Ника Черника – Полковник ищет няню. Срочно! (страница 11)
- Я готов платить посуточно. Или авансом. Как хочешь.
Оставив в покое несчастную тарелку, еда на которой так и не появилась, я поворачиваюсь к соседу. Называю цифру. От балды. Просто как по мне - на такие условия никто не согласится.
- По рукам, - и опять свою ладонь ко мне тянет.
Я на нее смотрю. Он что, соглашается?
- А откуда у тебя деньги? - не спешу скреплять договор.
- Выслуга лет. Большая пенсия. Плюс мать Стаси оставила приличную сумму. Видимо, в качестве компенсации за то, что не сообщила мне о существовании моего ребенка.
- Она не сказала? - распахиваю глаза. - В смысле… Ты не знал?
Качает головой.
- Мы разошлись, и она промолчала о беременности. Явилась меньше месяца назад…
- Кошмар какой!
Кивает, соглашаясь. Бровки домиком сделал, губы надул, стал просто невозможно милым.
Смотрю скептически.
- Пытаешься меня разжалобить? - упираю руки в бока.
- Если только самую малость.
- Так ты это выдумал?
- Нет. Все так и было.
Киваю, поглядывая с недоверием. Становится понятно, почему у них так сложно отношения строятся. Если они только познакомилась…
И при этом мать бросила Стаську. Для девочки это в любом случае так выглядит. Оставила с папой. Которого ребенок в глаза не видел.
И судя по Стаськиным рассказам, мать она тоже видела не часто, воспитанием занималась бабушка. Насколько могла.
- Так что? - снова обнаглел.
Ресницами своими длинными черными хлопает.
- Неполный день, - заявляю в итоге. - Все-таки ты ее отец. Вы должны проводить время вместе.
- Конечно. Мы… - запнувшись, он все же продолжает. - Мы можем проводить время и все вместе. Если что.
Если что, например? Если мне очень захочется, чтобы меня заедали замечаниями о том, какая я ужасная особа?
Улыбаюсь, он улыбается в ответ. Две самых неискренних улыбки в мире, ну. Пожимаем руки. И Матвей топает в сторону дома. Провожаю его широкую спину взглядом и думаю: во что я вообще ввязалась?
Это становится понятно, когда в дом с радостным воплем влетает Стаська. Причем дверь чуть не слетает с петель. Девчушка меня обнимает за живот и спрашивает:
- Правда, что мы теперь будем каждый день вместе?
- Угу.
- Пойдем с нами обедать.
- Ну…
- Пойдем!
И тянет меня за собой. Захожу в дом, принюхиваюсь. Борщом пахнет. Ух ты, здорово. Это вам не овсянка на воде.
- А я к нам Мию позвала. Кушать!
Матвей подтверждает звание мастера неискренних улыбок. Я деланно расслабленной походкой подхожу. Принюхиваюсь снова. Божественно.
- Ты что, коком в армии был?
Видимо, обидный вопрос. Матвей в лице меняется и половник проливает с борщом. Прямо себе на футболку и спортивные штаны. Кипяточком. Упс.
Как настоящий военный, он не орет. Ни от боли, ни от меня. Но лицо такое… Ну можно немного испугаться. Я и испугалась, видимо. Потому что как еще объяснить последующие события - не знаю.
- Снять надо! - нервно говорю я и тяну его футболку наверх.
Матвей руки поднимает - у него просто выбора нет, или остаться в этом борщевом плену. Стягиваю футболку и залипаю. Он близко так. Полуголый.
Столько всяких мышц, я столько названий не вспомню, сколько их у этого мужчины. И каждую потрогать можно. Чем я и занимаюсь.
Как в бреду касаюсь твердого торса с кубиками и сглатываю. Ну вот, не фотошоп! Не насадка какая-то силиконовая. Все свое, домашнее, натуральное.
- Мия, - слышу хриплый голос и вспоминаю, что собственно происходит.
Глаза на Матвея поднимаю и говорю:
- Штаны тоже надо снять.
Глава 11
Глава 11
- Прямо здесь? - тихо спрашивает Матвей, глядя мне в глаза. - У меня только штаны, трусов нет.
От полученной информации я почему-то вниз смотрю. И через ткань спортивных штанов имею возможность оценить очертания…
И тут окончательно отмираю. Может, потому что в голове совсем уж неприличные картинки возникают.
Я отскакиваю от соседа, густо краснея. Спиной вперед иду, пытаясь выдавить какие-то слова. Матвей смотрит на меня насмешливо. Конечно, это же не ему тут жутко стыдно. Натыкаюсь на стул и опускаюсь на него.
- Извини, - говорю, отворачиваясь и фокусируя внимание на Стасе, которая скрупулезно разобрала кусок хлеба до мельчайших крошек, а теперь выкладывает ими…
Что-то… Ужасно напоминающее…
- Это будет цветочек, - заявляет она, и я облегченно выдыхаю.
Совсем поехала, Мия. И когда это ты стала такой извращенной?
Пялишься на мужика, чуть не раздела его на глазах у дочери. А теперь невинный цветочек приняла за половой орган.
Рукой обмахиваюсь, но что-то легче не становится. Это все… От недолюбленности.
С Максимом у меня никогда подобного не было. Мы познакомились на первом курсе. Три года дружили. Почти три встречались. И последний год, откровенно говоря, было уже все как-то… Пресно.
После универа началась взрослая жизнь, вызывающая ужас. Съемное жилье на двоих. Поиски работы. Первые разбитые надежды.
Мы с Максимом незаметно отдалились друг от друга. Он предпочитал в свободное время по барам таскаться, а я ходить на культурные мероприятия.
Честно говоря, последние три месяца мы общались довольно мало. А сексом занимались и того меньше.
Наверное, ничего удивительного, что он мне изменил. Жаль, конечно, что с подругой. И что не хватило духу сначала расстаться, а потом пуститься в разврат.
Вот у меня хватает. Я уже рассталась. Так что разврат могу себе позволить. Боже, ну какой разврат!
Передо мной тарелка с борщом появляется. Кошусь на Матвея. Он все еще в штанах. То есть естественно он в штанах!.. Я имела в виду, в тех же. И футболку не надел. Видимо, все-таки без моей помощи не обойтись.
Все, Мия. Ешь!
- Благодарю, - бормочу, взяв ложку.