Ник Тарасов – Воронцов. Перезагрузка. Книга 7 (страница 4)

— Но, может быть, есть какая-то возможность? — не сдавался я. — Деньги не вопрос.

Матвей Иванович покачал головой:

— Даже если бы вы золотом платили, господин Воронцов… Времени просто нет! Видите сами, что творится.

И действительно, мастерская напоминала растревоженный улей. Швеи шили, не поднимая головы, подмастерья сновали с места на место, а где-то в глубине кто-то громко ругался, видимо, из-за испорченной детали.

— Матвей Иваныч! — опять закричала та же девица. — А Настасья Фёдоровна спрашивает, когда рукава будут готовы!

— Завтра к обеду! — крикнул в ответ портной, но тут же повернулся к нам и развёл руками: — Вот видите? Если бы неделя была в запасе, другое дело. А три дня… Простите, господин Воронцов, но даже за такой щедрый заказ не смогу взяться!

Машенька совсем поникла. Она представляла, как будет выглядеть среди нарядных дам градоначальника в своём простом крестьянском платье, и это её явно расстраивало.

— Может быть, посоветуете кого-нибудь ещё? — спросил я, не желая сдаваться.

Матвей Иванович задумчиво постучал пальцем по губе:

— Да кого же? У всех приличных мастеров сейчас та же история. Николин день — это же второй по важности праздник после Пасхи! Все хотят обновки.

Я посмотрел на расстроенное лицо Машеньки и понял, что нужно действовать быстро и решительно. Матвей Иванович уже собирался проводить нас к двери, а мастерицы в глубине мастерской продолжали своё дело, не обращая на нас внимания.

— Машенька, солнышко, — сказал я, беря жену за руку, — не расстраивайся. Я сейчас кое-что придумаю.

— Но Егорушка, — начала она, — ты же слышал, что сказал мастер…

— Слышал, — кивнул я. — Но проблемы существуют для того, чтобы их решать.

Я повернулся к портному:

— Матвей Иванович, а что если мы найдём способ ускорить работу? Дополнительные мастера, например?

Портной покачал головой:

— Господин Воронцов, дело не только в руках. Хороших швей в городе немного, а те, что есть, уже заняты. К тому же, чужие мастера с моими работать не смогут — у каждого свой почерк, свои методы.

Машенька тревожно посмотрела на меня:

— Егорушка, о чём ты думаешь?

— О решении проблемы, солнышко, — ответил я, обнимая её за плечи. — Вот что мы сделаем. Ты останешься здесь и выберешь самые красивые ткани и фасоны. Посмотри на всё, что есть в мастерской, пофантазируй. А я пока схожу по одному делу.

— А… а если ничего не получится? — спросила она неуверенно.

— Получится, — твёрдо сказал я. — Обещаю тебе. — Машенька, вот тебе задание, — показав на рулоны ткани, — выбери самое красивое. А я вернусь через час-полтора.

Я поцеловал жену в щёку и направился к выходу. У двери обернулся и увидел, как Машка уже рассматривает рулон переливающегося голубого шёлка. Лицо жены просветлело — женщины есть женщины, красивые ткани их завораживают независимо от обстоятельств.

Спустившись на улицу, я подозвал Никифора:

— Оставайся здесь, следи за Марией Фоминичной. Если что — я вернусь быстро.

— Слушаюсь, Егор Андреевич! — ответил он, устраиваясь в тени у входа в дом.

Дорога до конторы Ивана Дмитриевича вела через самую оживлённую торговую часть города. Пятницкая улица кипела предпраздничной суетой — к Николину дню все хотели обновиться и приукраситься.

Лавки были набиты покупателями, торговцы зазывали прохожих, демонстрируя свои товары. У ювелира толпились дамы, выбирающие украшения. Возле галантерейной лавки дворянские жёны спорили о достоинствах французских лент против немецких. Мужчины осаждали лавки с сукном и меховыми шапками.

Я шёл по брусчатке, обдумывая предстоящий разговор. Иван Дмитриевич — человек, который привык считать шаги наперёд. Если я правильно его понимаю, он заинтересован в долгосрочном сотрудничестве со мной. А значит, мелкая услуга в виде решения проблемы с портным не должна стать препятствием.

Главное — правильно подать вопрос. Не как просьбу о помощи, а как возможность для него продемонстрировать свои возможности и укрепить наши отношения.

У кожевенной лавки меня окликнул знакомый голос:

— Егор Андреевич! Какая встреча!

Я обернулся и увидел Игоря Савельевича.

— Игорь Савельевич! — поздоровался я, протягивая руку. — Как дела? Как торговля?

— Дела отменные! — обрадовался купец. — Как раз о вас думал. Заказов новых полно, петербургские партнёры очень довольны вашим стеклом.

— Это хорошо, — кивнул я. — Фома мне рассказывал.

— А вы надолго в город? — поинтересовался Игорь Савельевич.

— На несколько дней. По приглашению на Николин день.

Глаза купца загорелись:

— Ах вот как! Значит, уже в высшем обществе вращаетесь. Это хорошо для дела, очень хорошо!

— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — Простите, Игорь Савельевич, спешу по важному делу.

— Конечно, конечно! Не смею задерживать! — купец поклонился. — Может, завтра-послезавтра встретимся, новые заказы обсудим?

— Обязательно, — пообещал я, прощаясь.

Дальше по дороге я заметил любопытную картину. Возле одной из лавок стояла изящная карета, а рядом с ней два лакея в ливреях терпеливо ждали хозяйку. Из лавки доносились звуки оживлённого женского голоса, явно недовольного чем-то.

— Как так не готово⁈ — слышался возмущённый крик. — Я заказывала месяц назад! Месяц!

— Простите, сударыня, — отвечал мужской голос, видимо, лавочника, — но заказов много, все к празднику хотят…

— Мне нет дела до других заказов! — не унималась дама. — У меня приём у градоначальника! Я не могу явиться в старом платье!

Я невольно замедлил шаг. Интересно, сколько ещё дам в городе столкнулись с той же проблемой, что и моя Машка? Видимо, предпраздничная суета коснулась всех.

Миновав торговые ряды, я свернул на Дворянскую улицу, где располагались различные присутственные места. Дом, в котором находилась контора Ивана Дмитриевича, выделялся своей неприметностью — обычное двухэтажное здание без всяких вывесок и указателей.

У входа стоял дежурный — мужчина средних лет в сером кафтане, внимательно осматривающий каждого посетителя.

— По какому делу? — спросил он, когда я подошёл к двери.

— К Ивану Дмитриевичу. Егор Воронцов.

Дежурный кивнул:

— Проходите. Второй этаж, третья дверь направо.

— Спасибо, помню, — буркнул я.

Поднявшись наверх, я постучал в указанную дверь.

— Войдите! — послышался знакомый голос.

Иван Дмитриевич сидел за массивным дубовым столом, заваленным бумагами. Увидев меня, он отложил перо и встал:

— Егор Андреевич! Проходите, садитесь. Как дела? Как супруга? Как устроились в городе?

— Спасибо, всё хорошо, — ответил я, усаживаясь в предложенное кресло. — Вот только одна небольшая проблема возникла.

— Какая же? — поинтересовался Иван Дмитриевич, наливая чай из стоящего на столе самовара.

— Жене нужно платье к приёму у градоначальника. А портные говорят, что времени нет — все заняты заказами к сему торжеству.

Иван Дмитриевич задумчиво покрутил в руках стакан с чаем:

— Понимаю проблему. И что же вы предлагаете?