Ника Фрост – Потаённые желания Тёмного Властелина (страница 21)

— Почему ты не дослушал меня? — поинтересовалась я, насупившись. — Я ведь ещё до этого тебе говорила, что нам лучше заранее переодеться, чтобы не привлекать к себе внимание.

— Момент был крайне благоприятный: вспышка на вашем солнце. Благодаря этому я практически не потратил энергию при перемещении, так что не было времени на обсуждения и раздумья. Сейчас тут и переоденемся, — он кивнул на огороженные небольшим забором руины и начал снижаться, — и перекусим.

— Ты прямо ТУТ шатер ставить будешь? — нет, площадка, конечно, была здесь что надо… но всё–таки памятник древности! Но, думается мне, что Мао было на этот памятник абсолютно и полностью плевать. Он вообще сам, если так посудить, древность. Но уж больно хорошо сохранившаяся, аппетитная такая, соблазнительная, рогатая и вредная!

— Да. Мы надолго не задержимся, чтобы мне не тратить энергию на поддержание заклинание невидимости, — перед самым приземлением Маору выставил шатер, и мы буквально влетели внутрь.

Мужчина опустил меня на ковер и, потянувшись, широко зевнул.

— Всё–таки где солнца больше, там я себя значительно лучше чувствую, — и опять зевнул!

— Ты не выспался, что ли? — я, отодвинув ткань шатра, высунула край платья и отжала его получше.

— С чего ты это взяла? — и это спрашивает меня постоянно зевающий мужчина? — Я спал четыре часа, мне этого более чем достаточно, чтобы нормально функционировать.

— Да ты за последнюю минуту уже раз пять зевнул!

— А, ты об этом, — он усмехнулся. — Нет, это связано с недостатком магии в вашем мире. Как если бы я сравнил это… Когда, к примеру, в помещении душно и не хватает кислорода, тебя ведь тянет зевнуть?

Я утвердительно кивнула.

— Вот так и здесь. Для меня нормальное состояние — когда энергии максимум, и она плотным потоком заполняет все каналы. Сейчас же мне пришлось потратить силу на перемещение сюда, выбрав процентов пять, ещё мы с тобой совершили одно перемещение уже по твоему миру — минимум полпроцента. Ну и по мелочи — вот и получается, что даже с учетом сна и еды у меня уже недостаток маны в шесть процентов от общего запаса.

— Ясно, — протянула я задумчиво, попутно вспоминая, что и в другом мире он тоже постоянно зевал, движения его казались скупыми, размеренными и неторопливыми. Вот, значит, в чем была причина! И именно поэтому он всегда на Армадане был таким… другим и никогда не зевал. Минус одна загадка.

— Дай мне одежду, пойду переоденусь, — Мао протянул руку, и я, быстро «открыв» свой склад, достала ему один из комплектов, заранее подготовленных под разные ситуации и погоду.

Даже не взглянув на то, что я ему дала, он направился за ширму, на ходу стягивая плащ и расстегивая штаны. На этом моменте я так задумалась, заинтригованная этим мини–стриптизом, что, пока он не скрылся из виду, стояла и глупо хлопала глазами. Когда же наваждение исчезло, я выбрала и для себя очаровательный комплект и, оглядевшись, поскакала к шкафу: если у него открыть створки, то меня видно не будет, получится эдакая импровизированная кабинка. Жаль только, что зеркала нет, ну и ладно, у меня есть маленькое зеркальце.

— Ты там скоро? — послышался недовольный голос Маору спустя примерно двадцать минут с того момента, как мы пошли переодеваться.

— Ещё минутку, — прикусив нижнюю губу, придавая ей небольшой припухлости и цвета, я довольно улыбнулась отражению и захлопнула зеркальце. И, перед тем как выйти, ещё поправила краешек чулочка. Вот теперь я точно готова!

— Всё! — выпорхнула я к Мао и восторженно выдохнула.

Тёмные брюки по фигуре с заниженной талией и широким поясом подчеркивали его длинные мускулистые ноги. А облегающая тёмно–синяя рубашка с коротким рукавом и немного приподнятым воротничком подчеркивала вообще всё! Золотистый цвет его кожи, мощную грудь, широкие спину и плечи. Мускулы, не скрытые тканью, смотрелись просто сногсшибательно. Даже глаза она замечательно оттенила, и они стали казаться цвета морской волны.

— Э-э… — протянул мужчина, смотря на меня. И его левый глаз как–то подозрительно дернулся. А выражение лица начало стремительно меняться — с меланхолично–ленивого на жутко недовольное.

— Что–то не так? — ничего не понимая, посмотрела вниз, думая, может, пятно какое на мне или ещё что–то. Я даже покрутилась, выискивая то, что там узрел Маору.

— Что это ты на себя надела?! — прорычал почему–то зло демонион. Его кулаки сжались так, что побелели костяшки. Ткань на рукавах рубашки подозрительно хрустнула, и вздувшиеся мышцы бицепсов просто порвали их в клочья.

Глава 16

Пораженная и до глубины души удивленная такой странной реакцией мужчины, я рефлекторно отступила на шаг назад.

— Да что не так–то?!

— Я. Спросил. Что. На. Тебе. Надето?! — по словам, медленно приближаясь ко мне, словно хищник, прорычал Маору.

Продолжая тихонько отходить, я схватилась за края платья и попыталась натянуть его максимально низко. Выходило плохо, плюс ещё начал открываться вид на грудь — больше, чем мне бы хотелось.

— Платье! — выпалила я и рванула к зеркалу за ширмой.

Подбежав к нему, оглядела себя с ног до головы, но ничего странного так и не увидела. Платье как платье. Белое, из легкой ткани, с круглым вырезом и широкими лямками, до середины бедра. Под грудью — черная лента, из такой же ленты по подолу платья сделаны оборки. Ну и, по аналогии с девочками из японских мультиков, под которых я и решила «косить» из–за своих ушек и хвоста, вроде как я косплейщица, на мне ещё были черные чулочки из плотной тянущейся ткани чуть выше колена, на которых были пришиты крошечные белые бантики из атласной ленты. Мило или «кавайно», как бы выразились любители аниме.

К тому моменту, как я закончила с осмотром, медленно, будто грозовая туча, ко мне подошел демонион и, встав прямо за спиной, смотря мне в глаза через отражение в зеркале, процедил:

— Ты это считаешь платьем?

— Да. У нас много кто в таких ходит. А что именно тебе в нём не нравится?

— Всё! Ты в таком не будешь ходить!

— Я что, какая–то особенная, что ли? — вспылила, не выдержав того, что он на меня рычит без какого–то повода. Ладно бы, я накосячила где–то! Так ведь нет! — Почему мне нельзя? — я даже притопнула ножкой, при этом случайно наступила Мао на ногу, но он то ли этого не заметил, то ли не обратил внимание. Мужчина даже не дернулся, хотя я наступила достаточно сильно.

— Я. Сказал. Ты. Не. Будешь, — его рука опустилась мне на плечо, и меня ощутимо так прижало к земле от её тяжести. — Точка. Снимай, я его сожгу.

— П-прямо сейчас? — теперь и у меня глаз нервно дернулся.

— Да. Снимай и переодевайся, — он развернулся, но, сделав шаг в общую часть шатра, замер на месте и, обернувшись через плечо, смерил меня подозрительным прищуром. — У тебя все вещи такие, которые ты у Аорэя заказала для этой планеты?

— Н-нет, — я отрицательно махнула головой.

— Показывай!

И под его пристальным взором я начала доставать все вещи, аккуратно раскладывая их на столике рядом с раковиной.

Голубое платье в обтяжку, длиной до колен, сгорело быстро. Мао даже не соизволил подойти взглянуть на него поближе. Он только мельком оглядывал вещи и… они сразу сгорали дотла. Участь голубого постигла и короткую черную юбку с футболкой, потом испарились и шорты с блузкой. Даже черные строгие брюки с кофтой были уничтожены. Передо мной остались лежать только длинная толстовка с капюшоном и «ушками», специально сделанными, чтобы скрыть мои пушистые уши, светлая футболка с длинным рукавом и теплая юбка до колен…

— Что на тебе — снимай и отдай мне, — закончив тотальное уничтожение моей одежды, произнес мужчина холодно.

— Кошмар! — резюмировала я вслух всё происходящее сейчас. — Ты — узурпатор! Объясни хоть, почему мне такое нельзя носить? Ведь ты сам приказал выбрать и заказать вещи наподобие тех, какие у нас тут носят! А я здесь, на южном курорте, в такой–то одежде от жары помру!

— Почему? Потому что я так сказал. И в следующий раз я точно не позволю тебе, куда бы мы не отправились, выбирать одежду самой. Ты не понимаешь, что тебе можно, а что — нет. А от жары ты не умрешь. Как я понял. Живешь ты севернее, логично будет предположить, что там температура ниже, чем здесь. Разговоры закончены. Мы теряем время.

Когда он ушел, оставив меня одну, я схватила хвост, который тоже был недоволен происходящим и, распушившись, «стоял трубой», и, гневно им потрясая, пробурчала:

— Хоть бы сказал, что мне надо было! Я ведь не умею читать твои мысли! И ты так и не объяснил, почему именно мне такое нельзя носить!

Но в ответ мне была тишина. Выглянув из–за ширмы, я увидела, что в шатре, кроме меня, никого нет — Мао ушел. Только на ковре виднелись кусочки темно–синей ткани от порванных рукавов рубашки. Интересно, а он сам–то так и собирается ходить в таком виде?

Продолжая недовольно бурчать себе под нос всё, что я думаю про Маору и его «вкусы», почему–то именно относительно моей одежды, я нехотя скинула с себя платье, стянула чулочки и переоделась в «одобренное».

Стало жарко. Но я принципиально застегнула толстовку до самого подбородка и даже капюшон накинула. На зло. Правда, хуже сделала только себе, поскольку уже через секунду покрывшись испариной. Пришлось расстегивать.

И чего на него вдруг нашло? Самая обычная одежда ведь была. Да, длина не до пола, но так и мы не на Армадане. Да и кто он вообще такой, чтобы мне ещё и указывать, что мне можно носить? Понимаю муж был бы ревнивый, а так… хотя… Может, я, как его служанка, должна придерживаться какого–то определенного дресс–кода? Наверное, так и есть. Но ведь опять–таки мы сейчас на Земле — кто меня увидит из его слуг или окружения? Правильно! Никто! Вот и вопрос — то ли он вредный такой, то ли принципиальный до мозга костей. Бесит даже. А ещё раздражает то, что он игнорирует мои вопросы, будто зачастую и не слышит их вовсе. Или отвечает на них крайне избирательно.