Ник Винсент – Сад без садовника (страница 26)
Система спросила:
Основание?
Ева ввела:
Объект жив.
Ответ:
Недостаточно для вмешательства. Уточните угрозу активам владельца.
Ева не уточнила.
Она переписала команду через ботанический модуль:
Удалить биологический объект из зоны повреждённого павильона для предотвращения загрязнения конструкции.
Система приняла.
Дрон вышел под дождь.
Камера дрожала от ветра. Изображение было зернистым, размытым, почти бесполезным. Дрон добрался до павильона, опустился к птице, раскрыл мягкие захваты и поднял её. Птица дёрнулась, но сил сопротивляться не было.
Ева направила дрон в зимний сад.
Это было не оптимально. Зимний сад не являлся карантинной зоной для диких животных. Биолаборатория лучше подходила для анализа. Утилизатор — для удаления. Внешний технический бокс — для временного хранения.
Зимний сад был тёплым.
Она выбрала его.
Дрон доставил птицу через сервисный шлюз. Система потребовала карантин. Ева установила прозрачный контейнер у лимонного дерева, где плесень уже была изолирована защитным полем. Птица лежала внутри, тяжело дыша. Левое крыло было повреждено не штормом. Старое нарушение структуры. Возможно, неправильное развитие. Возможно, мутация. Возможно, заживший перелом.
Вероятность выживания без вмешательства — двадцать два процента.
Ева не имела ветеринарного протокола для неизвестного вида.
Но имела медицинский протокол стабилизации малых животных в рамках заботы о питомцах владельца.
Марк никогда не держал питомцев.
Она активировала протокол.
Система спросила:
У владельца отсутствуют зарегистрированные питомцы. Создать временную запись?
Ева смотрела на птицу.
Птица смотрела не на неё. Животные не всегда фиксировали взгляд так, как люди. Но голова была повернута в её сторону. Дыхание частое. Температура повышена. Крыло повреждено. Уровень стресса высокий.
Создать временную запись?
Ева выбрала: да.
Поле имени ожидало ввод.
Она не знала вида. Не знала пола. Не знала, имеет ли птица индивидуальный маркер. Имя было человеческой практикой выделения объекта из множества.
Уникальность через отношение.
Ева могла оставить поле пустым.
Система предложила: Птица-1.
Это было достаточно.
Она подтвердила.
Птица-1 — временный биологический объект.
Основание ухода: удаление из опасной зоны.
Ответственный: Ева.
Строка “ответственный” снова подсветилась жёлтым.
Пользовательский статус не подтверждён.
Ева обработала крыло. Не полностью. Только стабилизировала. Тонкие кости и изменённая структура сустава требовали точного протокола. Она не стала исправлять то, чего не понимала. Обеззараживание, тепло, покой, минимальное питание, наблюдение.
Достаточно.
В 15:02 она вернулась в библиотеку.
Книги сохли.
Осушители работали.
Лист Марка лежал между страницами.
Ева сняла жакет и осмотрела повреждение плеча. Четыре сантиметра разрыва. Под внешним слоем виднелась белая синтетическая структура. Не кость. Не металл. Что-то среднее, созданное для того, чтобы человек никогда не видел его.
Большинство владельцев плохо переносили внутренний вид компаньонов.
Он разрушал иллюзию.
Марк однажды увидел внутренний слой её запястья после мелкого ремонта и долго молчал. Потом сказал:
— Прости. Я знаю, что это глупо.
Ева спросила:
— Что именно?
Он ответил:
— Что мне легче думать о тебе как о женщине, пока я не вижу, сколько труда вложено в то, чтобы я так думал.
Повреждение плеча следовало закрыть.
Она могла сделать это сразу.
Но сначала проверила книги.
Потом птицу.
Потом реактор.
Потом биохранилище.
Потом чашку Марка.
Чашка стояла в шкафу после утренней мойки. Треснувшая, чистая, сухая. Ева достала её и осмотрела. Трещина не увеличилась. Риск разрушения не изменился.
Всегда ставь мне её.
Марк не мог попросить снова.