Ника Лемад – Стынь. Самая темная ночь (страница 19)

– И это пиши. Не сюда, бланки, что ль, не разбираешь? Виктор подтвердит?

– Он здесь, у входа. И официантка подтвердит.

– Уже легче, – пробормотал Радик, снимая трубку с телефона и вслепую нажимая кнопки дежурного. – Поднимите-ка сюда Виктора Ликариса.

– УАЗ Патриот, – подсказал Кирилл. Следователь продиктовал, в какую машину лезть за свидетелем.

– Адрес кафе, – швырнул в Кирилла ручкой и следующим листом бумаги. Вцепился в волосы. – Господи…

– Почему именно с восьми часов нужно алиби? – осторожно поинтересовался Кирилл. – Разве не могли улики попасть туда раньше?

– Дезинфекция была с семи до восьми, – растолковал Деместров как слабоумному. – И вообще это не твое дело. Твои образцы в лаборатории есть, так что сегодня секса не будет. Свободен. Ах, да, учти, что Рокшаев добрых чувств к тебе не питает, особенно после того, как узнал о процедурах, которые ему предстоят, поэтому лучше на глаза ему сейчас не попадайся.

Виктор уже стоял под кабинетом в сопровождении человека в форме. Как только Кирилл оттуда вышел, его сразу завели. На этот раз меч пролетел мимо, и чем в дальнейшем это обернется, покажет экспертиза. Но тяжесть на душе заметно сдвинулась. Примостившись на стуле, Кирилл приготовился ждать, сколько нужно, а потом в порыве благодарности и выслушать план по поводу клуба, в который Виктор очень сильно верил.

***

– Дурная идея, – сказал Виктор.

Они покинули отделение, и Кирилл настоял на поездке в больницу. Ему никто не запрещал там появляться и прежде, но только теперь собрался с силами. Стоило лишь представить лица медсестер и врачей, как начинали слабеть колени.

– Чувствую себя так, будто бросил ее, – признался, разрываясь между желанием увидеть Карину и неготовностью опять выносить напряжение, возникавшее везде, где бы он ни появился.

– Ей все равно, – негромко заметил Виктор, поглядывая вбок. Только из-за этого Кирилл осознал, что весь дрожит и вцепился в ремень безопасности в таком ужасе, будто они летели на бешеной скорости к обрыву. Тошное ощущение.

Заставил себя разжать пальцы.

– Ты был там? – спросил после паузы.

– Да. Карина лежит с закрытыми глазами, а вокруг все пищит. Посидел полчаса. – Виктор пожал плечами. – А что толку?

– Боже…

Беглый взгляд Виктора коснулся Кирилла и вновь устремился вперед.

– Телефон. Звонит.

Кирилл молча сбросил звонок.

– О чем тебя спрашивали? – развернулся к нему водитель.

– Где был. – Опять завибрировал мобильный, прижатый к бедру. Кирилл вздохнул. – Что делал. С кем был. Все как обычно.

– Я тоже рассказал правду. Так что… – Виктор опустил глаза вниз. – Настырный кто-то, да?

– Папа. – Проигнорировав звонок, Кирилл уставился в окно.

– Отвечать не будешь?

– Я знаю, что он скажет.

– И я узнаю вечером, – пробормотал Виктор, сворачивая к больнице. – Приехали.

Поднимались на этаж они в гнетущем молчании. Обстановка не располагала к болтовне, Виктор тихонько здоровался с каждым, кто им встречался, Кирилл смотрел себе под ноги. На этот раз у дверей реанимации никто не дежурил, поэтому Кирилл без помех попал внутрь. И сразу встал столбом, когда разделявшая его и Карину преграда исчезла. Писк стал оглушительным, а она сама – еще более неживой, чем через стекло. Бледная до синевы, неподвижная и чужая. Оболочка.

Будто перед гробом стоял.

В горле образовался комок, а на глаза навернулись слезы. Кирилл быстро заморгал.

– Она умерла, – шепотом произнес Виктор, вставая рядом. Так же, как и брат, смотрел на очертания под простыней. – То, что мы видим – не настоящее.

– Она тебе нравилась, – справившись с эмоциями, так же шепотом ответил Кирилл. Виктор вгляделся в его профиль.

– Как и тебе.

– Мы выросли вместе. Конечно, мы были близки.

– Но не до такой степени, чтобы потерять голову.

– О чем ты? – нахмурился Кирилл, скашивая глаза.

– Была бы настоящая страсть, ты бы не клялся направо и налево, что пальцем ее не касался, – объяснил Виктор. – Ну смешно же.

– Тебе смешно? – задохнулся Кирилл.

Виктор, вздрогнув от резкого звука, развернул брата и поторопился вытолкать за дверь, от которой они далеко не отошли.

– Не кричи. Ты понял, что я имею в виду, – торопливо говорил, притягивая тяжелое металлическое полотно на место, пока замок не щелкнул. И тут же сошел с лица: – Надо же…

– Опять ты здесь? – раздалось за спиной Кирилла шипение, и он даже не удивился тому, как неудачно сходится время и место их встреч.

– Ухожу, – отозвался не глядя.

– Вали! – прорычала Кира. Наступая, уперлась в Виктора и из-за его плеча оскалилась: – И близко не подходи к ней, чучело!

– Мы не подходили, – увещевал ее Виктор, молясь, чтобы на крики не сбежались тетеньки в халатах и не насели со своими правилами. – Только-только пришли.

– Ты обещал! – переключилась на него Кира. – Обещал, что не станешь слушать его! Ты же сам грозился прибить этого садиста!

Виктор нервно обернулся на Кирилла и порадовался, что тот витал где-то не здесь.

– Не ясно еще ничего…

– Неважно! Если б Карина не встречалась с ним, то была бы… – Подавившись плачем, на миг Кира спряталась в ладони, а Кирилл в это время попросту сбежал, оставив Виктора за миротворца. Дожидался у машины. При звуке звона ключей открыл глаза; веки покраснели и опухли, как при аллергии, а сам взгляд блуждал по полупустой стоянке и остановился на ярком пятне: белой машине скорой помощи.

– Ты в клуб не собирался сегодня? – обратился он непонятно к кому.

– Нет. Хотя… поедем?

Моросящим маревом стлался по дороге мелкий дождик, разбрызгиваясь по лобовому стеклу. В грязное небо врывалась сплошная стена сумрачной зелени пихт и кедров. Привкус грязи и мокрой травы, ощущение промозглости заставили Виктора поднять стекло. Кирилл, напротив, свое опустил и, не обращая внимания на оседавшие на лице капли, прислонился виском к обшивке, бездумно глядя на пролетающий мимо почерневший лес. Он исчезал и стирался, оставаясь позади за автомобилем, а Кирилл провожал его взглядом через зеркало. Не пели птицы, не слышались голоса зверей; не доносилось ни одного живого звука. Природа мокла, застывала и засыпала. Монотонное покачивание притупляло нервы, взвинченность сменялась изнеможением, и ему тоже хотелось спать.

Кирилл прикрыл потяжелевшие веки и отдался усыпляющему ритму. Виктор ехал не торопясь, на неровностях дороги мягко пружинили колеса, когда вдруг удар по тормозу и ругань водителя резко сбили вяло текущие размышления.

Кирилл встрепенулся, моментально вывалившись из полудремы.

– Вот черт! – выкрикнул Виктор во весь голос, когда машину занесло, и она, протащившись еще несколько метров по асфальту, встала боком. Кирилл улетел вперед, грудь вдавилась в натянувшийся ремень, а руки уперлись в панель, моментально заныв в локтях. Челюсть клацнула, а глаза распахнулись, шаря вокруг еще через пелену сна. Мысли сбились. Гулко колотилось сдерживаемое лямкой сердце.

– Что случилось?

– Не знаю. – Виктор бешено озирался, до побеления костяшек вцепившись в руль. Переведя дыхание, он отстегнул ремень и вылез из машины. Кирилл прижался к лобовому стеклу, не видя ничего необычного. Машинально ощупал свои руки, потому что не отпускал образ локтей, вывернутых в другую сторону. Оказалось, все в порядке, просто отдача.

– Там был человек, – донесся охрипший голос брата.

– Ты уснул? – высунулся в окно Кирилл.

– Я серьезно! – заорал Виктор, хватаясь за голову и вертясь вокруг себя. – Кирилл, он бросился наперерез! Выпрыгнул из ниоткуда, весь в белом… твою мать… – Дрожащей рукой Виктор провел по лицу.

– Вспышка, может? Фары отразились от луж?

Паника оказалась заразной. Кирилл протер глаза, окончательно просыпаясь. Выбрался наружу. Оглядел одну пустую обочину, потом проследил до противоположной. Сунулся под машину; ничего там не обнаружив, выпрямился, щурясь под моросью. Под полог густой, отливающей холодной зеленью темноты убегала бесконечная глубина, и там также притаилась тишина. Воображение играло с ними: университет, полиция, больница и припадок Киры впридачу.

Кирилл почувствовал, как зашевелились волосы на затылке. Одного взгляда на брата хватило, чтобы понять, что за руль его пускать нельзя.

– На тебе лица нет.

– На себя посмотри! – выдавил Виктор, горбясь.

– Я поведу. – Кирилл отодвинул Виктора и обошел автомобиль, попутно осмотрев кузов. Снял с решетки радиатора прилипший листок. Покрутив его в пальцах, обвел взглядом хвойное царство и нахмурился. – Садись. Нечего тут торчать. Олень выскочил, а тебе привиделось.