Ника Марш – Империя порока. Блудницы, проститутки и содержанки в царской России (страница 2)
Что же за настойчивое упоминание разврата? Неужели в XIII веке этот вопрос стоял так остро, что древнерусский автор из раза в раз пишет об одном и том же? И насколько его точка зрения вообще отражает положение вещей? Был ли блуд столь распространенным явлением, что о нем приходилось говорить подробно и часто?
Принято считать, что в допетровские времена организованной проституции на Руси не существовало. В первую очередь имеются в виду публичные дома. Действительно, отыскать в старинных документах и летописях упоминания о «блудных пристанищах» не представляется возможным. Однако будем честны: за 600 лет человеческая сущность не слишком изменилась. И естественные потребности человека X или XII веков ничем не отличаются от тех, что мы испытываем сейчас. А когда есть спрос, то рождается и предложение.
Но есть нюансы. Безотносительно Руси, проституция «расцветала» там, где одновременно скапливалось множество здоровых мужчин детородного возраста. И конечно, при наличии у них свободных денег. И в X столетии, и в XIII, и позже таким нуждающимся в женской ласке сообществом было… воинство. Их семьи оставались далеко, а они оказывались в ситуации физиологического голода, который трудно было утолить.
В мирное время человек существовал в других условиях. Прежде всего он был скован нормами морали, законами общества и церковными правилами.
П
Более того, даже повторный брак был доступен не всем. Например, вдовый священник не мог рассчитывать на вторую женитьбу. Не разрешали жениться и тем, кто был виновен в доказанном прелюбодеянии…
Если князь Владимир до принятия христианства легко сожительствовал с разными женщинами, то после 988 года оказался лишен такой возможности. Муж порфирородной Анны Византийской просто не мог себе позволить прежних удовольствий, доступных язычнику. Ему пришлось пойти на это: брак с Анной являлся не просто союзом представителей двух правящих династий (причем не равных по своему значению и влиянию). Он позволял Владимиру примерить новый статус: русский князь превращался в родственника императоров Византии, вставал на одну ступень с базилевсом…[7]
По церковным канонам прелюбодейство считалось одним из самых греховных деяний. Седьмая заповедь гласила: «Не прелюбы сотвори». Поэтому человек, желавший для себя Царствия Небесного после смерти, не мог вести себя разнузданным образом…
На практике, разумеется, происходило всякое. Одно лишь принятие христианства не гарантировало, что новообращенные станут вести праведную жизнь (правда, с князей спрос иной! В ту переходную пору они были обязаны демонстрировать лучшие качества). Человек оставался человеком. Мужья утешались в объятиях холопок, а их жены не всегда проявляли покорность и смирение. Ох, как сокрушался наш средневековый автор по этому поводу!
Можно подумать, что современник Заточника – человек исключительно мудрый, уравновешенный, достойный восхищения. Ведь: «Жены, учитесь у мужей!» Вне всякого сомнения, мужья в XIII веке не были поголовно идеальными. Князь Ярослав Владимирович Галицкий при живой супруге завел любовницу Настаску, что привело к мятежу в его землях. Разумеется, Настаска была только поводом – у князя не затухал застарелый конфликт с боярами, – но несчастную женщину выволокли из палат и сожгли заживо, обвиняя в колдовстве и блуде. Кстати, если вы прежде думали, что на Руси никогда не преследовали ведьм, то вы сильно заблуждаетесь. В Псковской второй летописи сохранились сведения о том, что в 1411 году «псковичи сожгоша 12 жонок вещих». А когда велась бескомпромиссная борьба против ереси жидовствующих, то обвиненных обряжали в колпаки с надписями «се есть сантониновое воинство», а потом поджигали прямо на них головные уборы… Таким образом, люди сгорали заживо.
Но была ли продажная любовь на Руси в то время, когда писал Заточник? Очень интересный вопрос!
Русь на протяжении столетий поддерживала тесные отношения с Византией. А там, как известно, проституция существовала с незапамятных времен и была чрезвычайно распространена. Торговые люди наверняка слышали о заведениях, где девушки за деньги предавались разврату. Пускай самый известный лупанарий при императоре Феофиле[8] передали в ведение госпиталя, работали и другие дома. Как писал русский историк Александр Рудаков: «Это была настоящая язва… которая сопровождала старую, утонченную культуру, с ее пониженным моральным чувством, хотя порою и экзальтированными периодами раскаяния»[9].
В Византии существовали несколько возможностей для занятий проституцией – были специальные заведения, предоставляющие подобные услуги, была театральная проституция, а были и питейные с женской прислугой, где интим не являлся основным видом заработка, но нисколько не порицался.
Е
То, что история византийской проституции на Феофано не завершилась, косвенно подтверждает византийский монах Михаил Пселл. Согласно его записям, император Михаил IV Пафлагон[10] построил в столице империи большой приют для нищих, а еще специальный монастырь для бывших проституток (соответственно, этим ремеслом продолжали заниматься и при Михаиле IV). Правитель занимался благодеяниями, поскольку нередко испытывал безумные страдания – он был подвержен эпилепсии, и во время важных приемов по обоим бокам от его трона развешивали специальные занавесы на случай, если приступ случится в неподходящий момент. Тогда его смогли бы укрыть от посторонних глаз. А когда Михаил IV почувствовал приближение смерти, то предпочел постричься в монахи.
Могли ли русские путешественники и купцы, посещавшие Византию, захаживать в лупанарии? Теоретически такое вполне возможно. Однако записей об этом они нам не оставили!
История проституции тех времен вообще собирается буквально по крупицам! На Руси и термина-то такого не было – только в XVIII столетии, в правление Екатерины II, употребили слово «проститутка». До того все сношения вне брака назывались блудом, и за него, повторюсь, следовало наказание.
Чтобы ступить на скользкую дорожку продажной любви, женщина должна была в первую очередь отбросить внушаемые ей с детства правила «доброй жизни».
Речь идет не только о десяти христианских заповедях, но и о собственных нравственных устоях русского общества.
Во-вторых, она должна была бы получить возможность для свободного перемещения и действий.
И в-третьих, у нее должна была сложиться жизненная ситуация, при которой торговлю собой она считала единственным выходом.
Итак, устои. Человек из русского Средневековья жил по правилам, установленным церковью и согласно законам, продиктованным князем.
Блуд не разрешался (ибо князь так же, как и простой смертный, прислушивался к мнению священников).
Девушка из русского средневекового города жила в атмосфере, в которой тема свободной продажи тела просто не возникала. Продавались пленники – о чем знали все (как и о том, что пленницы иногда превращались в наложниц). Весьма преуспели в этом ордынцы.
Но интимные услуги в обмен на золото не считались частью нашей культуры. В отличие от той же Византии, Древнего Рима или Венеции в эпоху Ренессанса.
Глава 2. Блуд в «грозные» времена
На протяжении веков сам уклад жизни был выстроен таким образом, что свободное перемещение женщины – без сопровождения прислуги или родственников – оказывалось возможным крайне редко. Отцы и братья следили за нравственностью дочерей и сестер, жены занимали в доме определенную половину, попасть куда посторонним было практически невозможно. Знатную девушку ограждали от общения с мужчинами с ее рождения до момента замужества. Знатная женщина легко поддерживала связь с родственницами и подругами, но ей было крайне затруднительно выстроить отношения с посторонними лицами мужского пола. Означало ли это, что их не существовало вовсе? Конечно нет. Иногда такое случалось.
Правительница Елена Глинская, мать Ивана Грозного, приблизила к себе князя Ивана Федоровича Овчину Телепнева-Оболенского. Боярин, воевода, по свидетельствам современников был невероятно хорош собой. Глинская доверяла ему и опиралась на него. Однако в ту пору она вдовствовала! Могла ли такая женщина завести любовника при жизни великого князя? Очень сомнительно, учитывая само положение Елены. Девушка из не самого влиятельного рода была выбрана для роли матери престолонаследника. Рисковать потерей такого статуса она бы не стала – как показывает история ее правления, Елена Глинская была весьма умной и прозорливой.