Ника Коваль – Под кожей (страница 5)
Зайдя к Антонио, я обнаружила, что он очень нервно убирается в процедурной. Протирает антисептиком столы, инструменты использованные бросает в ведро со специальным раствором. Руки подрагивают, а челюсть сжата так сильно, что жевательные мышцы вздулись твёрдыми узлами. Это был не просто стресс, это мышечный блок, реакция на острую травму. Я видела такое у пациентов после ДТП.
Не желая его пугать своим неожиданным приходом, я аккуратно стучу о край двери и шепчу:
– Антонио, могу войти?
Он слишком медленно поворачивает ко мне голову, будто его сейчас убьют, если он сделает неверное движение. В глазах страх, но как только он видит меня, расслабляется.
– Да… Конечно, заходи. – на выдохе говорит он и отворачивается, чтобы продолжить отмывать капли крови, которые запачкали пол. – Тебе что-то нужно?
– Нет, просто узнать, как ты. У тебя всё хорошо? – Аккуратно спрашиваю я, опираясь о дверной косяк. Пальцы нервно перебирают край рукава.
– Да, лучше не бывает. Спасибо, что спросила. – Даже если он пытается скрыть дрожь в голосе, у него плохо получается.
– Ты уверен?… Я видела того пациента…
– Я сказал, что я в порядке,
– Прости, Эм. Я… я не хотел на тебя так кричать. Тяжёлый день, понимаешь? Всё навалилось. – В его голосе сквозит вина, но дрожь никуда не делась. Испанский акцент стал более четким из-за испытываемых эмоций. Антонио опускает взгляд и возвращается к работе.
– Ничего, я понимаю. Прости за беспокойство. – Шепчу я, но он лишь кивает.
Выйдя из процедурной, я ещё больше погружаюсь в свои мысли. Поведение Антонио понятно, ведь этот придурок угрожал ему пистолетом. Но и также этот мрачный тип видел, что я подслушивала. Почему ничего не предпринял? Всё это странно.
Оставшуюся часть смены я ловлю себя на том, что слушаю шаги в коридоре, вздрагиваю от каждого резкого звука, замедляю шаги, проходя мимо процедурной. Голова была не просто тяжелой. Она была наполнена тягучим серым туманом, сквозь которые пробивались только обрывки его фраз и стальной блеск глаз. Я знаю одно – он меня пугает. Бежать? Это я умею. Бегала всю жизнь – от воспоминаний, от снов, от самой себя. А этот страх… он был другим. Конкретным. Осязаемым. В нём была странная честность. Как будто он пришёл не за моей жизнью, а за той частью меня, что сама уже давно умерла, но всё ещё бродит по квартире призраком. И да, я хотела его изучить. Не из азарта. Из необходимости. Понять правила новой игры, в которую меня втянули без моего согласия. Не знаю, говорит ли это во мне уже окончательно поехавший разум или азарт, но чувствую, что это всё не просто так. Что-то намечается.
Под конец смены у меня уже всё плывёт перед глазами. Голова тяжёлая, ноги ватные. Хочется домой, принять горячий душ и рухнуть в любимую кровать. Эти чёртовы глаза не выходят у меня из головы, этот голос до сих пор стоит у меня в ушах, а щека всё ещё ощущает тепло его дыхания. Мурашки снова пробегают по коже, и с губ срывается вздох.
– Ну что, подруга, едем к тебе? – неожиданно выпаливает Алис, выходя из ординаторской уже при полном параде. Белокурые волосы распадаются по плечам, молодёжная серебряная куртка, которая доходит ей только до живота, блестит на фоне больничных ламп. Чёрные джинсы облегают её бедра, и ботинки на каблучке придают ей пару сантиметров роста. Она встаёт напротив меня и озаряется белоснежной улыбкой. Подруга у меня очень красивая.
– Что? Ко мне? – В недоумении спрашиваю я. Честно, сегодня нет настроения веселиться.
– Конечно! Ты что, забыла? Сегодня же пятница!
Точно… Я совсем потеряла счёт времени. У нас с Лис есть традиция: каждую пятницу сидеть у меня, устраивать марафон фильмов и объедаться всякой вредной всячиной. Я обожаю такое времяпровождение, тем более в компании лучшей подруги. Но, видимо, не сегодня.
– Лис, не обижайся, но я сегодня не в настроении. Давай в следующий раз, – выдыхаю я.
– Так, Эмма Грей, это не обсуждается! Фильм и бутылочка хорошего вина – это святое! Отличное лекарство от плохого настроения! Поэтому не выпендривайся и поехали. – Возмущённо щебечет она и подталкивает меня к ординаторской.
– Ладно, я иду! Иду!
Переодевшись в свой серый свитер и те же джинсы, я надеваю чёрное длинное пальто, которое доходит мне до голени. Распускаю волосы, которые тут же падают на плечи мягкой волной. После смены моё лицо выглядит пугающим, поэтому я придаю ему живой вид с помощью лёгкого макияжа. Тон, ресницы и блеск для губ, ничего больше. Как только я вышла из служебного помещения, Лис сразу берет меня под локоть, и мы выходим из отделения.
На улице уже давно темно. Вечерний прохладный воздух бьёт мне в лицо, и я вдыхаю полной грудью запах осени. Свежо. Я достаю из сумочки ключи от машины и открываю дверь. Лис заскакивает на пассажирское сидение, а я завожу двигатель. Получается только с третьего раза.
– Мда, твоего старичка явно надо менять. – хихикает Алис.
– Ты же знаешь, что у меня нет на это денег Лис, – раздражённо отстёгиваю я, выезжая с парковки. – Тем более у меня хотя бы есть машина. – Не могу удержаться от поддразнивания и подмигиваю ей.
– Ах, ты! У Джереми есть машина! Зачем мне тратить деньги на собственную? – бурчит она, закатывая глаза в притворной обиде.
– Ты так же говорила, когда была с Алексом, а потом полгода каталась на «общественном транспорте, в котором воняет». Это твои слова. – Смеюсь я, сворачивая в сторону супермаркета.
– Да ну тебя! Джереми тот самый! Вот увидишь! – протестует Лис и тычет меня в плечо пальцем.
– Поживём – увидим. – Хмыкаю я и паркуюсь.
Мы заходим в супермаркет, и Алис сразу бежит за вином. Я плетусь за ней, снова погружаясь в свои мысли. Стоит рассказывать ей о случившемся в процедурной? Не знаю… Она может поднять панику и настоять на походе в полицию. Но я так и слышу этот рокочущий шёпот.
По моей коже пробегает шквал мурашек. Что он сделает, если я кому-то расскажу? Убьёт? Всё возможно.
– Белое или красное? – Голос Лис вытягивает меня из транса.
– Что? – растерянно спрашиваю я.
– Белое или красное? – повторяет она, держа в руках две бутылки вина.
– Красное. – Шепчу я и провожу рукой по волосам.
Лис смотрит на меня и хмурится.
– Эй, ты в порядке? Весь вечер какая-то потерянная. – Она оставляет бутылку белого вина на прилавке и подходит ко мне.
– Просто устала. Смена была тяжёлая, – вру я.
– Это всё из-за того парня? Который маньяк?
Я сразу напрягаюсь.
– Нет конечно, с чего ты взяла?!
Ой, через чур резко. Чёрт.
– Да потому что ты сама не своя с того момента, как увидела его, – усмехается Лис. – Что, запала? Нравятся
– Не запала. Просто он меня пугает. – Понизив голос, говорю я и направляюсь в сторону снеков.
Лис бежит за мной и не унимается.
– Ты его ещё видела? Ты узнала его имя? Вы разговаривали? – осыпает она бесконечными вопросами.
Я сделала глоток воздуха, но он не прошёл в легкие, застряв где-то в районе ключицы.
– Нет, – выдавила я, слово прозвучало плоским как картонная коробка. – Я его больше не видела.
Лис прищурилась – она слышала эту фальшь. Но к моему удивлению, лишь вздохнула, отступив.
– А чего тогда боишься? Он же тебе не угрожал и всё такое. Расслабься, возможно, ты его больше не увидишь, – бросает Лис и набирает полные руки чипсов, мармеладок и всякой такой фигни.
И правда, что я так напрягаюсь? Может, это была наша первая и последняя встреча. Не будет же он меня преследовать, правда? Зачем ему это. Вокруг дофига красивых девушек, за которыми он может бегать, точно не за мной. Если бы на моём месте была Лис, я бы не удивилась. Она красивая, добрая, сексуальная, а я… мышь серая, вот кто.
– Ну всё, пойдём на кассу. – С кучей еды в руках, которая чуть ли не падает, кряхтит подруга.
Выходя из магазина, я забираю у неё второй пакет с нашими покупками и вдруг замираю. Краем глаза я увидела чью-то тень. Шея заныла от постоянного напряжения, плечи были подняты к ушам. Каждый шорох за спиной заставлял кожу на лопатках съеживаться. Повернув голову, я вижу только пустую тёмную улицу, старые уличные фонари придают ещё более пугающую атмосферу. Что за чёрт?
– Эмми, кого ты там увидела? – спрашивает Лис, пытаясь открыть в очередной раз заевшую дверь багажника.
– Да так, кошка, видимо, пробежала. – говорю я и ощущаю внезапно возникшую дрожь в руках. Спокойно. Дыши, Эмма.
Сеть встряхнув головой, я подхожу к подруге и помогаю ей открыть эту грёбаную дверцу. Погрузив пакеты в багажник, мы уселись в машину и поехали ко мне. Алис то и дело рассказывала про их времяпровождение с Джереми, как он за ней ухаживает и как шикарно трахается. Но я особо не слушаю. Мне плевать на этого придурка, который постоянно ходит как нафуфыренный павлин с самым пышным хвостом. Мало того, что волосы постоянно назад зализывает, так ещё и выпендривается своим финансовым положением. Кольца, цепи, крутая тачка и обязательно лакированные ботинки, которые он походу чистит каждую секунду. Я не завидую, мне плевать, откуда и сколько у него бабла. Просто он никогда не пускает возможность указать мне, на каком уровне общества я нахожусь, пусть даже не прямо. Я не из их рядов. Алис живёт в обеспеченной и полной семье. У неё чудесная мама, она всегда относилась ко мне с теплотой и пониманием. Отец тоже считает меня своей второй дочерью и всегда готов помочь. Для меня это было удивлением, так как я всегда считала, что с таким отбросом как я никто возиться не будет. У её родителей есть свой бренд косметики, живут в прекрасном доме, и этот Джереми шикарно вписывается во всю эту богатую жизнь. Я же сирота, живущая в старой квартире, заполненной ужасами прошлого. Ещё и с психологическими проблемами. Кому такая нужна? Правильно, никому. Тем более этим заносчивым мажорам. Но мне повезло, что я встретила Лис. Несмотря ни на что, она всегда рядом. Помогает мне по дому, подменяет на работе и ещё много, много всего. Это единственное, в чём мне повезло.