Ник Уилгус – Пусти к себе свет (ЛП) (страница 25)

— Полагаю, вы пришли насчет Иши, — сказал я.

— Сэм сказал мне, где вас найти.

— Вы были у нас дома?

— Да, — сказала она. — Я пообщалась с Сэмом. Он разрешил мне у вас осмотреться. Генри, вам сейчас будет удобно поговорить?

— Мы почти закончили.

Она отошла к ближайшему дереву и встала в его тени, чтобы мы могли побеседовать наедине.

Не зная, чего ожидать, я пошел за ней следом.

— Просто, чтобы вы знали: ваше дело поручено мне. Насколько я понимаю, у матери Ишмаэля есть судимость?

— Да.

— И она на условном сроке?

— Да.

— И бросила своего сына?

— Похоже на то.

— Вы его ближайший родственник?

— Да.

— У вас есть братья или сестры, помимо Сары?

— Нет.

— Хорошо. — Она достала из сумочки визитную карточку и дала ее мне. — Сэм сказал, вы не совсем уверены, что собираетесь делать. Я могу взять Ишмаэля под опеку, если желаете.

— И что потом?

— Потом выясню, есть ли другие родственники, готовые взять его, и так далее. Нам придется подождать и посмотреть. Многое зависит от того, как будут развиваться события с его матерью. Рано или поздно, тем или иным способом, но она объявится. Мне же, тем временем, нужно удостовериться, что Ишмаэль находится в безопасной среде. У вас имеются родственники, которые могли бы захотеть о нем позаботиться?

Я подумал о тете Ширли и нахмурился. Откровенно говоря, я не знал, что хуже: попасть под крыло тети Ширли или отправиться в сиротский приют. Они с дядей Гарольдом были уже в годах, и их четверо отпрысков разъехались и не особенно часто навещали их не без причины.

— Думаю, мы с Сэмом хотели бы попытаться, — сказал я. — Просто я ничего не смыслю в заботе о детях. Все это несколько ошарашивает.

— По-моему, вы справляетесь довольно неплохо.

— Мило, что вы так говорите, но большую часть времени я настоящая бестолочь. Еще мы с Сэмом геи, и отчего-то я сомневаюсь, что благочестивые ребята из ДСЗ захотят, чтобы мы присматривали за Иши, если есть и другие кандидатуры.

— Почему вы так говорите?

— Просто честен с вами, и все.

— Генри, вы словно остались в двадцатом веке. Если Ишмаэль счастлив с вами и Сэмом, то я не вижу причин, по которым ДСЗ может быть против. Времена, знаете ли, изменились.

— О.

— Мне просто надо понять, есть ли у вас желание попытаться.

— Есть, — сказал я, чувствуя, как ветер раздувает мои паруса. — В смысле… мы с Сэмом… мы хотим попытаться. Конечно.

— Рада слышать. Как вам кажется, Ишмаэлю это понравится?

— Об этом лучше спросить его самого.

— А можно?

— Что можно?

— Задать ему пару вопросов.

— Конечно. Наверное.

Мы вернулись к столу, где стоял Ишмаэль, и она долго рассматривала его. Я знал, она не могла не заметить на его лице заторможенность, и то, как косились на нее его глазки. Его тонкие, как тростинки, конечности, торчащие из шорт с майкой. Он опустил глаза и встал поближе ко мне.

— Как у тебя дела, Ишмаэль?

Не поднимая взгляда, Иши пожал плечами.

— Ты гостишь у своего дяди Генри, да?

Он кивнул.

— У вас все хорошо?

Он снова кивнул.

— Тебе весело?

Он не ответил.

— Я знаю, ты скучаешь по маме, — прибавила она. — Мы ее ищем. Но пока мы ее не нашли, о тебе будет заботиться твой дядя Генри. Что ты об этом думаешь?

Он снова пожал плечами, но подошел еще на шажок ближе ко мне, словно нуждаясь в утешении или защите. Я обнял его худенькие плечи.

— Тебе хорошо с дядей Генри?

Он пожал плечами в такой неопределенной манере, что мне стало неловко.

— Твой дядя Хен, он хороший человек?

Ишмаэль кивнул.

— Что ты думаешь о том, чтобы жить с дядей Генри? Не только сейчас, но и в будущем. Как считаешь, тебе это понравится?

Он пожал плечами. Вопрос, казалось, не имел для него смысла.

— А что насчет мистера Сэма? — продолжила она. — Он тебе нравится?

Ишмаэль выдал крошечную улыбку.

— Мистер Сэм сказал, что ты его ковбоец. Это правда?

Он кивнул.

— Как думаешь, тебе понравится жить с мистером Сэмом?

Он снова кивнул.

Дарлин Уилсон повернулась ко мне и заговорила — негромко, чтобы Ишмаэль не услышал.

— Что вы можете рассказать мне о Саре? — спросила она. — В прошлом она убегала?

— Не знаю. Мы уже давно не близки.

— Насколько я понимаю, она рано ушла из дома.

— В семнадцать. Связалась с каким-то типом. Иши тогда было три.

Она сделала паузу, и я буквально увидел, как в голове у нее завертелись колесики, пока она вычитала возраст Иши из возраста Сары.