Ник Тарасов – Последний протокол (страница 12)

Она поставила приемник обратно на стол и снова посмотрела в планшет.

— Объяснение правдоподобное, — пробормотала она. — Но некоторые показатели все равно не укладываются в рамки обычного.

— Она не до конца убеждена, — предупредила Зета. — Нужно усилить аргументацию. Предложи ей проверить все твое оборудование. Это покажет открытость и отсутствие скрытых намерений.

— Капитан, если хотите, можете забрать все устройства на проверку, — предложил я. — Или пригласите техников осмотреть каморку. Мне нечего скрывать.

Рэйв внимательно посмотрела мне в глаза. Я выдержал взгляд, стараясь выглядеть спокойным и открытым.

— Ее подозрения слабеют, — шепнула Зета. — Язык тела говорит о том, что она склоняется к доверию. Но будет еще несколько вопросов.

— Хорошо, — наконец сказала Рэйв. — Проверку проводить не буду. Но у меня есть еще вопросы о вашей миссии в Цитадель.

Она убрала планшет и села на единственный стул в каморке, показывая, что разговор будет долгим.

— Ты упоминал в дебрифинге, что мутанты испугались и отступили. Расскажи об этом подробнее.

Я сел на кровать напротив нее, мысленно прокручивая версию, которую мы с Дрейком согласовали еще вчера.

— Мы с Дрейком отстреливались от трех мутантов на третьем подземном уровне. Один из них прыгнул на меня, повалил на пол, начал душить. Я уже думал, что конец… а потом тварь резко отпустила и отшатнулась. Остальные тоже начали пятиться. И просто ушли.

— Что именно их испугало?

— Не знаю, капитан. Может, услышали что-то в коридорах. Может, почувствовали, что-то. Или решили, что легче найти другую жертву.

— Она анализирует твои слова, — предупредила Зета. — Микровыражения лица показывают, что она не до конца верит, но и опровергнуть не может. Держись уверенно, не добавляй лишних деталей.

Рэйв помолчала, обдумывая услышанное.

— Дрейк рассказывал то же самое, — наконец сказала она. — Версии совпадают. Но я не могу отделаться от ощущения, что ты что-то недоговариваешь.

— Это все, что я помню, капитан, — твердо ответил я. — Я был на грани смерти, мозг не фиксировал детали. Знаю только, что мутант отступил, и мы смогли уйти.

Еще одна пауза. Рэйв изучала меня взглядом, словно пытаясь проникнуть в мысли.

— Хорошо, — она встала со стула. — Но запомни, Макс — если ты нашел в Цитадели что-то необычное, о чем не упомянул в отчете, я должна об этом знать. Неизвестные технологии могут быть опасны не только для тебя, но и для всего Бункера.

— Понимаю, капитан. Если обнаружу что-то подозрительное — сразу доложу.

Она кивнула и направилась к двери, но на пороге остановилась и обернулась:

— И еще, Макс. Громов нахваливал твою помощь с реактором. Сказал, что ты показал исключительные знания в области энергосистем. Откуда у утилизатора такая квалификация?

— Подчеркни интерес к технике и самообразованию, — подсказала Зета. — Упомяни, что утилизаторы постоянно сталкиваются с довоенным оборудованием и учатся на практике.

— Двадцать лет работы в Зонах, капитан, — ответил я. — Когда ты постоянно имеешь дело с довоенной техникой, начинаешь понимать, как она устроена. Плюс я всегда интересовался этой темой, изучал документацию, которую находил. Теория плюс практика.

— Понятно, — Рэйв снова внимательно посмотрела на меня. — Тогда последнее предупреждение — будь осторожен с экспериментами. Не всё, что находишь может оказаться безопасным. Если что-то пойдет не так, немедленно сообщи мне или Громову. Ясно?

— Ясно, капитан.

— Хорошо. Свободен.

Она вышла, закрыв за собой дверь. Я выдохнул, только сейчас осознав, насколько напряженным был разговор.

— Она ушла, — подтвердила Зета. — Судя по биометрическим данным, подозрения не исчезли полностью, но достаточно ослабли. Твои ответы были убедительными.

— Спасибо за помощь, — мысленно поблагодарил я. — Без подсказок я бы точно спалился.

— Ты спалил бы нас обоих, — в ее голосе прозвучал легкий сарказм. — Но этот визит кричит о том, что нужно быть осторожнее. Дальнейшие эксперименты должны быть максимально скрытными.

Я прошелся по каморке, пытаясь успокоиться после напряженного разговора. Рэйв была опытным офицером, не зря она дожила до капитанского звания в этом мире. Одурачить ее было сложно, но пока что удавалось.

— Зета, а что насчет доктора Стелл? — вспомнил я. — Ты говорила, что она тоже может быть связана с нейроинтерфейсами.

— Да, ее реакция во время дебрифинга была показательной. Предлагаю при следующей встрече провести более детальное сканирование. Возможно, удастся определить, является ли она носителем какой-то системы.

— И как это сделать незаметно?

— Простое рукопожатие или короткий физический контакт. Через твою кожу я могу послать слабые диагностические импульсы и проанализировать ответный сигнал. Если у нее есть имплант, я это обнаружу.

Интересная возможность. Стоило бы проверить, но нужен подходящий повод для встречи с доктором.

Я посмотрел на хронометр — половина седьмого вечера. В баре «Последний шанс» должны были собраться утилизаторы для празднования успешного запуска реактора. Дрейк наверняка уже там.

С одной стороны, хотелось остаться в каморке и переварить все произошедшее за день. С другой — отказ от привычных традиций мог вызвать вопросы.

— Иди, — посоветовала Зета. — Веди себя естественно, празднуй вместе со всеми. Это поможет не привлекать внимания. Плюс я смогу собрать дополнительную информацию об окружающих людях.

Разумный совет. Я переоделся в чистую одежду, умылся и отправился в развлекательный сектор.

Бар встретил меня привычным шумом разговоров, смехом и запахом синтезированного алкоголя. За столиками сидело человек тридцать — в основном утилизаторы, но были и техники, и охранники, и просто любители выпить после рабочего дня.

— Макс! — Дрейк помахал мне из дальнего угла, где собралась компания утилизаторов. — Иди сюда, герой, мать твою, дня!

Я пробрался к их столику, стараясь не обращать внимания на восхищенные взгляды. Новости о ремонте реактора и приемника разошлись по Бункеру с невероятной скоростью.

— Провожу анализ собравшихся, — сообщила Зета. — Выделяю наиболее значимых личностей.

Над головами некоторых людей всплыли информационные метки.

Дрейк — легкое опьянение, расслаблен, искренне рад видеть меня.

Рыжий — трезв, но нервозен. Планирует что-то важное.

Ворон — спокоен, наблюдателен. Оценивает окружающих.

Паук — пьян вдрызг, громко смеется, но в глазах тоска.

Каждый был открытой книгой благодаря новым знаниям от Зеты.

— Макс, рассказывай! — потребовал Рыжий, наливая мне пива. — Как ты умудрился починить то, что даже Громов не смог?

Я пожал плечами, усаживаясь за стол:

— Повезло. Увидел неисправность, нашел способ обойти. Ничего особенного.

— Да ладно тебе скромничать! — Дрейк хлопнул меня по плечу. — Ты за полдня сделал больше, чем наши инженеры за месяц!

— Просто свежий взгляд помог, — отмахнулся я, пригубив пиво.

Зета тут же начала нейтрализовать алкоголь в крови, не давая ему воздействовать на организм. Удобная функция — мог пить вместе со всеми, не пьянея.

Следующий час прошел в обычных разговорах о работе, Зонах, планах на будущее. Я участвовал в беседе, но большую часть времени наблюдал за окружающими, практикуя новые навыки анализа.

Ворон часто поглядывал на дверь — ждал кого-то.

Рыжий нервно постукивал пальцами по столу — определенно что-то планировал и переживал.

Паук пил, чтобы забыть о чем-то — вероятно, потеря кого-то близкого.

Дрейк был искренне рад и расслаблен — редкость для него.

— Макс, — внезапно обратился ко мне Ворон. — Я слышал, вы с Дрейком видели новых мутантов в Цитадели.

Разговоры за столом стихли. Все повернулись ко мне.

— Было такое, — подтвердил я. — Высокие, худые, с регенерацией. Очень опасные.