Ника Фрост – Тёмный властелин желает развлечься (страница 21)

— Я не понял… — встрял в наш разговор «колобок», — так ты её хозяин? Так вот! Я купил её! Она теперь моя! И, вообще, я — Великий Лаир Шиш'баэ Ох’эйрен, правитель этой страны! Ты будешь подвергнут самой страшной каре — казни через четвертование! Мой архимаг уничтожит тебя, колдун…

— Колдун?! — Маору оскалился. — Ты считаешь себя бессмертным, червяк?! И смеешь называть себя великим, ты себя в зеркале-то хоть видел?

— Развлекаюсь?! — хрипло, потому что голос всё ещё плохо слушался меня, воскликнула я, обалдев от такого заявления. — Меня похитили! Так что сними этого гада с меня! Я тогда встану и ему сама лично бубенцы-то оторву! Я… — тут меня настиг приступ кашля, и договорить я не смогла.

— Похитили, говоришь. Значит он посмел трогать моё, — Шантаэр начал беззвучно опускаться всё ниже, и стражники, не догадываясь, что их вскоре ждет, радостно загомонили, пытаясь в прыжке достать до туловища коня. — Ненавижу, когда кто-то трогает моё. Ненавижу, когда не отвечают на мои вопросы. И ненавижу, когда кто-то с утра орёт! — произнеся последнюю фразу, он указал косой на стражников, и те, как и когда-то разбойники, просто испарились без следа.

— Так что, толстячок, ты только что попал. Причем по-крупному… — ещё одно движение косой теперь в направлении Шиш’баэ, и толстое тельце правителя, махнув мне на прощание «хвостом», резко отлетело в сторону и с противным шлепком ударилось о стену.

— А ты, неразумное ты животн… — Маору сделал глубокий вздох, словно пытаясь успокоиться. Хотя, судя по ровному голосу, он был сейчас и так абсолютно спокоен. — Неразумная ты, человечка, — наконец-то произнес он после небольшой паузы. — Ты вышла из шатра, ты ушла… И получился закономерный финал.

— За-закономерный? — я смогла немного подняться и даже оправить задранную юбку, и тут же натянула на себя ещё и кусок простынки. — Я была грязная! Мне надо было помы-ы-ыться! — мой голос невольно сорвался на отчаянный вой, а на глазах выступили слезы. — А ты со мной как с животным обращался! Миску на пол поставил! Ошейник проклятый нацепил! — я подергала за ненавистное «украшение». — Ты — воплощение зла! — да, я быстро забыла о своем желании перед ним извиниться. Но, что поделать — он сам меня довел. А я сейчас на нервах после только что перенесенных издевательств.

— Он тебя обидел? — будто и не слыша, что я говорю, спросил Мао и, перекинув ногу через седло, спрыгнул с пятиметровой высоты, на которой завис Шантаэр. Прямо в полете убрав свою косу, он легко опустился на выложенный яркой мозаикой пол.

— Обидел? Этот гад меня лапал! И он заставил магов заклинание на меня наложить, из-за чего я могла только по его приказу двигаться и говорить! Шиш проклятый! — вспомнив, что этот «колобок» хотел со мной сделать, я, поборов слабость, поднялась с кровати, скинув бряцающие браслеты, и, попутно стягивая с кровати алую простынь, в неё завернулась.

— Лапал, говоришь, — лениво протянул мужчина и медленно, будто большая хищная и крайне смертоносная кошка, направился в сторону голозадого правителя, кряхтящего и пытающегося встать. — Как я уже сказал, я ненавижу, когда моё трогают. Без разрешения. А разрешения трогать своё я никогда и никому не даю.

Поведя плечами и тряхнув рукой, он достал из воздуха свою жилетку и, надевая её прямо на ходу, дошел до Шиш’баэ, который так и не смог подняться с пола. Нагнувшись, Маору взял того одной рукой за горло и с легкостью, будто бы этот пухляш не весил более ста с лишним килограмм, поднял над полом.

— Тебя ждёт наказание, — хмуро произнес Мао под дружный восторженный вздох двух девушек, которые во все глаза наблюдали сейчас за ним. И в их очах плескалось обожание, граничащее с желанием. М-да, я вас понимаю — этот рогатый действительно привлекает к себе внимание.

— Погоди-погоди! — отвлекаясь от девчушек, я вспомнила, что с правителем у меня свои счеты! А Маору же сейчас запросто испепелит его, и кому, и как я тогда буду мстить? — А можно мне сначала с ним по душам поговорить?

— Что, не наговорилась ещё? — мужчина обернулся и смерил меня насмешливым взглядом.

— Как-то не выдалось ещё случая, — буркнула я недовольно в ответ и, гордо задрав голову, направилась к ним. Однако Мао лишь отрицательно покачал головой.

— Не женское это дело — мстить, Лиэна. Тем более ты находишься под моей защитой и моим покровительством, — пока я пыталась осмыслить эти слова, он опять повернулся в сторону Шиш’баэ, который отчаянно болтал своими ногами в воздухе и сипел, задыхаясь от нехватки кислорода.

— Как я уже тебе сказал, отрыжка бездны, ты заслуживаешь наказание. Убить тебя было бы слишком просто, для тебя. Казнить через обезглавливание — тоже. Но я знаю, что доставит тебе наибольшие страдания, — притянув толстое тело к себе и вперив свой взор в его водянистые глаза, Маору изрек замогильным голосом: — Ты будешь заточен в самом жутком кошмаре, и он будет продолжаться долго, очень долго. Но выбраться из него тебе будет не под силу. Целый год, день за днем, ты будешь лежать подобно трупу, поскольку возможности двигаться у тебя не будет так же, как и сказать что-либо. Я накажу тебя одним хитрым проклятьем: существованием разума, заточенного в безвольном теле. Подобным, что ты хотел «наградить» Лиэну. Спустя год, если ты, конечно, ещё будешь жив, и твои слуги или рабы, а может и подчиненные, не убьют тебя раньше, то оно развеется. Но, запомни, твоим первым словом, которое тебе следует произнести, чтобы проклятие исчезло навсегда, должно быть слово: «Прости», и так день за днем ты будешь извиняться перед всеми на протяжении ещё одного года. Если ты выполнишь эти условия — будешь жить дальше, как обычный… человек. Ну а если нет — тогда проклятье опять заточит твой разум в ловушку и всё повторится вновь.

— Я… Великий Ла… — начал было говорить Шиш’баэ, но под тяжелым взглядом демониона стушевался и умоляюще, тихо произнес: — Пощ-щади…

— Тебе не кажется, что это слишком жестоко? — тоже шепотом произнесла я, подойдя к ним поближе. — Он, конечно, гад и вообще противный тип во всех смыслах этого слова…

— Для меня, я бы сказал, это ещё слишком… может, и излишне мягкое наказание, — оборвал меня Маору. — Я бы точно придумал для него что-нибудь более кровавое и изощренное, но ты была бы против. Опять начала бы пищать и умолять о снисхождении, а у меня и так второй день настроение просто отвратительное. Так что, учитывая всё это… я готов сейчас пойти на крохотный компромисс — пускай радуется этому и будет благодарен мне и… тебе, маленькая и слишком говорливая женщина.

— Маленькая и слишком говорливая… — я повторила вслух его слова и тяжело вздохнула.

М-да. Не красивая и умная, а мелкая и болтливая, эдак я никогда не смогу воплотить свою отложенную пока до лучших времен «мстю» в жизнь! Нужно как-то его отношение ко мне срочно менять. Но не сейчас, сначала необходимо покинуть это «гостеприимное» место, остаться наедине. Как бы невзначай присесть рядом, поплакаться ему о своей судьбинушке, погладить его по плечику, да чтобы случайно простынка с моих плеч слетела, а я осталась в этой полупрозрачной розовой пакости… Но действовать желательно так, чтобы он лапать меня не полез. Надо бы его сначала подманить, а когда он заглотит наживку, быстро и резко подсечь добычу и… Да-а! На моем лице расплылась мечтательная улыбка.

Я и сама не заметила, как прислонилась плечом к Маору и даже приобняла его за руку, а мой хвост так вообще благодарно наглаживал его по бедру. Мои фантазии неслись всё дальше. Эпизоды с моим похищением и потными объятиями Шиша, несмотря на то, что мы до сих пор были в его покоях, а сам он трясся от страха перед рогатым злым мужчиной, уже были позабыты. Плохие воспоминания вмиг стерлись из памяти. Вот что значит надежный, сильный мужчина рядом!

Да. Как только я охмурю Мао, можно будет и о настоящем отпуске задуматься. А что? С ним не страшно, у него транспорт есть свой и жилье, шатер тот шикарный, и даже не в ипотеку. Я бы по этому новому, сказочному миру попутешествовала недельку, осмотрела местные достопримечательности. Попробовала заморскую кухню, на людей посмотрела и себя бы показала.

— Смотрю, у тебя уже всё в порядке, — подметил Маору, смерив взглядом моё довольное лицо с широкой улыбкой. — Ну а я закончил. Пора бы теперь отправляться за теми, кто нас призвал. Хотя это скорее отложим до завтра.

И я, полностью погруженная в свои думы и мечты, не сразу догадалась, о чем он говорит. Только когда увидела, что Шиш’баэ лежит на полу и чуть ли не пускает слюни, а его остекленевший взгляд ясно дает понять, что Мао осуществил свою угрозу, я поняла, что пропустила всё на свете.

— А почему до завтра? Ты вроде говорил, что мы сегодня в первой половине дня доберемся до них.

— Мы бы и добрались, Лиэна, — он высвободил свою руку из моих объятий, а затем отвесил мне знатный щелбан, и я недовольно зашипела. — Если бы ты, маленькая вредная девчонка, не покинула шатер, и тебя бы не похитили! И мне бы не пришлось резко подрываться, нестись за тобой сюда и разгребать всё это, — мужчина обвел взглядом комнату местного правителя.

А пока я потирала свой лоб и собиралась с мыслями, чтобы достойно ответить и не напороться опять на его гнев, он внезапно без разговоров просто закинул меня к себе на плечо и выдал ещё и по мягкому месту — не больно, но обидно!