Ника Фрай – Трогать нельзя (страница 61)

Но голос, хоть и хриплый, но какой-то… не такой злой и наглый.

Поэтому я прохожу в комнату и сажусь рядом с ним. И только сейчас замечаю, что в комнате все перевернуто. Тут же и стекло валяется, стул лежит кверху ножками. В шкафу выбиты обе дверки.

— Зачем пришла? — сбоку звучит голос Марата. Оборачиваюсь, но он не смотрит на меня. Сидит, опустив голову.

— Хотела узнать, с вами… с тобой все в порядке? — тихо произношу я.

Он медленно поворачивается ко мне и взглядом словно к стенке пригвождает.

— Все хорошо? — знаю, что мой вопрос сейчас звучит глупо, но я правда не знаю, как спросить правильно.

— Все хреново, — выдыхает он и опять голову опускает.

Мой взгляд скользит вниз и я вижу капли крови на полу. Ойкаю. И замечаю, ссадины на кулаках Марата. И не знаю, почему, но тянусь к ним пальцами и едва касаюсь.

Марат так и сидит.

— Больно? — спрашиваю зачем-то. — Я сейчас.

Встаю и бегу в ванную. Я видела там аптечку. Хватаю ее и возвращаюсь.

— Не надо, — хмурится Марат и пытается убрать руки, когда я беру их, чтобы обработать. Но в этот раз я настаиваю и он сдается.

Я смотрю на его сбитые кулаки. Стараюсь действовать аккуратно. Это больно. Я уверена, что больно, хотя он и молчит. У него кровь и такие ссадины…

Взгляд не поднимаю, но прямо чувствую, как горит моя кожа от его взгляда. Да, он смотрит на меня. И я боюсь встретиться с ним взглядами.

Когда одна рука его готова и я берусь за вторую, то ощущаю, как теплые пальцы касаются меня. Марат заправляет мои волосы за ухо, еще больше открывая мое лицо перед собой. А у меня щеки горят. Я же чувствую!

— Все, — говорю тихо, закончив и выпрямляясь.

Теперь надо уйти. Бежать. Почему-то я чувствую, что надо сделать это. Сейчас!

Хочу убрать руку, но пальцы Марата вцепляются в нее и не отпускают.

— Посиди со мной, — произносит он. — Алина.

В груди все замирает. Я стараюсь дышать ровно и не уверена, что получается.

На ватных ногах сажусь опять рядом с ним. Боковым зрением вижу, как он отпивает из бутылки.

— Вот так, Алина, — вздыхает он, осматривая свои кулаки.

— Заживет, — говорю я.

— Выпей со мной? — смотрит на меня и протягивает мне бутылку. — Не бойся. Видишь же. Одному пить тошно. Глоток хотя бы. Чтобы не одному…

Кусаю нижнюю губу, размышляя.

Ну, жалко его почему-то. Вот, сколько я с ним уже живу, а ведь у него никого близких и нету. Какая-то непонятная женщина, друзья, которые были всего раз. И все?

И я просто киваю. Марат протягивает мне бутылку. Я беру ее, случайно касаясь его пальцев.

Смотрю на горлышко и улавливаю терпкий аромат. Не решаюсь отпить. Сглатываю.

Но вижу, что он ждёт. Смотрит и ждёт.

И тогда я зажмуриваюсь и опрокидываю в себя всего один глоток.

И тут же словно пожар во рту и горле.

— Ааааа, — вырывается у меня.

Слышу смешок и Марат забирает у меня бутылку. Я закрываю глаза руками и жадно глотаю воздух.

Это ужасно! Почему оно такое крепкое?! Во рту жжёт.

Открываю глаза и вижу Марата, улыбающегося уголком губ.

Мы опять смотрим друг на друга и он опускает взгляд. Тоже отпивает из бутылки и тяжело вздыхает:

— Заживет.

Я смотрю на него. На это сильное мускулистое тело, на разбитые кулаки, на склоненную голову и на ходящие туда-сюда желваки на скулах. И не понимаю, почему, но рука сама тянется к его голове. Я касаюсь жестких волос и чувствую, как Марат замирает под этим моим прикосновением. Не двигается.

Я быстро провожу ему по волосам и хочу убрать руку, но неожиданно Марат перехватывает ее. Так быстро и внезапно. Поднимает голову и поворачивается ко мне. И смотрит. Он опять смотрит так, что дух захватывает.

Тянет руку на себя и я вынуждена приблизиться к нему. А потом он сам надвигается на меня. Я отклоняюсь и понимаю, что еще чуть-чуть и я просто лягу на спину на полу.

Удерживая меня одной рукой, второй он пальцами слегка касается моей скулы. Едва-едва.

А я даже моргнуть не могу под этим взглядом. Так и смотрю на него круглыми глазами.

Пальцы уже на моей шее, и я чувствую мурашки на ней. Он ведь тоже чувствует. Чувствует! Потому что взгляд его опускается туда. Потом опять — в мои глаза. Это все происходит так медленно, что в следующую секунду я даже не понимаю, что происходит. Потому что Марат просто наваливается на меня, и я успеваю лишь громко вздохнуть, прежде чем он накрывает мои губы своим горячим и жестким ртом.

Глава 57. Марат

И словно глоток кислорода! Задыхаюсь от этой свежести. Потому что отвык.

Ее губы такие нежные, мягкие. Чистые.

Она наполняет меня собой. Силы придает.

Как оторваться? Нет. Я не смогу. Не смогу отпустить ее.

Я так долго ждал этого.

Она пришла. Сама пришла. Нежными пальчиками — по моим ранам. Рукой — по волосам. Взглядом — по самому сердцу. И губами… губами — контрольный выстрел.

Я зажмуриваюсь, толкая язык в приоткрытый рот. Сладкая. Какая же она сладкая.

Ее язык встречается с моим и я жестко толкаюсь в него.

Придвигаюсь и просовываю коленку между ног девчонки и пахом прижимаюсь к ее бедру.

И чуть слышно стону, когда член трется об нее. Хотя бы пока через штаны.

Просовываю руки Алине под спину и сильно сжимаю. Словно боюсь, что она исчезнет. А я не хочу! Не отпущу! Все!

Она тихонько стонет мне в рот и я чуть ослабляю хватку. Открываю глаза и часто и громко дышу, блуждая взглядом по красивому лицу.

— Марат, — произносит она и у меня яйца поджимаются от того, как она мое имя говорит.

Я опять набрасываюсь на нее, покрывая поцелуями лицо и спускаюсь на тонкую шейку. А там мурашки. Опять. Или они и не проходили. Провожу языком по нежной коже, собирая их.

— Марат, пусти, — слышу слабый голосок и чувствую ее пальцы у себя на плечах.

Пустить?! Да меня разорвет, если я отпущу ее. Я сдохну! Тем более сейчас, распробовав на вкус и видя, как откликается на мои ласки.

— Ну, Марат…

— Тшшшш, — шепчу я, не переставая целовать ее. — Тихо. Тихо.

Встаю и поднимаю Алину. Отпинываю осколки и несу ее на кровать. Кладу аккуратно и сам ложусь сбоку. Взглядом прохожусь по хрупкой фигурке. А потом рукой провожу по ней. Нежно, едва касаясь.

Алина лежит, сложив руки на груди, и сжав ноги. Смотрит на меня испуганно и часто дышит приоткрытым ротиком.

— Не бойся меня, — шепчу я, проводя рукой по мягким волосам.